 |
| |
| | Нет, подожди... Не так быстро. Сейчас она дотрагивается до своей груди. Легко, кончиками пальцев... Интересно, какая у неё кожа, бархатная или гладкая? У неё худые руки, тонкие, длинные пальцы чуть-чуть дрожат. Не от возбуждения, от холода. А ногти у нее короткие и похоже что обкусаные... Она выгибает спину и теперь ты видишь, что на левой груди у неё татуировка, кролик, из мультфильма про Винни-Пуха. Совсем рядом с кружком светло-коричневой кожи... Тепреь она прижимает руки к своей груди и медленно опускает их ниже. Ещё ниже. Да, именно туда, куда ты хочешь, чтобы она их опустила. До того самого места, где загар не такой тёмный потому что она только совсем недавно начала загорать без купальника... Её палец, средний, с ногтем, накрашенным ярко фиолетовым лаком продвигается ниже. Как вульгарно. Она наверное на тебя смотрит, но тебе плевать. Она не будет больше тебя дразнить. Теперь можно. Ну что же ты? Не бойся. Подойди к зеркалу... | | |
| |
|
| |
| | Помедлив, я покорно направилась в чулан сама. Совсем не такой представляла я встречу с моим парнем. Сейчас он увидит меня и сразу же узнает, что я бью посуду взаправду, а не для выяснения отношений. Станет ли Оля меня наказывать в его присутствии, размышляла я. В чулане никого не было. Мне стало очень больно, причём я вдруг осознала, что эту боль я ощущаю уже некоторое время. Саша! Где он? Я выскочила в коридор; мои мысли путались, я не могла составить себе никакого плана действий.
Девочка пробегала с подносом, я на автопилоте спросила её:
- Где Саша?
Возвращаясь ныне к этому вопросу, я удивляюсь: ну откуда бы девочке знать, что за Саша, и кто я такая, и где он может быть.
- Сашу дядя Джон увёл в спортзал.
У меня реально болело сердце, я не могла тогда даже внятно сформулировать себе, что это я "беспокоюсь о Саше". Мне хотелось оказаться с ним рядом, вот что! Всё остальное не имело никакого значения.
Я вышла через запасной выход, около кухни, в сад. Он ослепил меня своей красотой и ароматом, но это было несущественно; мне требовались красота и аромат моего парня.
Я пробралась узкой аллеей, отводя от лица тисовые ветки, к бассейну и свернула к гардеробу, за которым, как я предполагала, размещался спортзал.
Так и есть: пройдя мимо шкафов раздевалки, я вступила в пустой спортивный зал с раскрашенным деревянным полом. В углу была дверь, как я понимаю, нечто вроде тренерской. Я обошла стопку матов и рванула дверь на себя.
Саша был привязан скакалками к чёрному кожаному коню, а дядя Джон был без трусов. Он смазывал свою маленькую письку прозрачным гелем из флакона, который он встряхивал и рассматривал на свет.
Уважаемая Мария Валентиновна! Отдаю себе отчёт, что надоела Вам уже со своими цитатами из речей мальчиков. Всё-таки позвольте мне в завершающей части сочинения привести ещё одну, Сашину:
"Женька, ты такая вбежала в тренерскую и с порога ударила по мячу; забила Джону гол. Отбила педерасту хуй."
Неужели события развернулись столь стремительно? Мне казалось, что я вначале осмотрелась в помещении, затем, поразмыслив немного, составила план действий.
Дело в том, что я ненавижу баскетбол; вздорное изобретение люмпенов; к тому же у меня все пальцы выбиты этим жёстким глупым мячом, которым нас заставляет играть на физкультуре наш физрук Роман Борисович.
Поэтому оранжево-целлюлитный мяч у входа в тренерскую как нельзя лучше подходил для выплёскивания моих эмоций: дядя Джон собирался сделать с Сашей то, что Саша сделал со мной!
Я была поражена. Как можно сравнивать Джона и Сашу! Саша - мой любимый, а Джон? Как он посмел сравниться с Сашей? С чего он взял, что Саше нужно то же, что и мне?
Я пнула мяч что есть силы. Хотела ногой по полу топнуть, но ударила по мячу.
Мяч почему-то полетел дяде Джону в пах, гулко и противно зазвенел, как он обычно это делает, отбивая мне суставы на пальцах, и почему-то стремительно отскочил в мою сторону.
Я едва успела присесть, как мяч пронёсся надо мной, через открытую дверь, и - по утверждениям Саши - попал прямёхонько в корзину. Стук-стук-стук.
Вообще я особенно никогда не блистала у Романа Борисовича, так что это для меня, можно сказать, достижение. От значка ГТО к олимпийской медали.
