 |
| |
| | Я ебал ее медленно и со вкусом, она начала поддрачивать себе клитор и постанывать. Девочки на соседней полке уже кончали, они лежали в обнимку, целовались взасос и дрочили друг друга. | | |
| |
|
| |
| | Я сунула руку себе между ног, вставила два пальца в моё влагалище и обнаружила внутри свежую слизь: не просто прозрачную жидкость, которую выделяло моё тело в прошлом, когда я касалась моей киски, а густая слизь, которую выделял Ричард каждый раз, когда касался своего члена. Я вытащила наружу свои пальцы и показала их Уильяму. Он разделил мои указательный и средний пальцы, и потянул мою руку к своему рту. Он обсосал начисто от слизи мой средний палец, а затем ухмыльнулся мен и кивнул головой, прежде чем повернуть мою руку и прижать к моим губам указательный палец. Я также начисто облизала мой указательный палец, вкус был почти такой же, как от слизи Ричарда. | | |
| |
|
| |
| | В Москву Антон уезжал поездом. Самолетом не позволили лететь родители - опасно и опять же дороговато, не совсем по карману. Вечером его провожали всей семьей - отец, мать, бабушка и сестренка. Пожелали удачи, посидели в купе, помолчали, мать еще раз напомнила, чтобы звонил как только доберется, затем помахали руками с перрона, бабушка всплакнула, и поезд тронулся. Несмотря на грусть расставания, Антон почувствовал определенное облегчение - начиналась новая страница в его жизни - Москва, учеба в | | |
| |
|
| |
| | Наверное, часов до 2-х я пытался дождаться Лены, потом все же сон победил меня. Наутро, я резко вскочил с мыслью, а где же Лена? И сразу же успокоился, увидев ее мирно посапывающую рядом со мной. Я прижался к ней, чтобы доспать, обняв ее, но утренний стояк все не давал уснуть. Мой член, прижатый к выпяченной теплой попке, пытался найти уютное гнездышко. Устраиваясь поудобнее, чтобы не упираться членом в бедро, я оказался им в пышущем жаром месте между ягодицами. Вздрагивающий член потихоньку раздвинул губки и оказался внутри. Лена, издав томный стон, ещё сильнее выпятила попку, проглотив его весь. Я начал двигаться в ней, не встречая никакого сопротивления. А когда появилась смазка, то и вовсе практически не чувствуя ничего. Тогда я переместился в дырочку повыше. Та же история. Член просто проваливался, даже не чувствуя давления стенок. Пришлось включить фантазию, и только после этого мне удалось кончить и удовлетворенно уснуть, не вынимая члена из ее попки. Очередной раз я проснулся уже часов в 9 утра. Лена все так же спала. По-моему даже поза не изменилась. Я встал, умылся, позавтракал. Лена все так же спала. Тогда я вспомнил про камеру, которая у нее была с собой. Нашел ее вещи. Камера лежала сверху, купальник аккуратно сложенный и сухой вместе с полотенцем лежали там же. Похоже, купальник не пригодился, а вот полотенце придется долго отстирывать от насохшей спермы. Камера была полностью разряженной. Пришлось найти зарядку. Я устроился на кухне, закрыл за собой дверь и начал просматривать отснятые кадры. Сначала шли кадры природы. Побережье в закатных сумерках, потом яхта. Достаточно большая. Изредка в кадр попадали люди, но из-за маленького экрана, трудно было разглядеть лица. Похоже, снимала Лена, потому что она в кадр не попадала. Рядом с ней постоянно кто-то шутил, разговаривал, смеялся, но из-за шума волн, слов было не разобрать. Потом камера переместилась во внутренние помещения. Посреди каюты стоял накрытый стол. Камера прошлась по подсобным помещениям. Похоже, Лена знакомилась с кораблем, не выключая камеры. Дальше шли съемки банкета. За столом сидели 3-е парней и Лена. Мужской голос за кадром комментировал съемку. Судя по голосу, камерой управлял Ашот. Он по очереди подходил к парням, они в камеру говорили тост. Все тосты были посвящены Лене. Других женщин в каюте не было. Следующее включение камеры было снова снаружи. Было уже темно. Лена за камерой пьяным голосом объясняла кому-то, что хочет снять лунную дорожку. Рядом что-то тихо бормотал мужской голос. Были слышны шорохи одежды и звук возбужденного дыхания. Дальше съемки луны стали подрагивающими, а потом и просто камера уперлась в пол, а к звукам добавились звуки поцелуев и через какое-то время и Леночкино постанывание. Постепенно камера приблизилась к полу, похоже, что Лена присела. Тут же Леночкин голос: "Подожди, у меня оказывается, камера работает". Мужской: "Дай мне, я выключу". Вид из камеры начинает скакать, и через какое-то время начинает показывать, сидящую на корточках Лену с членом во рту. Она старательно обсасывает палку, поднимет глаза и возмущенно: "Ты что снимаешь? Выключи сейчас же!". Изображение пропадает. Следующий кадр. Опять уже внутри. Изображение показывает стену, за кадром мужские голоса переговариваются, похоже, что долго разбирались как включить камеру. "Да вот она работает уже". "Так снимает?" "А где тут приближение?" "На эту кнопку нажимать?". Камера поворачивается в комнату. Стол уже стоит в углу. На месте стола навалена груда подушек, посередине уже раком пялят Лену. Кричать ей не дает крупный член во рту. Дальше идет настоящее порево. Меняются члены в ее отверстиях, мужики стараются во всю. Камера переходит из рук в руки, снимает действо в разных ракурсах. Это продолжается около ещё получаса, потом запись заканчивается. Затем снова включается камера. Голос за кадром: "Зарядилась? Давай снимай ее, пока не вырубилась снова". Камера показывает лежащую с закрытыми глазами супругу. На ней блестят подтеки спермы. Сперма повсюду. На лобке, на животе, размазана по груди, но больше всего, наверное, на лице. Дальше камера ползет, чтобы крупным планом взять ее половые губы и выключается окончательно. | | |
| |
|
Рассказ №24064
|
