 |
| |
| | Меня резко с размаху сажают, и, что характерно, не на стул или кресло, а на упругий гишпанский торчун. Который сразу достает почти до матки: Мммммм!!! Вижу, что такой же привилегии практически одновременно удостоилась и Матэ, у нее, правда, вышла заминочка с освобождением от шортиков. Какому красавцу она попала, как бабочка на булавку! | | |
| |
|
| |
| | Он ощущал самого мощного и самого совершенного, но совсем уже другого, так не уже похожего на машину робота. Звуки плазменного генератора и все биотоки и энерготоки в теле прижавшего его к себе Т-Х. Тоже, самое, новый Т-Х, кем был теперь Алексей, чувствовал и в нем. Они стояли в общей энергетической силовой ауре, обмениваясь тепловой внутренней своей энергией. Энергией двух совершенных новых машин, и питали исходящей общей животворной для роботов энергией стоящих вокруг их Т-888, как одна электроподстанция, заряжая всех вокруг и раздаривая свою любовь и тепло в силовом магнитном энергетическом биополе. Роботы стоящие вокруг них впитывали их нескончаемую практически вечную плазменную тепловую невероятной мощности энергию батарей в свои батареи водородной силовой установки и гудели, заряжаясь от них для последнего рывка. | | |
| |
|
| |
| | Как будто его член стал моим позвоночником. На меня накатила новая волна паники, когда я поняла, что давно не дышу, но через секунду это меня обрадовало, так как существовать теперь, будучи пожизненным придатком мерзкой твари, было хуже смерти. Тут же в груди что-то забулькало и я ощутила приток воздуха прямо в легкие откуда-то из тех мест, над которыми колдовал Рыжий. К моему ужасу я поняла, что мое тело полностью приспособилось под моего хозяина и никогда не станет прежним. В голове больше не было ни одной мысли, только его член, который стал центром моего тела и главным кормильцем. | | |
| |
|
| |
| | Зайдя в сарай, я приказал девочке быстро одеться. Марина подумала, что всё закончено и начала быстро натягивать на себя свои вещи. "Мы пойдём сейчас ко мне. Не бойся. Это тут рядом. Утром я приведу тебя к твоим родителям" - сказал я. "Я не хочу. Я не пойду" - начала хныкать девочка и сделала шаг назад, отходя от меня. Я взял её за шею и, немного сдавив, сказал ей, чтобы она делала то, что я от неё требую и не думала самовольничать. Это испугало девочку ещё больше, но видно она начала бояться меня теперь так, что передумала перечить. Мы вышли из сарая и пошли к даче моего друга. Дорога была длинная, но дошли мы быстро. На улице уже никого не было, так как было довольно поздно. Стало холодать и я видел, как Маришка трясёться. Она боялась и ей было холодно. Когда мы зашли на дачу моего друга, то я, оставив девочку у калитки, пошёл в дачу, чтобы поговорить со своим друганом. "У тебя же есть классно обарудованный сарайчик, где ты иногда тусуешся" - сказал я своему корешу, - "Одолжи мне ключик на ночь. Я привёл ту малолетку и хочу отдохнуть с ней в более комфортных условиях". Мой друган был человек понятливый. Улыбнувшись и сказав, чтобы мы вели себя тихо, он дал мне ключи. "Только ты там будь осторожней, а то я не хочу сесть как участник или пособник изнасилования малолених" - крикнул мой друг мне напоследок, но я уже ничего не слышал и бежал к Марине. Взяв её за руку, я повёл её к двери в сарай моего другана. В нём мы, когда были ещё подростками, тусовались и распивали пиво. Там же мы иногда устраивали party. Сейчас там должно было произойти что-то более интересное. Зайдя в сарай, включив свет и закрыв дверь, я осмотрелся. Да, это более походило на хорошо обарудованную комнату к туалетом, чем на сарай. Тут стояла кровать, стол, шкаф, два стула, имелся туалет. Тут было светло и уютно. Картину дополняли плакаты машин, висевшие на стенах. "Раздевайся" - сказал я