Дядя Джон уже сидел на корточках, округлив глаза, часто дыша. Его очки на носу были неуместны.
Я стала отвязывать Сашу. Это были прямо какие-то морские узлы.
В это время в тренерскую вбежала Оля и залепила мне долгожданную пощёчину. Вот уж Оля-то точно мгновенно сориентировалась в ситуации.
Одним глазом я начала рассматривать искры, потекли слёзы, я закрыла его ладонью, а вторым глазом я следила за схваткой Оли и Саши.
Спешившись, Саша совершенно хладнокровно, как мне показалось, наносил Оле удары кулаками. Несмотря на то, что он был младше и ниже ростом, он загнал её в угол и последним ударом в лицо заставил сесть подле завывавшего Джона.
Я уже не успевала следить за своими чувствами: кого мне более жаль, а кого менее.
Саша о чём-то негромко беседовал с обоими.
- Вам что же, ничего не сказали? - доносилось до меня из угла. - Вас не приглашали на ночной совет дружины заднефланговых?
"Не приглашали" , подумала я, "да я бы ещё и не пошла; дура я, что ли; ночью спать надо, а не шляться по советам."
Мне вдруг захотелось спать, я начала зевать. Возможно, по этой причине дальнейшие события я помню, как во сне.
Дядя Джон, вновь прилично одетый и осмотрительно-вежливый, вновь сопроводил нас, широко расставляя ноги при ходьбе, до гардероба, где в шкафчиках висела наша одежда, с которой начались наши сказочные приключения.
Для меня-то уж точно сказочные.
Я с сожалением переоделась, Саша с деланным равнодушием.
Обедали мы уже в лагере, Саша в столовой степенно рассказывал своим друзьям о кроликах и о том, как фазан клюнул меня в глаз. Я дождалась-таки его ищущего взгляда и небрежно передала ему хлеб. Он сдержанно поблагодарил и продолжил свою речь; но я заметила, что он был рад; он улыбнулся! Он сохранил тайну.
Я планировала послесловие к моему рассказу, перебирая черновики, наброски и дневники на своём столе, но звонкая капель за окном вмешалась в мои планы, позвала на улицу.
Я понимаю всецело, Мария Валентиновна, что звонок для учителя, но разрешите мне всё же дописать до точки и поскорее сбежать на перемену; перемену мыслей и поступков, составов и мозгов, и сердечных помышлений и намерений, а также всяческих оценок. | | |
| |
|
| |
| | Щекотка ног продолжалась 20 минут. Потом Маша приступила к животу. Её пальцы быстро бегали по ребрам верх и вниз, что заставляло Настю смеяться. Потом круговыми движениями она начала приближаться к пупку Насти. Она извивалась пытаясь избежать щекотку, но не получалось. Указательный палец щекотал не глубокий пупок подруги. Щекотка продолжалась ещё час. Потом Настя уже плакала от смеха. | | |
| |
|
| |
| | Люба, взяв Васю, передала его в руки Веры. А сама после обеда вновь выщла "на охоту". Семен был молод, и Люба без труда уговорила его. Она убедительно доказала, что сейчас, в 21 веке, нельзя подходить к сексу с традиционных позиций. Все должны брать всех, все должны давать всем. Сема тоже любил поддать, поэтому после обеда у него ничего не маячило. На это обстоятельство Люба и напирала. | | |
| |
|
Рассказ №25318
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Понедельник, 23/12/2024
Прочитано раз: 17886 (за неделю: 2)
Рейтинг: 55% (за неделю: 0%)
Цитата: "В пустой комнате Настя лихо стащила юбку, а трусы мол должен снимать мужчина. Ох и Настя! После я опустился, накрыл ее рот глубоким поцелуем. Все ниже поцелуи спускались к соскам грудей, по животу, и наконец к заросшей промежности - тогда не брили и не стригли. Мои руки стянули красивые трусики (готовилась) и Настя лихо раздвинула свои полные ножки. И вот мужской член раздвинул половые губы и нежно погрузился в тугое на удивление лоно, вызвав протяжный стон молодой женщины. Да она точно сильно проголодалась! И вскоре бурно кончила, я даже зажал ей рот! Иначе бы всё село о её страсти узнало! И как она лихо и страстно мне подмахивала! Я был в восторге! Каждая новая женщина - это новый мир страсти и интима!..."
Страницы: [ 1 ] [ ]
Часы идут, дни бегут, а годы летят... Как пела в своё время Майя Кристалинская:
А годы летят, наши годы как птицы летят
И некогда нам оглянуться назад
И радости встреч, и горечь разлук,
Мы всё испытали, товарищ и друг...
