 |
| |
| | Сначала все вокруг да около, а позже я просто не могла здержаться и не рассказать как ты, кисуля, посадил меня на стол и лизал меня своим язычком прямо там... Я рассказывала бо этом так горячо и страстно, что аж забылась и не заметила как вся прямо загорелась от желания. Описывая момент, как я кричала, достигая высшей точки удовольствия я очнулась и бросила взгляд на подружку, сидящую в кожаном кресле напротив: эта милая брюнеточка в коротенькой беленькой юбочке и голубом топике вся аж пылала. Аромат ее то ли парфюма, то ли естественного благоухания дал мне в голову и я пристально посмотрела на нее. Пауза затянулась... | | |
| |
|
| |
| | Все разошлись, один Достоевский остался. Смотрел, смотрел, как Пушкин бабу пашет, потом и ему надоело, кончил он, плюнул и ушел. Ему как раз нужно было очередную главу "Преступления и наказания" для газеты сдавать. | | |
| |
|
| |
| | Он стал вытирать меня там полотенцем. Потом смазал кремом свой член и вошёл сразу на полную длину. Я услышал, как тихонько шлёпнулись об меня его яйца. | | |
| |
|
| |
| | Плачет в подъезде несчастная киска
| | |
| |
|
Рассказ №24201
|