Марине, начав сам скидывать с себя одежду. Когда девочка разделась, я толкнул её на пастель. Было холодно и немного сыро и я решил залезть под одеяло. Кровать была довольно удобная и большая. Лёжа под одеялом с мололетней девочкой и чувствуя тепло её тела, я начал опять возбуждаться. Член начал понемногу вставать и я надавил рукой на голову Марине, показывая, чтобы она ползла вниз и начала мне сосать. Головка Марины скрылась внизу под одеялом и вскоре мой член оказался в тёплом ротике. Одеяло начало медленно то опускаться, то подниматься и иногда в сарае раздавался чавкающий звук. Я положил сверху на одеяло свои руки и начал давить на одеяло, запихивая свой член в горло девушке. Из под одеяла начали доноситься уже знакомые мне кашляющие звуки, но на этот раз я не отступал и не давал девочке начать кашлять во всё горло. Я запихивал свой член каждый раз ей в рот, упираясь со стуком ей в горло. Господи, это был рай. Я чувствовал себя на седьмом небе. Я не знаю сколько это длилось. Мне казалось, что время остановилось. Но вот я начал кончать, не задумаваясь уже больше о девочке. Я испускал струи спермы, которой стало намного меньше, чем в первый раз. | | |
| |
|
Рассказ №23423
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Четверг, 12/11/2020
Прочитано раз: 15704 (за неделю: 33)
Рейтинг: 26% (за неделю: 0%)
Цитата: "Колготки девочка почти не ощущала на своих ногах, и она чувствовала, будто бы идет по улице с голыми ногами, и ей это очень нравилось. Придя домой, Даша не стала снимать колготки. Ей хотелось продлить приятные ощущения от капрона на своих ногах. А ещё она хотела рассказать маме, как ей нравится быть в прозрачных колготках. Мама, когда пришла с работы, была очень удивлена рассказом дочери о том, что ей понравились капроновые колготки, ведь она так и не купила ей колготки, надеясь, что девочке не понравилось чувство "стеклянности" от капрона. Ведь для этого она сказала дочери, чтобы та надела колготки без трусиков...."
Страницы: [ 1 ]
Девочка Даша всю свою жизнь ходила в простых, хлопковых или шерстяных колготках. Других колготок она не знала. Дело в том, что её мама покупала ей только такие колготки, считая их наиболее практичными и удобными для дочери. Даже в садике, на праздниках, она носила красивые, нарядные, но хлопковые колготки. Когда же Даша пошла в школу, она увидела, что все девочки в классе давно уже перешли на "взрослые", прозрачные колготки. Девочки избегали общения с ней, так как Даша продолжала надевать непрозрачные колготки в школу, а за глаза они называли их "совдеповскими". Не говоря уже о мальчиках: те предпочитали гулять с девочками только в прозрачных колготках. Да и ноги в них выглядели гораздо стройнее и красивее, чем в хлопковых или шерстяных колготках - подметила Даша.
Но её мама продолжала покупать ей только хлопковые или шерстяные колготки. Она продолжала считать такие колготки самыми подходящими для дочери. Но сама Даша так не считала. И вот, после новогодних праздников, собираясь в школу, Даша сказала, что в школу в таких колготках не пойдет. - А какие колготки тебе нужны? - Прозрачные, как у тебя. - сказала Даша. - Но они же "стеклянные". В них твои ноги сразу замерзнут, после того, как ты выйдешь на улицу. - возразила мама. - Но другие их носят. - возразила ей дочь. - Другие уже привыкли. И тогда Даша рассказала об отношении к ней в школе. - Что эта за школа такая - унижать человека из-за каких-то колготок! - воскликнула мама с удивлением. - Хорошо, завтра ты пойдешь в школу в моих колготках, а чтобы ноги не замерзли, наденешь шерстяные гамаши. А если понравится их носить, я куплю тебе такие колготки, как у меня. Ладно? - спросила мать дочь. - Ладно. - отозвалась та. На этом разговор о колготках был завершен.
