Рассказ №24370

     "Утро, утро начинается с рассвета" , - пелось в какой-то старинной песне, а моё утро началось с того, что в комнату ввалилась сестра родная и запричитала:
     - Уёбище, вставай и рассказывай, почему у меня пизда аж наружу вывернута, и кто там похозяйничал?
     Я уже привык к таким пробуждениям и не обращаю на это никакого внимания, отворачиваюсь к стене, укрываюсь подушкой и продолжаю кемарить, но тут сеструха заверещала с новой силой:
     - Быстро рассказывай, блядь, кому говорю!
     Я откинул в сторону подушку, подпрыгнул и уселся на кровать, спустив ноги на пол.
     - Чего раскричалась, тебя вчера Валерка привёл.
     -У Валерки тонкий и длинный, он не мог так пропахать! Признавайся, это ты своей лошадиной залупой меня порвал?!
     - Ага, тебя порвёшь! Провалится, как в чёрную дыру, разработала лоханку, а я виноват!
     Любка набросилась на меня и начала колотить по спине, груди, по жопе своими маленькими кулачками. Я перехватил руки, загнул её и завалил на кровать. Сестра замерла и хитро-хитро посмотрела на меня:
     - Чо, сильный, чо, справился?
     Халат задрался до пояса, под ним, конечно, ничего не было. Ну, так бы и сказала, что обуяла утренняя похоть, а то отношения выяснять, драться: Привычным движением скинул с неё халат и впился губами в торчащий сосок. Сестра поплыла, застонала, засучила ногами и, приветливо их распахнув, стащила с меня трусы.
     - Сашенька, только осторожно, он у тебя такой большой! Ай! Ой!! Хорошо!!!
     И начался танец двух тел навстречу друг другу, и пролились первые капли пота, и языки сплелись, а что касается половых органов, то они жили отдельной жизнью от тел. Мой хуй лихо влетал в сестрёнкину мокрую, чавкающую письку, обследовал все стеночки, таранил матку, вылезал полностью и врывался снова и снова в это горячее, истекающее соками пространство. Любка с закрытыми глазами, с перекошенным страстью лицом, что-то мычала мне в ухо, покусывая мочку, подмахивала, как в последний раз, обняв руками мои полужопия. А вот и момент настал - Бахчисарайский фонтан спермы ударил во влагалище, заставив сестру задёргаться в очередном оргазме. Ещё минуты две её корёжило, из пизды толчками вытекало моё молочко, руки судорожно мяли простынь, голова моталась из стороны в сторону. Когда я вышел из ванны, Люба уже сидела на кухне со своей подружкой - бутылкой "Балтики" и, попивая пиво из горлышка, причёсывалась.
     - Что, доволен? Изнасиловал родную сестру, аж ноги нараскаряку.
     - Это ещё кто кого изнасиловал. Ладно, мне в технарь на первую пару, а ты дождись мамку.
     - Её опять ночью не было?
     - Как видишь.
     Утренняя прелюдия закончилась, и я, схватив рюкзачок, убегаю на занятия.
     Да, я - уёбище, как справедливо заметила моя сестра, хотя зовут Саша, мне **лет, учусь на втором курсе механического техникума и почти ежедневно поёбываю своих соквартирников - сеструху и маму. Как и когда это началось? Давненько, я ещё в школе учился. Папаша мой, Николай Фёдорович, на зоне проводил гораздо больше времени, чем дома. Как-то, после очередной "командировки" , набухавшись в хлам, перепутал мамашину кровать с Любкиной и счастливо порвал сеструхе целку, хотя она ещё малолеткой была.
     Маман, утром очнувшись от винных паров, устроила грандиозный скандал, который закончился литром водки, перемирием родителей и их грандиозной еблей на глазах двоих детей. Так что взаимоотношение полов для нас с сестрой никогда не было тайной. Через полгода папаша сел, и сел надолго, за грабёж с отягчающими дали ему 12 лет особого режима, а у нас жизнь продолжалась. Я младше сестры всего на год и в тот момент уже гонял шкурку на писюгане, и вставал он у меня, как у взрослого. Хуй мой - моя гордость! С пацанами мерялись, так их стручки и рядом не стояли ни по длине, не по толщине и в бане у мужиков смотрел, так похлипче моего будут. А уж когда дрочили с друзьями за гаражами, сперма с моего шланга вылетала метра на три. Вобщем, член был большой, и половое созревание наступило рано - помогли родные люди.
     Пёздные войны, эпиздот первый.
     Тётя Валя.
     
