 |
 |
 |  | Голая Лена сидела на коленях на лодыжках Наташи, зажав руками и бедрами икры последней. Лада, тоже на коленях, с взбившейся почти до пояса юбкой, затянутыми в чулочки ляжками сжимала голову и шею Наташи. Руками она крепко прижимала к тахте ее руки. Голая спина, зад и ляжки Наташи были выставлены для наказания. Тупарь взмахнул, и ремень лег поперек ягодиц лежащей девушки. Сдавленный стон. Тупарь повторил. Еще и еще. Отсчитав десять ударов, Тупарь приостановился. Воцарившуюся тишину нарушали только приглушенные всхлипывания только что выпоротой девушки. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Лена представлялась мне идеальной, без изъяна, как древнегреческому Парису виделась Елена Прекрасная. Красивая: высокие славянские скулы и прямой греческий носик при чувственно припухлых губках, стройная, фигуристая, натуральная голубоглазая блондинка, вечно одетая в джинсы или иные брюки, аппетитность форм намеренно подчёркивающих. Неглупая, вопреки расхожему мнению о беловолосых девушках, в меру ироничная, на лице всегда загадочная улыбка; держалась крайне независимо, но не зазнавалась. Девчонки ей, по-моему, завидовали и, возможно, строили козни, но в глаза общались приятельски; вечно возле неё крутились, похохатывали, ходили с ней в положении свиты во главе с королевой. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Женщины засмеялись. Парень встал и наполнил бокалы, кому шампанским, кому вином. Я же только ром. Вот и горячее несут. Праздник продолжается. Джулию уже увел на танец какой то парень. Дашу неожиданно пригласил танцор-кубинец. Ната схватила Костю и вертя попой умчалась на танцпол. Бывшая жена с настоящей болтали у стойки бара и достаточно респектабельный мужчина заказывал для них коктейль. А я расслабленно смотрел на всех и наслаждался. Просто наслаждался отдыхом. А через пару минут встал и вышел на улицу покурить. Наверно стало морознее, так как снег под подошвами туфель стал похрустывать. Водитель шевролета, как только я вышел, похоже увидел меня в зеркало, выбрался из машины и подошел. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Дениска кивнул головой и улыбнулся. Зрелая женщина одной рукой взяла стул и подвинула его прямо к кровати юноши, в другой руке у неё была пустая баночка и салфетка. Усевшись, она положила свой инвентарь себе на коленки и сказала, вздохнув: |  |  |
| |
|
Рассказ №24219
|