 |
| |
| | - Ну, так заправляй обратно, - я расставляю ноги, чуть присаживаюсь и заталкиваю пальцами флакон обратно. Ты мне протягиваешь другой лифчик. Я одеваю - он очень большой. | | |
| |
|
| |
| | Он, улучшив момент, нырнул членом в киску Нюши, отчего девочка сразу обмякла и громко застонала от охватившего её сильного оргазма. Нюша перестала двигаться, поэтому Руслан продолжил действовать самостоятельно. Его член наткнулся на преграду, а ему хотелось войти глубже, поэтому мальчик резко придавил, отчего преграда ослабла, а его член провалился на всю длину. "Только не внутрь, " - прошептала девочка, когда Руслан ускорил темп, чувствуя приближение собственного оргазма. Еще несколько толчков и, Руслан едва успевает выйти, как его член под пристальным и любопытным взглядом Нюши начинает выбрасывать тонны спермы ему и ей на живот. Только теперь мальчик обратил внимание на Толика и Людку, которые молча сидели обнявшись на бревне и наблюдали за ним и его подругой. | | |
| |
|
| |
| | Он садится на диван. Устраивается поудобнее. "Ну раздевайся хули встал". Я стал быстро снимать с себя одежду, от постоянного напряжения мой член даже был не в силах сейчас поднятся. Я встал на колени перед ним, снимаю с него носки, он приподнимается давая мне снять его спортивные штаны. Хватает меня за волосы и резко притягивает к своим серым, хлопковым трусам которые были сырые в некоторых местах от пота (В Москве было +29) . От них пахло немытыми гениталиями, мочой, и спермой. Я вдохнул этот запах и у меня закружилась голова. Я стал лизать всей поверхностью языка, его трусы и его член который набухал под ними. Лизал его трусы в том месте где была мошонка. | | |
| |
|
| |
| | На бедрах ремень не оставлял столь явных полос, поэтому мне пришлось прибавить темп. Захлебываясь слезами, Лена кричала так, что у меня звенело в ушах. Каждый новый удар заставлял дрогнуть ее голосок, но в последующие секунды, когда боль от ударов распространялась по всем нервным центрам, она наверстывала упущенное. Когда из предназначавшихся ей сорока четырех ударов оставалось двадцать, в ее отчаянных криках в первый раз прорезался хрип. Опасаясь, что она сорвет свой пронзительный голосок, я прервал экзекуцию и сходил за скотчем. Старательно залепив ей рот, я лишил ее возможности кричать. После чего снял со штатива камеру и поднес ее поближе, снимая с близкого расстояния результаты проделанной работы. А там было от чего прийти в исступление. Вся ее прелестная спинка была разрисована вспухшими полосами, оставленными моим ремнем, которые пересекали ее в разных направлениях, а предмет моего восторга - упругая и изящная попочка - была сплошь покрыта кровавыми разводами. Только ее стройные ножки, за исключением бедер, были еще нетронуты. Их я оставил на десерт. | | |
| |
|
Рассказ №24197
|