Всё течёт, всё меняется... Мои "мушкетёрши", получив дипломы, разъехались по своим направлениям. Конечно у нас были три прощальные ночи - надо же со всеми тремя попрощаться. На четвёртый день я проснулся один, просто обессиленный. Смутно мелькали воспоминания... То Зина делает минет, урча, как кошка, то Валя, раздвинув свои стройные ножки, издаёт такие сладострастные стоны, что нам в стенку постучали. Позавидовали... Таня, обожавшая анальный секс, тоже была в восторге от нашего бурного, но безопасного "прощания". Ладно, жизнь продолжается... Пора ехать!
Да, два года пролетело, ну прямо как один миг. И я, закончив учёбу в медицинской академии, уже как интерн, поехал в то же самое громадное село. Приехал я рано утром. Солнце подымалось над горизонтом. Село только просыпалось, люди выгоняли коров на пастбище. Слышалось пение птиц, траву украшала утренняя роса, капли словно крупные бриллианты, красиво переливались в солнечных лучах.
В ФАПе новая медсестра, очень симпатичная, встретила меня совершенно неласково, мол припёрся фрукт какой-то городской, бумаги у него именно сюда, понятно, будет тут теперь командовать. И вот председатель колхоза, уж не знаю как он узнал, но прилетел. Обнял, аж кости мои затрещали. Я ему про сына рассказал, а тот сообразил и, как я ему и посоветовал тогда, закончил офицерские курсы и уже не сержант, а точно младший лейтенант! Вот! И, хоть одна звёздочка, да офицер! И - лиха беда начало!
- Знакомься, Виталий! А это наша новая медсестра, Светлана Винокурова. Вот с такой красавицей будешь трудиться. А тебе, Светочка, очень повезло, с тобой сам Колдун будет тут работать целых полгода. А та обалдела:
- Так вот какой он, Колдун. Молодой и красивый. А я представляла здоровенного деда с бородой, - мы с председателем долго смеялись.
Узнав, что я приехал, сразу несколько знакомых пришли. Приходили и другие, всех я осматривал, ничего сложного. Даже два местных алкаша зашли, мол спиртику. Но пару уколов пришлось сделать Свете этим жаждущим-страждущим и я им ещё по таблетке "Антабуса". Света немного обалдела от моего медицинского баула - о таких лекарствах она никогда не слышала. Жена председателя зашла, расцеловала и потихоньку сунула в карман моего халата небольшой пакет - премия за прошлые годы. Ну да ладно, как говорится, дают - бери, а бьют - беги.
Но вот уже и обеденный перерыв. Идём на кухню. Я быстро подношу горящую спичку к конфорке и поворачиваю ручку горелки. Вспыхивают синие огоньки. Беру чайник. Он полон еще с утра. Ставлю его на плиту. Потом начинаю копаться в холодильнике. Нахожу полбанки майонеза, несколько сосисок и котлет, кусок сыра грамм на триста, сливочное масло и яйца. Непорядок, но вопрос с едой решим! Лано, чем богаты... Все это я сразу перемещаю на кухонную столешницу вместе с парой помидоров и пучком зелени, найденных в нижнем отсеке. Беру вчерашнюю, уже немного подсохшую половинку батона. Нарезаю несколько ломтей. Вообще-то лучше бы разделить его на тонкие кусочки, но не получается, хлеб сильно крошится. Забираю со шкафа и всполаскиваю чистую тарелку. Разбиваю над ней яйцо. Сыплю туда щепоть перца из перечницы на столе. Учись, Светочка, это будет и быстро и вкусно!
Света жадно наблюдает за мной. Она явно в предвкушении гастрономического пира, но сейчас сидит тихо и думает о чем-то своем. Явно мечтает о замужестве...
Включаю огонь, и ставлю на него сковородку. Бросаю на неё толстый ломоть желтого сливочного масла, который сразу же начинает таять, растекаясь по поверхности пузырящимся озером.
Поочередно макаю в яйцо кусочки батона и выкладываю их на сковороду. Пока они там жарятся, строгаю сыр ломтями, а потом измельчаю его быстрыми движениями ножа. Та же участь постигает сосиски, котлеты, и зелень. Мою помидоры, и рублю их аппетитные алые бока с оставшимися на поверхности сверкающими капельками.
Переворачиваю прожарившиеся с одной стороны гренки. Кладу на каждую половину по чайной ложки майонеза и размазываю его по поверхности тонким слоем. Затем на хлебе появляются кусочки котлет и сосисок. Все это великолепие увенчивается ломтиками сыра, и накрывается крышкой. Я такое часто готовил во время своей учёбы, когда не хотелось тратить время на что-то серьезное.
