Рассказ №23503

     У нашей мамы в детстве был друг. Подростками они проводили друг с другом дни напролёт - купались, загорали, валяли дурака. Яшка Метерский (так звали парня) был без ума от нашей будущей мамы. То и дело он признавался ей в любви, планировал, как они вырастут и обязательно поженятся. А девчушка в ответ хохотала - будто чувствовала, что жизнь наверняка спутает эти планы.
     
     И действительно, всё пошло наперекосяк. Мама вышла замуж и уехала далеко из родного города. Грянула война. Метерского забрали на фронт почти в первые же дни. Он был ранен и оказался в плену. Для еврея плен - это смертный приговор. Но Яшка изобрёл выход. Он вырос на юге и блестяще владел азербайджанским языком. Друзья охотно поддержали его идею и выдали за своего - мусульманина. Теперь Яшку звали Юсуфом. И для гитлеровцев было объяснение, почему Яшка "обрезаный".
     
     Когда война окончилась, мы (у меня к тому времени была уже младшая сестра) с мамой вернулись в её родной город, но Якова Метерского не застали. В НКВД ему не поверили, что он, еврей, остался живым в лагере, сказавшись азербайджанцем. Так он "отпахал" десятку на Колыме. А, оказавшись на свободе, попытался отыскать свою детскую любовь. Но мы к тому времени уже снова уехали на Дальний Восток, где продолжал жить и работать наш отец.
     
     Там мама получила первое письмо от друга своего детства. Удивительная судьба Яшки волновала её, но только и всего - уж больно солидное расстояние их разделяло... Шли годы, мы с сестрой росли. Всю свою маленькую жизнь мы были рядом и знали друг о друге всё. Как и всех детей, нас очень интересовали интимные части наших тел, но дальше любопытства дело не заходило.
     
     Я заканчивал школу-десятилетку, и на повестке дня стоял вопрос: что же дальше. О том, чтобы отпустить меня одного ехать куда-то поступать в институт, речь никогда не заходила: за еврейским ребёнком всегда нужен материнский надзор. Так вся семья (кроме отца) оказалась в родном городе нашей мамы. Я поступил в вуз, а мама наконец-то отыскала Яшку. Мы с сестрой нашли его довольно привлекательным, несмотря на жестокие повороты судьбы. Метерский стал нашим частым гостем. А иногда они с мамой уходили куда-то вдвоём.
     
     - Как думаешь, она ему даёт? . . - спросила однажды сестра, когда мы с ней, поласкав интимные части друг друга (мы иногда по-родственному это себе позволяли) , лежали без трусов на диване.
     
     - А ты бы дала? . .
     
     - Что за глупости? Я никому не даю, даже тебе! . .
     
     - Ты - другое дело. Ты - целка. Кстати, а когда ты решишь, что пора перестать быть целкой, ты кому это дело доверишь? . . Мой инструмент тебя устроит? . .
     
     - Дурак! Думаешь, я прямо сейчас раздвину ноги и подставлюсь тебе? И не мечтай!
     
     - Ну... не сейчас, конечно. Оставайся целкой, сколько тебе захочется. Тебе ведь достаточно того, что я лижу твою письку? . .
     
     - Да! Спасибо тебе, я классно кончаю!
     
     - И тебе спасибо. Но что ты думаешь о маме? Ты не ответила...
     
     - Трудный вопрос. Она ведь не целка, а рожавшая женщина. Муж далеко. Счётчика "там" нет - кто узнает? . . И всё же мне кажется, что НЕТ. Она папе не станет изменять.
     
     Примерно за 2 года до окончания мною института с Крайнего севера приехал отец. Резкая смена климата оказалась для него роковой: он заболел злокачественным белокровием и вскоре скончался. Всё это время дружба Яши Метерского и нашей мамы успешно продолжалась. Принял он посильное участие и в похоронах её супруга. Но (по косвенным признакам) в личных взаимоотношениях этих давних друзей ничто не изменилось.
     
     - Ты ничего не замечаешь? - спросила как-то раз меня сестра, когда мы, как обычно, лежали с ней в моей постели. У нас за это время тоже не произошло никаких изменений - она так и не позволила мне себя попробовать. Иногда я не выдерживал и умоляюще вопрошал:
     
     - Ну, когда?! . Когда же? . .
     
     - Ни-ког-да! Ты до сих пор не понял? Это - противоестественно. Ты - брат. Брат? . .
     
     - Да, брат. Но ты же хотела, чтобы именно я "сломал" тебе целку. Так, или я что-то путаю? . .
     
     - Да. Я и сейчас хочу. Но это же - механическая процедура, не более того. Я могла бы и сама себе это сделать, и без твоего участия. Как? Очень даже просто! Например, ручкой от расчёски...
     
     - Зачем ты меня мучаешь? Какая тебе разница: брат или не брат. Я - просто парень. Если надеть презерватив, то ты никогда не забеременеешь. Так какая же разница?! .
     
     - Большая!
     
     - Ты - дурочка!
     
     - Пусть так.
     
     - Кстати, ты что-то хотела спросить и не спросила...
     
     - Ах, да! Ты не обратил внимание: у нашей парочки Яша-мамаша что-то изменилось? . .
     
     - В смысле? . .
     
     - Ну, он же навроде тебя - столько лет мечтал что-то от неё получить...
     
     - Не знаю. Да и зачем мне знать? . .
     
     - А мне вот интересно! И я обязательно узнаю...
     
     На следующий день сестра разыскала меня в сарае, где я укладывал в штабель поколотые только что дрова:
     
     - Смотри, что я нашла... - и показывает какой-то узелок.
     
     Я развернул его и увидел аккуратно уложенные и скрученные колечками презервативы.
     
     - Где ты это нашла-то? . .
     
     - В шкафу, на папиной полке. Там был ещё небольшой свёрточек, куда он складывал использованные. Видимо, недосуг был ночью, в темноте куда-то их девать... Сам подумай: ты "поработал" в удовольствие на жене, кончил от души и - на тебе: надо ещё сдёрнутый с члена и никому не нужный, грязный предмет куда-то девать...
     
     - Здорово рассказываешь! Как будто присутствовала...
     
     - Да... Теперь я просто уверена, что Метерскому ничего так и не перепало - наш папаша до последнего старался...
     
     - Ты лучше скажи: решилась, наконец? Вчера обещала...
     
     - Да, решилась. Сегодня всё и сделаем. Готов? . .
     
     - Как пионер! . .
     
     И вот исторический момент настал! Моя сестра лежит передо мной голенькая. Ноги широко раздвинуты. "Неужели это, наконец, случится? . . " - не верится мне.
     
     - Готов? - спрашивает она меня.
     
     - Ещё бы! - отвечаю я, - Ведь я мечтал об этом чуть ли не с самого твоего появления на свет! . .
     
     - Балда! Ну, так действуй! . . - она обеими руками раздвигает свою писю, и я вижу свою цель - маленькую дырочку в самом центре...
     
     Я подношу туда свой раскалённый донельзя агрегат и слегка надавливаю. К моему удивлению, моему движению ТУДА практически нет никакого сопротивления - член входит внутрь на всю свою длину и в конце упирается во что-то твёрдое. Сестра лежит молча, с закрытыми глазами. Я ощущаю, как она писей сжимает несколько раз мой орган деторождения. Мне кажется, что я в раю, настолько всё это неправдоподобно! . . Мой член выплескивает в презерватив содержимое. Я не спешу вынимать и просто лежу на этой красивой женщине. Она молча отдыхает, периодически сжимая писей мое расслабляющееся "богатство"...
     
     - Понравилось? - наконец, спрашивает она. Я с удивлением замечаю, что вибрация её голоса чудесным образом передаётся через писю моему органу - он ведь всё ещё внутри!
     
     - Спрашиваешь! Меня немножко удивило вот что. Во что ОН упёрся в самом конце? Что-то очень твёрдое...


Страницы: [ 1 ] [ 2 ]

Читать из этой серии:

Читать также: