 |
 |
 |  | я беру все одеяла и укладываю их сложенными вдоль поперёк столика купе... накрываю их пододеяльниками и кладу обе подушки, прислоняя их к окну... после этого я подхожу к тебе и встаю перед тобой... ты откладываешь в сторону пилочку, спускаешь мне штаны и сразу берешь в рот... кладу руку тебе на голову и начинаю ебать твой рот короткими толчками... в какой-то момент, когда я чувствую, что ты ногтями уже крепко вцепилась мне в бёдра, я вынимаю хуй из твоего рта, глажу им твоё лицо и поднимаю тебя... |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Я сажаю тебя сверху, и мы начинаем любовную скачку. Я помогаю тебе, нанося удары снизу, ласкаю твою грудь, ты упираешься в меня ладонями, и я перехожу на твою спинку. Затем я кладу тебя набок, и мы ласкаем друг друга, пока мой член медленно ходит в тебе. Но тебе этого уже мало, тебе хочется еще, быстрее, сильно. Я кладу тебя на спину, закидываю ноги себе на плечи и начинаю входить в тебя. То ударяя снизу вглубь, натирая твою переднюю стеночку, то перемещаясь наверх, когда ствол моего члена трет тебе клитор. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Она, как могла, унижала их, била, но несильно, чтобы не оставлять следов. Она настолько запугала рабынь, если они, кто-нибудь из них доложит Госпоже об её проделках, то она сделает так, что рабыни пожалеют, о том, что родились на свет. В самом начале Лизка, как-то рассказала Екатерине, о том, что Ольга без её разрешения наказала её, на что Екатерина ответила, значит, было, за что и велела Ольге поместить её в подвал, где в течение целой недели её мучили поочерёдно, то Ольга, то Катя, особенно лютовала Ольга. Это было хорошим уроком для всех остальных рабынь. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Мама Нина курила строго кишинёвский " космос", он был дорогим и стоил целых семьдесят копеек. На которые в то время можно было купить бутылку дешового портвейна или семь вкусных коржиков в школьном буфете. Я больше любил болгарские сигареты и по этому на автовокзале в буфете, куда мы зашли с отцом в ожидании автобуса, вместо " космоса" купил себе две пачки болгарских " радопи" по тридцать пять копеек. Но по правде мне тогда из сигарет с фильтром " ява " в мягкой упаковке нравилась, но такие сигареты продавались только в Москве а в провинции их нельзя было купить. |  |  |
| |
|
Рассказ №25008
|