Утром мама, как и обещала, дала ей свои колготки. Когда девочка надела эти колготки, она увидела, какие гладкие и красивые её ноги в них стали, а ещё она почувствовала, как приятно паутинка тонкого телесного капрона, из которого были сделаны колготки, обволокла её ноги и голую попу ведь она надевала их без трусиков. Ей мама сказала их так надеть. (На самом деле она надеялась, что её дочери не понравится ощущение постоянной щекотки, но она ошиблась.) Что девочке действительно не понравилось, так это гамаши, надетые поверх колготок. Они были из чистой шерсти и потому сильно и очень неприятно кололись через тонкий капрон, как будто она надела их на голые ноги. Она хотела их сразу снять, до чего ей не нравилось это чувство колкости, но мама, боясь, что на улице холодно и Даша замерзнет, не разрешила их снимать до школы. Ты можешь снять их, когда дойдешь до школы, не раньше. - сказала мама насчет гамаш. - Хорошо, мама. - согласилась Даша.
Когда девочка пришла в школу, она быстро сняла эти противные гамаши, которые искололи её ноги и попу, ведь из-за тонкости колготок. Она их почти не чувствовала их на своих ногах, поэтому когда она сняла колючие гамаши, она стала чесаться. Но, как ни странно, чесотка быстро отошла, уступив место чувству приятности, который создавал капрон колготок. Одноклассницы Даши сразу заметили в каких колготках она пришла в школу. И буквально все стали подходить к ней на переменах и высказывать восхищение по поводу новых колготок Даши. Она чувствовала себя настоящей героиней дня. Мальчики вьюном вились вокруг девочки, и Даше это, естественно, нравилось. После уроков Даша не стала надевать колючие гамаши, а вышла на улицу в одних тонких колготках из капрона. На улице стояла не типичная для января теплая погода, поэтому девочке было совсем не холодно идти домой в таких колготках. Наоборот, прохладный ветерок приятно задувал ей под юбку, охлаждая её промежность, тем самым делая девочке приятно там.
Колготки девочка почти не ощущала на своих ногах, и она чувствовала, будто бы идет по улице с голыми ногами, и ей это очень нравилось. Придя домой, Даша не стала снимать колготки. Ей хотелось продлить приятные ощущения от капрона на своих ногах. А ещё она хотела рассказать маме, как ей нравится быть в прозрачных колготках. Мама, когда пришла с работы, была очень удивлена рассказом дочери о том, что ей понравились капроновые колготки, ведь она так и не купила ей колготки, надеясь, что девочке не понравилось чувство "стеклянности" от капрона. Ведь для этого она сказала дочери, чтобы та надела колготки без трусиков.
Но, конечно, не сказала об этом Даше, сказав, что забыла купить ей колготки. Даша спросила маму, можно ли она пойдет на следующий день в школу опять в её колготках. Конечно, мама разрешила ей, но с оговоркой, что завтра на улице будет тепло, как сегодня. Тогда Даша спросила разрешения ещё на то, чтобы не надевать на колготки шерстяные гамаши, которые искололи ей все ноги и попу. Но мама не разрешила ей это, ссылаясь на то, что сейчас всё-таки зима, не весна, и по утрам бывает холодно, и она может замерзнуть. Она согласилась с мамой, ибо вспомнила, что, действительно, утром на улице было прохладно. С тех пор Даша стала носить в школу только прозрачные колготки из капрона, а чтобы не было холодно, она надевала на эти колготки, шерстяные колготки (всё же они не такие колючие, как гамаши) , а в школе их быстро снимала, чтобы не заметили подруги, коих появилось много. А иногда даже спала в колготках, до чего ей нравилось то ощущение, которое дарил ей капрон её новых колготок. Конец.
Страницы: [ 1 ]
Читать также:»
»
»
»
|