Через три минуты открываю крышку. Вверх взлетает большой клуб пара. Сыр уже расплавился и потек, облегая кубики сосисок и котлет. Я, при помощи вилки, водружаю гренки на большую тарелку, украшаю их сочными ломтиками свежих помидоров, огурцов и зеленью, ну и торжественно подаю на стол. Света была в восторге! Мол такой вкуснятины она ещё никогда не ела, а как всё просто! Потом пьём чай, а я рассказываю анекдоты. Света заразительно смеется. Красивые ямочки, возле уголков губ придают девушке особую привлекательность. Но вот она потянулась и встала - совместный обед заканчивается. Светочка! Она невероятно красива даже сейчас, в таких простеньких советских туфельках и невзрачном белом халате. Точеный профиль и зеленые глазищи, длинные изящные ножки. Если наложить на Свету макияж и одеть в вечернее платье - готовая ТОП-модель с обложки глянцевого журнала.
Оп-па, а что-то Света так охает? Понял, шею ей помассировал, взял фонендоскоп и послушал. Ясно, простыла немного. Швейцарское лекарство, да с демидролом и вот она вскоре спит в своей комнате. Утром она нужна мне здоровая! А я принял ещё несколько человек и сам обработал раны и сделал пару уколов - у трактористов часто порезы и небольшие, но неприятные раны
Смех и грех - пришла Настя, продавец в нашем сельпо. Никак замуж она не выйдет, да ещё и планка для жениха поднята очень высоко. Я и решил чуть пошутить с ней:
- Настя, такое впечатление, что ты вышла замуж и уже успела и развестись...
- Виталий! - Я в отчаянии. У меня сложилось впечатление, что красивого мужчину голыми руками не возьмешь. Что ты мне посоветуешь?
- Вообще-то мужчин берут не голыми руками, а голыми ногами, - а она задрала юбку до пупа, мол вот так. Конечно, но когда сядешь рядом с мужчиной, задери юбку вроде как совершенно случайно. А потом поахай, мол как я могла, но он уже будет на крючке... У мужчин такая зрительная память - вид твоих ножек будет висеть перед ним, как закроет глаза... А ты ещё садись к нему на колени, поцелуй и убегай. Всё, он в ауте!
- Виталий, а ты можешь меня... ну сделать приятно... а то у меня давно не было... я очень соскучилась... ну чтобы я на нового жениха не кидалась... а то я чуть выпила... ну, пожалуйста, - и юбку задрала аж выше манжетов чулок. Ну Настя! Похоже, что врачу тут нужно быть ещё и психологом и женщин удовлетворять!
В пустой комнате Настя лихо стащила юбку, а трусы мол должен снимать мужчина. Ох и Настя! После я опустился, накрыл ее рот глубоким поцелуем. Все ниже поцелуи спускались к соскам грудей, по животу, и наконец к заросшей промежности - тогда не брили и не стригли. Мои руки стянули красивые трусики (готовилась) и Настя лихо раздвинула свои полные ножки. И вот мужской член раздвинул половые губы и нежно погрузился в тугое на удивление лоно, вызвав протяжный стон молодой женщины. Да она точно сильно проголодалась! И вскоре бурно кончила, я даже зажал ей рот! Иначе бы всё село о её страсти узнало! И как она лихо и страстно мне подмахивала! Я был в восторге! Каждая новая женщина - это новый мир страсти и интима!
- Виталик, все мужчины развратники и нет среди вас, мужчин - однолюбов, вот!
- Настя, мужики бывают однолюбы, но многоёбы, - слегка пьяная Настя хохотала вовсю.
- И ещё, ведь пьяная гайка резьбе не хозяйка, - Настя вновь хохотала. Хоть бы Свету она не разбудила. Настя специально медленно оделась и вышла очень довольная, аж буквально светилась. Две молодые женщины, идущие по улице ей навстречу, явно посмотрели на неё с сильной завистью. Теперь точно всё село узнает! Давно она с таким личиком не ходила!
- Колдун приехал, вон Настя у него на приёме была, счастливая какая. Видимо хорошо "полечил"! - хохочут, негодяйки. И завидуют. Надо и нам на приём к нему зайти, - громко смеются, какие коварные. Но хоть мимо прошли. А то ещё могут и вдвоём придти. Или в гости пригласить... А разве можно девушке отказать? Тем более разведённой и, конечно, жаждущей ласки и внимания...
Страницы: [ 1 ] [ ]
Читать из этой серии:»
»
Читать также:»
»
»
»
|
