 |
| |
| | Дядя Пол остановился и повернулся ко мне, на нём были только мягкие серые хлопчатобумажные шорты и массивные ботинки с толстыми носками: ну, это и грязь по всему телу, прилипшая к солнцезащитному крему. Наверное, за последние два дня, это стало моей привычкой, постоянно проверять перёд мужских штанов, чтобы увидеть есть ли у него эрекция. Тонкие хлопковые шорты дяди Пола ничего не оставляли для воображения, хотя у него не было стояка, я всё равно могла видеть через них очертания его спящего члена. | | |
| |
|
| |
| | Он всё-таки освободил руку и, раздвинув мне ноги, провёл языком по промежности. Меня как будто обожгло: если он сейчас не возьмёт меня всю, я сойду с ума. Он разделся до конца ещё раз пообещал, что будет осторожен. Какая, к чёрту, осторожность, я вся горю! У него оказался не очень большой, но толстый член, и когда он в меня входил, было немного больно. Он медленно ввёл до конца и замер. Черз несколько секунд мне уже нравилось ощущать его внутри. | | |
| |
|
| |
| | - Да. И я, конечно, завела пальцы туда же, как Венера Джорджоне, но я знала, что это пресно, как всегда - ну, пипка набухнет, ну, кончу слегка, только для успокоения и сна, а что еще придумаешь? И я представила своего малютку... Понимаешь, детские пальчики, все такое нежное, чистое, крошечное... Он у меня в ногах поместился бы весь... И я осторожно села, подложив подушку под спину и он, этот мальчик, оказался между моих ног. А что дальше? А дальше я решила, что он крепко спит. Что теперь его до утра не добудишься. И поэтому я особо не церемонилась, да и не думаешь об этом, когда начинаешь приплывать... Короче говоря, я брала его ручки и засовывала их в свою письку. Я укладывала его себе на живот, я его обхватывала бедрами, я его щеку прижимала к своим нижним волосам, и вдруг... | | |
| |
|
| |
| | Было видно, что фотограф очень сильно возбужден. Поначалу он старался скрыть от нас свое возбуждение, но потом, увидев, что мы заняты друг другом, он осторожно достал свой член из штанов и стал дрочить его. Он делал снимки все реже и реже, все интенсивнее надрачивая свой не очень длинный, но толстый член. Затем он вообще отложил фотоаппарат в сторону, сел на краешек кровати и стал аккуратно, наблюдая за моей реакцией гладить ножку моей жены. Он вопросительно посмотрел на меня, я посмотрел на Настю. Она взглянула мне в глаза, подмигнула мне и кивнула. Парень явно обрадовался разрешению, полученному от моей супруги. Он уже гораздо смелее гладил ее ножки, потом спинку и попочку. Возбуждение снимало запреты и мне стало даже интересно, что еще Настя разрешит ему. Может, разрешит помять грудь, или поцеловать себя или... Но то, что произошло дальше, я никак не мог ожидать. Настя, моя любимая Настенька, мой ангел и дьявол в одном лице, наклонилась к фотографу, стоящему на коленях и взяла его член в рот. Опять в моей голове происходила борьба ревности с возбуждением, одно дело, когда перед тобой танцует стриптизерша, но совсем другое, когда твоя супруга берет в рот у парня, которого даже не знает, как зовут. Уверен, что не многие способны выдержать такое зрелище. Я стал с остервенением трахать свою супругу, выливая свою энергию в сексуальное русло. А фотограф, видимо сначала опешивший от активных действий моей супруги, пришел в себя, взял фотоаппарат и стал снимать, как моя Настя сосет его член. Она делала это изумительно, причмокивала, вылизывала головку и ствол. | | |
| |
|
Рассказ №24052
|
