 |
| |
| | По дороге к Петровичу я держал кулаки за то чтобы он разрешил мне подсмотреть за знойной хохлушкой. От того разрешит или не разрешит мне наш бригадир залезть к нему в шкаф и смотреть через замочную щелку как он будет трахать на тахте очередную блядь, зависела моя судьба. Я хотел выебать Валю со страшной силой и я не мог больше находиться с матерью один на один в квартире, зная что её ебет вечерами чужой мужик а для меня она недоступная. И уже подходя к пятиэтажке где жил Петрович, меня осенило. Если этот карлик мой бригадир вдруг заартачится и ни в какую не согласиться чтобы я подсматривал как он ебет кучерявую блядь. Тогда я признаюсь ему что хохлушка которую он дрючить вечерами у себя на тахте, моя родная мать и что муж у неё бывший десантник и очень ревнивый. | | |
| |
|
| |
| | Лика соскочила с полки, напилась минералки и предложила мне снять шорты и лечь на диван. Я с готовностью исполнил её просьбу, а она сняла футболку и легла рядом только ногами к моей голове. В таком положении мы приступили к исследованию наших тел руками, губами, ресницами, ушами, носами и всем чем только можно и нельзя. Она умело ласкала мои яички, промежность, массировала анус, что вначале меня смущало, но потом осмелев я полностью доверился её шаловливым ручкам и старался повторять все её движения. Через несколько минут таких исследований, мой орган вновь был на пределе и она несколько раз сильно, до боли сжала его. Это меня немного отрезвило. Затем, обильно смочив его слюной, она развернулась и села на мои ноги выше колен. | | |
| |
|
| |
| | Эти слова завели Вадима еще больше. Он спустился рукой чуть ниже ее клитора, и средним пальцем раздвинул ее уже очень влажные, и горячи от страсти губки и проник в нее на сколько позволяла обстановка. Стал двигаться пальцем в ее щелке, ощущая каждую ее складочку. Он ощущал степень ее возбуждение, то как ее грудь вздымается, то как ее тело трепешит в его руках и это еще больше его заводило, то как она пытаясь насадиться еще больше на его руку стала слегка подмахивать ему. И тогда им обоим стало все равно, что рядом могли пройти люди и застукать их. Они любили друг друга и им было на все наплевать, вокруг не было ничего, и никого кроме ее тела, ее дыхания, ее взгляда, который как бы поедал его, ее тихих стонов, и ощущения того что он доставляет ей неописуемое удовольствие. | | |
| |
|
| |
| | Гости мужского пола, не скрывая, провожала ее долгими взглядами, отчего Прохор испытывал легкую ревность. Представив их хозяйке дома, дядя куда-то исчез, предоставив самим себе. Катерину увлек в свою компанию кто-то из девушек. Прохор прибился к группе у камина, обсуждавшей виды на урожай в этом году. | | |
| |
|
Рассказ №24666
|
