Рассказ №23487

     Путь был неблизкий, а девки торопились, и потому Лера, не обращая внимания ни на какие правила, гнала машину во всю мочь. Вряд ли кто-то мог бы подумать, что из этого древнего автомобиля можно выжать такую скорость - на прямых и свободных участках шоссе стрелка спидометра иногда заходила за сто пятьдесят километров в час. Видимо, не очень давно на нём был заменён двигатель. Ровное широкое шоссе летело под колёса. Девки смеялись, живо обсуждали свой скорый отдых на даче, и разумеется, в этих разговорах упоминались планы относительно Олежки. Вначале он, мучимый страхом, готов был плакать от отчаяния. Действительно его везут на эту страшную дачу, где уже окончательно потеряющие все границы вседозволенности девчонки начнут глумиться над ним во всю силу раскуролесившейся фантазии, где им не надо опасаться соседей, и можно будет во всю ширь своих распоясавшихся желаний творить любое! Снова ему уже слышался свист лозы или плётки, ощущалось, как вздувается на теле кровавый рубец.
     Но, находясь в таком неудобном положении, лёжа животом на связанных руках, Олежка начал всё меньше и меньше задумываться о близком, приближающимся с каждым оборотом колеса, будущем. Руки у него совершенно отекли и занемели под весом его тела, да к тому же Женька с Вероникой и не собирались снимать с него свои ноги. Он уже начал едва ль не молиться, чтобы этот адский путь поскорее б закончился, что бы там ни ждало в его конце, готов был, несмотря ни на что, упрашивать девок дать ему хоть немного сменить положение, когда вдруг Женька зашевелилась, слегка приподнялась и спустила, а затем и вовсе стянула с себя трусы, ногой приподняла его голову, и схватив за волосы, резко приподняла. Со стоном, кое-как разминая одеревенелые члены, Олежка опёрся на ничего не чувствующие руки. Он бы и упал, не тяни его Женька за волосы с такой силой. Вероника выпустила его из-под своих ног. Женька задрала спереди юбчонку, и отвалившись в угол сиденья, развела ляжки и рванула Олежку лицом к себе в промежность.
     Тот даже обрадовался такому желанию госпожи, хоть на время расставшись со столь мучительной позой. И потому он с особым тщанием начал трепетать губами сначала по лобку около круто завитых в тугие валики волос, крепко засосал и облизал языком бугорок точки "G", отчего по всему телу у Женьки прошли волны сладострастных мелких судорог, и она плотно прижала к себе его лицо, возя им вкруговую, затем потянулась и приподнялась так, чтобы Олежка смог взять в рот её вагину. Проводя по губкам то языком, то губами, он уже по каждому вздрагиванию её тела знал, когда и в какой точке следует сделать бо́льший или меньший нажим и чем именно - пощипать ли губами либо посильнее лизать, и когда следует с силой засосать, а когда проникнуть языком вовнутрь... Разомлевшая, вся в истоме, Женька извивалась как змея, дрожа от страсти подёргивала Олежку за волосы, и вскорости кончила, с криками и обильными выделениями.
     Утонувший лицом между необъятными ляжками Женьки Олежка не видел, как наблюдавшая в зеркало заднего вида Лера ещё с самого начала "забавы" начала периодически, и всё чаще и чаще, тереть рукой у себя в промежности, хоть и не теряя контроля за дорогой. Марина, оглядываясь через плечо, также стала ёрзать и перебирать ногами. О Веронике нечего и говорить, она прямо-таки вся пылала в ожидании когда наконец кончит подруга. И едва Женька с продолжительным вздохом, словно в облегчении, отвалилась в угол сиденья и вытянув ноги, отпустила Олежку, Вероника сильным рывком за волосы заставила его повернуться, подняла подол сарафанчика, и точно так же привалилась спиной к углу сиденья, таща Олежку к себе. Как всегда у неё очень остро воняло мочой, имевшей какой-то резкий и сильный нездоровый специфический дух. Олежка на секунду помедлил, инстинктивно прянув несколько назад, и тут же получил такой удар по спине, что остановило вздох.
     - Ты чего там дёргаешься? Захотелось добавки к твоей порции берёзовой каши? Это будет, только приедем!
     Вся гадливость, ощущение погани сразу ж пропала у него.
     - Простите, госпожа Вероника! Это... Так... Случайно... - пролепетал он, и коснулся губами её лобка, затем выполнил всё, что сделал и Женьке, доставил госпоже окончательный оргазм. После чего она бросила его на пол машины, и обе они прижали Олежку ногами.
     Но видимо Лера завелась основательно, да и Марина что-то всё время шептала ей. Свернув на обочину, она остановила машину, вылезя, сразу сняла трусы, тут же поменялась местами с Женькой, и как только они снова тронулись по совершенно пустынному шоссе, так же заставила Олежку удоволить её до полного отпада. Женька то ли не решалась развивать предельную скорость, то ли теперь наоборот они старались провести в пути побольше времени уже не столь торопясь, получая удовольствие здесь же, но когда машина опять остановилась чтобы смогли поменяться местами Марина с Вероникой, выяснилось, что ехать при такой скорости оставалось ещё больше часа. Лера снова села за руль. Но и она пока что не гнала особенно шибко, редко переходя за сто двадцать километров в час, очевидно чтобы Марина успела насытиться всласть.
     Разведя насколько было возможно широко ноги, та притянула к себе Олежку за волосы, "для науки" крепко треснула его по затылку. Начал он с внутренней стороны правой её ляжки. Часто трепеща по коже губами, вначале едва касаясь а далее прижимаясь всё плотнее, он стал подниматься выше и выше, направляемый рукой госпожи. Таким же образом прошёлся по лобку, зажал губами и пощипал ими клитор, несколько раз обвёл его языком. Марина охнула, сильно прижимая к себе Олежкино лицо. Тот начал засасывать клитор, всё сильнее, сильнее и сильнее. Девушка крепко защемила пястью кожу на его спине, стала часто подёргивать его голову. Затем приподнялась, Олежкин рот коснулся её губок, по которым он также затрепетал и начал проникать языком, сначала чуть-чуть, и с каждым толчком её тела - всё глубже, сильнее напрягая язык.
     Мощно засосал, стал спускаться вниз по щели вагины, потыкал кончиком языка и плавно вылизал самый низ середины её попы. По ногам Марины пробежали судорожные волны, она сильно рванула Олежку несколько вверх и стала тереть его лицо об свою вагину, затем о внутреннюю сторону левого бедра. Приподнявшись на твёрдых от напряжения ягодицах, госпожа вжала его лицом в середину промежности, и как только он опять проник к ней внутрь языком, она вздрогнула, раз, другой, с каждым разом мощнее и мощнее. И вдруг застонав, как обмякла в истоме, подёргивая ногами и с какою-то нечеловеческой звериной силой прижимая к себе Олежку лицом, так что у него в шее захрустели позвонки. Выделения прямо-таки струями окатили ему лицо. Даже не дожидаясь, когда он слижет их, Марина отшвырнула Олежку, и учащённо дыша развалилась в углу сиденья вытянув ноги.
     - Слушайте, девчата, - начала она, отдохнув минут пять - зачем-то мы сложили наши страпики в багажник! Неплохо бы его сейчас же и насадить разочек! Лера! Тормозни на полминутки?
     Лера с явным недовольством свернула на обочину, Марина открыла багажник.
     - Может, всем вытащить? - крикнула она.
     - Мой тоже достань, - отозвалась Женька - всё равно какой! Хотя нет! Возьми который пожёстче!
     - Я пока что не знаю! - прогудела с переднего сиденья Вероника. - Хотя если вдруг захочу, всё равно придётся останавливаться!
     - Я тоже после решу, - хохотнула Лера.
     Не залезая в машину, прямо на обочине Марина продела ноги в петли страпона, затянула ремешки. Захлопнув дверцу, за волосы вытащила Олежку из промежутка между сиденьями, часто дыша расстегнула и спустила с него штаны. Крепко отшлёпала, и придерживая его за попу, нацелилась кончиком страпона в его дырочку. Коснулась, и резко усадила к себе на ляжки. Олежка вскрикнул от боли, но Марина обхватила его за талию в замок, и стала подбрасывать, крутя в нём страпон во все стороны. Тот, делая вид что "подмахивает", старался занять положение чтобы этот адский штырь в его попе причинял ему поменьше мучений. Но теперь он хоть мог разглядеть местность, по которой они ехали, если не из-за спин сидящих впереди, то хоть в боковое стекло. По обоим сторонам дороги, начинаясь в двух-трёх сотнях метров от неё, раскинулись огромные, насколько хватало глаз, поля. И только где-то у самого горизонта будто плавали в воздухе в маревном туманце окоёмы редких рощиц. Дальше впереди между полями зеркалом блестела поверхность громадного пруда. И ещё дальше, над самым горизонтом, как казалось, неподвижно висел заходящий на посадку самолёт. Ещё один, ранее взлетевший, таял в небе, набирая высоту, устремившись прямо в огромное как гора или башня облако.


Страницы: [ 1 ]

Читать из этой серии:

Читать также: