 |
 |
 |  | Маша, тяжело дыша, вертела головой из стороны в сторону. Я обхватив ее руками поцеловал в губы, а в ответ только услышал стоны благодарности. Ее помутневшие глаза были прекрасны, она изгибалась так грациозно, что я смотрел на нее как завороженный. Нет ничего прекрасней женщины, которая находится в объятиях экстаза. Я не заметил что под впечатлением всего увиденного перестал двигаться, а Мария продолжая постанывать и дыша еще тяжелей, двигалась на мне. Ее движения начинали ускоряться, в криках любви был слышен хрип. И тут она вся изогнулась, и я почувствовал, как ее влагалище охватили конвульсии, не выдержав, я начал вливать свою сперму в ее бездонное влагалище, а Мария с криками повалилась на меня. Не знаю, сколько мы так лежали обнявшись. Я очнулся от того что Маша играла мышцами влагалища, то, сжимая то, освобождая мой член, который уже почти приобрел прежнюю силу... |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Снегурочка медленно приближается ко мне. Но она какая-то бледная и тусклая, словно в тумане. Не такая, как в книжке. Словно почувствовав мое недовольство, следом появляется другая-похожая на предыдущую, но немного дркгте узоры на наряде. А за ней-еще! Вот это да! Девочки-Снегурочки, да вас много!!! Целый хоровод их медленно проплывает передо мной-слева направо-и все они разные, хоть и похожи. Как снежинки, которые не повторяются. Я завороженно их рассматриваю, нежно шепча: |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Внезапно приглушенный голос мамы зазвучал чисто, она успела протянуть звонкое "А-а-а!" , но тут же ее стон заглушился знакомым уже чавканьем. Кто-то зарычал, шлепки по телу прекратились, но через несколько минут кровать снова застучала, сопровождаемая ритмичным хлюпаньем. Мама опять закашлялась, заплакала, но звук пощечины прервал плач, превратив его в тихое скуление. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Обежав нашу машину сзади, я, быстренько открыв пассажирскую дверь, нырнула на сиденье. Было желание прикрыться чем-нибудь, иномарка стояла буквально в двух метрах от нашей и ребята, сидящие в ней, видели меня, как на ладони. Но посмотрев на Рому, который в этот момент приближался к своей девятке, я передумала делать это - в его неторопливых движениях, в его взгляде было столько довольства собой. Пусть у него старенькая девятка, зато внутри сидит такая красотка, да ещё, полностью обнажённая - "завидуйте мне" , как бы говорил он, всем своим поведением. Мне захотелось подыграть ему: и вместо того, чтобы прикрыться, я выпрямилась: мои сосочки от возбуждения и мороза, вызывающе торчали в стороны: писечка приятно ныла от возбуждения: |  |  |
| |
|
Рассказ №24215
|