     Учился я ещё в школе. Как-то раз мама попросила пойти помочь тёте Вале, маминой сестре, то есть моей родной тётке. Живёт одна, муж лет шесть назад, как уехал на заработки, так и сгинул: то ли подох где, то ли другую нашёл. От него осталась однокомнатная страшная квартира в старой двухэтажке, да дочь Танька, одного со мной года, то есть сестра моя двоюродная. Пошёл я после школы к ним. Район, где проживали родственники, считался неспокойным, бандитским, но меня там знали: всё-таки папаня в авторитете, четвёртый раз зону топчет. Прихожу, тётя Валя одна, кисточки, шпателя собирает, надумала в выходные ремонт делать.
     - Саша, спасибо, что пришёл, а то я эти шкафы-гробы одна не передвину.
     Вдвоём мы быстро управились, и утащила меня тётка на кухню чаем угощать. Тётя Валя женщина ещё молодая - родила рано, сиськи-письки, ножки-жопки - всё на месте и всё в пропорциях, приятно посмотреть, вот и засмотрелся я, сидя за столом, как она мне чай наливала, а вырез халата в сторону сдвинулся, и грудка полненькая аж до соска обнажилась. У меня тут же встал, как по команде "смирно" и выпирает в трико, как будто туда колбасу рублёвую засунули. Тётка, конечно заметила, смутилась, халатик одёрнула и айда меня за чаем пытать, как дела в школе, дружу ли с кем из девочек? А стояк-то не проходит, я уж боком сел, чтобы не так заметно было, а она зовёт в комнату - диван нужно переставить. Перетащили его к противоположной стене и уселись отдохнуть. Поворачиваюсь к тётке, а она уже специально поясок на халате расслабила, и титьки, ну очень хорошо просматриваются.
     - У тебя девочки-то были? - спрашивает, а я дурака включаю:
     - Это как были? А: Нет, что ты, я ещё, даже, целоваться не умею.
     - А хочешь меня поцеловать? Я тебя научу, мы ведь родственники и должны помогать друг другу. Тётя подскочила с места, бухнулась мне на колени, прямо на торчащий писюган, и поёрзала на нём.
     - А что это у тебя в штанах, неужто на меня стал?
     Я молчал, не зная куда деться от стыда, но Валя успокоила:
     - Не стесняйся, ты мальчик молодой, и это естественное явление. Поди уже дрочишь вовсю? А целоваться нужно так:
     Она притянула мою голову и, приоткрыв рот припала к губам, раздвигая зубы языком. Поцелуй получился затяжной, а я не знал, куда в это время девать руки и, как бы невзначай, положил их тётке на ляжку. Она вздрогнула, но поцелуй не прекратила, а потом внезапно взяла мою руку, подняла её, засунула под халат и положила на тёплую, мягкую грудь. Инстинкты сработали, и пальцы начали сжимать прекрасную плоть и теребить сосок. Мы задохнулись, оторвались друг от друга, и в это время моя вторая рука скользнула в Валины трусы и легла на мокрую, волосатую пиздень, а палец стал усиленно искать вход в пещеру. Тётка закатила глаза, тихонько застонала и прошептала:
     - Танька не скоро придёт, я пойду дверь на защёлку поставлю.
     Она ушла в прихожку, а меня начало подколачивать в предвкушении дальнейшего. Тётушка бухнулась на диван, и всё началось сначала: поцелуи, ощупывания, охи-вздохи. Валя развязала поясок халата, скинула его и начала стягивать с меня трико с трусами.
     - Ой, какой красавец, какой хорошенький! - сюсюкала она, смотря на хуй. - А стоит-то как, но перестаивать нельзя - болеть будет. Ничего, мы ему сейчас поможем. Хочешь посмотреть мою письку?
     Я лихорадочно сглотнул и молча кивнул головой. Тётя положила меня на спину, сняла с себя трусы и залезла сверху, повернувшись ко мне жопой и своей влосаткой.
     -Ну вот, смотри, можешь даже поцеловать, мне приятно будет, а я пока поговорю с твоим другом.
     Разговор получился классный! Тёткины губы сомкнулись на толстой залупе, язык облизовал её, а рука надрачивала ствол. Я впервые в жизни так близко рассматривал женский орган. Густые, вьющиеся волосики с капельками соков на них, тёмная щель, вверху - торчащий клитор. "Если разрешили, то поцелуем" , - подумал я и впился в половые губы Валентины, проведя языком по чувствительному бугорку. Она взвизгнула и ещё интенсивнее стала сосать хуй, заглатывая его по самые яйца. Такой скорости я терпеть долго не мог и мощно спустил ей в рот, чувствуя, что тётя всё проглотила, не потеряла ни капли. Она опустилась рядом, поцеловала меня в щёку липкими губами:
     - Сашенька, только никому ни слова!
     - Не маленький, сам знаю.
     - А ты такой вкусный, племянник, спущёнка молодая, для женского организма полезная. Я и сама кончила два раза, ведь уже год, как не ебалась и хуй не пробовала.
     - А разве мы сейчас не ебались? - опять притворился я дурачком.
     - Нет, конечно. А ты хочешь?
     - Очень.


Страницы: [ 1 ] [ 2 ]

Читать также: