 |
 |
 |  | - И всё же, какая у вас аккуратная попочка. Ух, люблю женские попки, не огромные жопы, и не сухощавые жопки, а именно аккуратные пышные попочки. А ваша, так вообще, эталон богини Венеры, идеал любого мужчина. И особенно когда она загорелась румянцем. Это просто неописуемое зрелище. Что молчишь? Ты когда нибудь видела в зеркале своё отражение сзади? Встань, посмотри. Лера приподнялась со стола и невольно взглянула в окно. Через неплотно сдвинутые жалюзи она увидела Романа, мило беседующего с Максимом. Она вскочила, и было помчалось к окну, ну полковник крепко ухватил её за руку.
- Ты что дура, не подходи близко к проёму, хочешь, чтобы тебя голой увидели!
- Там Роман, он на свободе!
- Так что же вы мне ничего не говорите, что его уже освободили.
- Да я сразу дал приказ освободить их обоих, в связи с примирением сторон. Вот бизнесмена я сам отпустил, а вашего мужа следователь должен был освободить, как только тот мужик уйдёт из отделения, чтобы у вас с ним вновь не возник конфликт.
- Ну почему вы мне ничего не сказали!!! Закричала разгневанная женщина.
- А ты мне и слова не дала вставить, сразу начала раздеваться. Я только хотел предложить вам пойти на мировую, с ним-то я уже договорился, оставалось тебя убедить, поэтому и сказал следователю, чтобы зашла потерпевшая. А тут такое, я просто не мог удержаться от столь достойного предложения. Думаю, я тоже тебя не обидел, тебе же самой понравилось, особенно это.
Со злости Лера раздула ноздри, и уже строже, взглянула в глаза.
- Всё ладно молчу. Идём хоть немного подмоемся, не с таким же видом идти навстречу к любимому мужу.
Они прошли через вмонтированную в шкафу дверь в небольшую комнату, где стояла раковина с унитазом. Лейка со шлангом была сделана буд-то специально для женщин. По-видимому, полковник здесь не одну уже подмывал. Лера оделась, привела причёску в порядок, и выбежала, не закрывая дверь из кабинета начальника. С довольной улыбкой она просто летела по лабиринтам длинного коридора, и когда распахнулась последняя дверь, Лера увидела у крыльца уставшего и замученного Романа. Она бабочкой порхнула с верхней ступеньки к нему, повисла на шее, и скрестила ноги вокруг его талии. Подол её лёгкого сарафанчика парашютиком взметнулся вверх, демонстрируя полуголые ягодички. В этот момент супруг ухватил её талию вместе с поднявшимся платьем, и попка осталась открытой. Они слились в долгом и знойном поцелуе, кружась на асфальте у отдела полиции, словно в медленном вальсе на сцене. И хотя зрителей было не много, бурных оваций было достаточно.
И гражданские, и люди в пагонах любовались видом оголённого зада двух полушарий, которые разделяла узкая лямка, с небольшим треугольником сверху. Но супруги не реагировали на ухмылки прохожих, продолжая, наслаждаться друг другом. Они вместе, и им всё по барабану, и стыд и страх, и всё остальное, главное, что они снова вместе.
Придя в себя от долгой разлуки, они подошли к Максу стоящему у своего автомобиля, чтобы подать знак благодарности.
- Ну что, я вижу, вам не терпится попасть скорее домой, садитесь, подвезу. А то опять, какая нибудь история приключиться.
Макс всю дорогу молчал. Он окончательно убедился, что эта женщина просто безумно любит своего мужа, и никогда от него не откажется. Потеряв все надежды, тот всё же решил сделать последнюю попытку. Машина подъехала к подъезду, затем снова тронулась, и развернулась на том же пятачке в конце дома. Супруги сидели и ждали, когда же он тронется, и снова подъедет к подъезду. Но Макс медлил, не зная, как и с чего завязать разговор.
- Максим, ты что-то хотел сказать, не так ли?
- Я должен тебе кое-что вернуть.
Он достал из бардачка полиэтиленовый пакет, с аккуратно свернутыми трусами, и передал его женщине, сидевшей с мужем на заднем сиденье. Роман сразу понял, что это такое, узнавая любимые стринги супруги, купленные в Финляндии. Он как обычно молчал, давая возможность оправдаться жене.
- Роман, я всё тебе объясню, вот только зайдём домой, и я всё расскажу в мельчайших подробностях. Нет, я даже могу здесь начать разговор.
- Когда пацаны не захотели свидетельствовать против этого бизнесмена, Настя поехала к нему, чтобы уговорить забрать заявление. Но тот отказался, и сказал, чтобы я приехала сама. Я не поехала, и позвонила этому следователю, который и предложил мне поймать на живца этого наглеца. У нас всё получилось, приехал наряд, его увезли, ну а меня тоже забрали для дачи показаний, и я до полуночи сдавала все мазки, соскобы с одежды, из под ногтей, и так далее.
- А трусы - это вещь док, стороны пошли на примирения, и вещественные доказательства уже не нужны, прервал её Макс, понимая, что женщина своими рассказами пошла до конца.
Он боялся, и даже стыдился, вдруг она скажет, что тот сначала попросил подарить ему трусики, потом попросил полизать, и затем только стал её трахать.
- Ладно Лера, я всё уже знаю, Макс рассказал мне о вашем плане. Рассказал, какая ты у меня отчаянная и недоступная, как отбивалась от насильника, не подаваясь панике. Как он тебя подвозил, а ты его даже не напоила чаем.
- Мне тогда было не до чая, сказала до сих пор ещё напуганная Лера.
- Но ничего, сейчас-то можно выпить, что нибудь крепенького, как думаешь Макс? Спросил его Роман.
- Нет, извините ребята, работа, дела, нужно спасать мир.
- Тогда может в следующий раз, мы основательно подготовимся, и хорошо посидим, продолжил Роман.
Макс не ответил, Лера тоже молча сидела, нервно перебирая шуршащий пакетик с трусами. Она невольно вспоминала все события вчерашнего вечера, думая, поскорее бы выйти из этой машины, и больше никогда не встречаться с этим ментом, не по плохим, ни по хорошим вопросам. Её здесь больше ничего не удерживало, и не дожидаясь разрешения выйти, Лера потянула за ручку двери, и покинула душный от летнего зноя автомобиль.
- Роман выходи, немного пройдёмся пешком, а то что-то душно, нужно глотнуть хот чуточку свежего воздуха. А тебе Макс ещё раз большое спасибо, я надеюсь, ты не откажешь моему мужу, посидеть за бутылочкой.
Макс только кивнул головой, и дал по газам. Супруги вошли в свой подъезд, и Лера сразу же выбросила пакетик с трусами в мусоропровод на первой лестничной площадке, ничего не поясняя Роману. Казалось после такой долгой разлуки, они не могли налюбоваться друг другом в отделе полиции, но дома наступило затишье. Тут они не знали с чего начать разговор, и о чём говорить. Лера поддержала враньё Макса, и теперь не решалась подводить их нового друга, А Роману было всё равно, что тут произошло за последние два дня. Он на свободе, и свободу ему заработала любимая женщина, к которой не может быть ни каких претензий. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | - сказала моей матери тётя Оксана, целуя Марине руки которыми она одевала ей лифчик. А у меня глядя на ласки взрослых и безумно красивых самок, по новому стал вставать член. Хотя моему бедному отростку, опухшему от трения в горячих и влажных дырках зрелых и развратных женщин. Реально был нужен полноценный отдых и я сейчас завидовал Витьку, который спал на диване как сурок. А мне не дала выспаться Марина. Мама растолкала нас с Оксаной в закутке за печкой, заставила встать с кровати и собираться в дорогу. Эта детдомовская оторва Мариша, была просто помешана на оружии и ей нетерпелось поскорее встретиться с Михалычем и поговорить с ним об тайнике с автоматами, зарытым где-то его родственником полицаем. Вот по этому мать и посылала Оксану в город с утра, не дав своей любовнице и сыну поспать. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Дени это ты? Ах Смити ещё, сожми их ещё, нет не отпускай... мне нравится, как вы это делаете мальчики!!! Каждое движение их рук вызывает нестерпимое желание, до болезненных сокращений внизу живота, бабочки стали бить острыми крыльями, пытаясь меня поцарапать внутри... их крылья превратились в сто тысяч мелких остроклювых колибри, и они пытаются найти из меня выход! |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Иван повернулся. Мама была одета лишь в тоненький домашний халатик. Парню всегда нравилось, когда мать надевала именно его. Ноги было видно почти полностью. К тому же Иван знал, что мама почти всегда ходит без белья. Неоднократно ему счастливилось видеть на мгновение мамины прелести, когда та, забывшись, делала неловкое движение, и обнажался вид на ее половые губы. Причем Иван отмечал для себя, что мама часто меняла свои интимные стрижки. В те моменты, когда он заглядывал ей между ног, ее промежность выглядела по разному. То на ее губах была коротенькая щетинка, то была начисто выбритой, а однажды он успел заметить там целый клок черных волос. "Интересно, а как у нее там сейчас"? - задался вопросом Иван, чувствуя, как возбуждается все сильнее. Александра Юрьевна сидела на кровати и расчесывала волосы. Иван лег на кровать напротив и сделал вид, что смотрит лишь на то, как приводит себя в порядок мать. На самом деле он постоянно переводил взгляд на ноги матери, в надежде, что она сейчас их как-нибудь неловко раздвинет или перекинет ногу за ногу. Но, нет. Они были крепко сомкнуты. |  |  |
| |
|
Рассказ №25374
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Четверг, 20/03/2025
Прочитано раз: 35113 (за неделю: 0)
Рейтинг: 50% (за неделю: 0%)
Цитата: "Женщина аж выгнулась, подставляя свою промежность розовому язычку девочки-подростка. Вскоре по телу Еленочки пробежала судорога. Она вцепилась в обнаженную спину ученицы длинными ногтями и по-звериному зарычала, насаживая юный ротик на пульсирующее влагалище. Тут же застонал и Максим. Вынув член из тесной и мокрой дырочки, он стрелял длинными упругими струями в затылок Уле, попадая при этом и в лицо Елене Михайловне. И внезапно для самого себя, мальчик обхватил головку члена ладонью и со всего маху всадил ее в другое, еще более крохотное отверстие между гладких ровных ягодиц. Уля закричала.Но Елена Михайловна дала ей такую оплеуху, что школьница поперхнулась своим криком и просто обвисла между бедер учительницы......"
Страницы: [ 1 ] [ ]
- Так, мальчики, успокоились..!
Голос Елены Михайловны звенел под сводами школьного спортзала.
- Встали по росту, я сказала..!!!
...Девочки давно уже выстроились по белой линии баскетбольной площадки, явно неодобрительно посматривая в сторону расхулиганившихся мальчишек.Достоинство было написано на их юных свежих личиках."Вот, мы, мол, какие. Встали и стоим. И учительница нас любит..."
На самом деле Елена Михайловна с интересом поглядывала на бегающих и прыгающих вокруг пацанов. 9-ый класс, как-никак. Форма классическая постсоветская. Тесные трусики, облегающие маечки и белые носочки из-под кед. (В свои 27 Еленочка (так звал ее муж)уж давно призналась сама себе, что страсть к подглядыванию для нее порой важнее, чем сам секс). Упругие бугорки под натянутым синим атласом ученических шорт заставили Елену Михайловну даже порозоветь. Уж слишком явно было видно, какой у кого длины и толщины. Отгоняя непринужденные мысли о голеньких мальчиках в душе (то, что Еленочка обычно представляла себе, трахаясь с мужем), она буквально зарычала:
- В строй ! Иначе по паре каждому в журнал!
Угроза возымела действие. Мальчишки тут же выстроились в ряд, нервно похихикивая и подталкивая друг друга.Елена Михайловна еще разок невзначай скользнула взглядом по атласным бугоркам и, ко всеобщей радости объявила:
-Кросса сегодня не будет. Сразу переходим к разогревающим упражнениям.
-Ура-а-а!!!, - разнеслось по спортзалу.
-Для девочек - стойка на плечах и кувырки через голову. Мальчикам - подтягивание и делать мостик.
Подростки тут же рассыпались. Некоторые тут же начали разогреваться. То пытаясь сесть на шпагат, то неуклюже размахивая ногами.Елена Михайловна привычно обратилась к Уле Самойловой, рослой девчонке с вьющимися косами и смелыми карими глазами:
- Уля, покажи, как правильно.
Уля усмехнулась, легла на мат и, подхватив по всем правилам "стойки на плечах", руками поясницу, вскинула ноги вверх.
Желтая футболка тут же соскользнула вниз. Уля отработанным движением локтей прижала майку к бокам. Но тонкая ткань все же чуть-чуть обнажила самый край подрагивающих грудок. В стороне мальчишек наступила полная тишина. Елена Михайлрвна, улыбнувшись самым уголком губ, начала, как и полагается, считать:
-Раз...Два...Три...Четыре...
Уля упорно стояла на плечах. Локотки ее чуть расслабились и футболка сползла еще ниже. Лифчика девочка на физ-ру не носила принципиально, убежденная, что свободное тело лучше развивается. Теперь же весь класс, затаив дыхание, смотрел, как желтый хлопок понемногу, но неизбежно ползет по вздрагивающим холмикам Ули.
-Девять...Десять...Одиннадцать...,- Елена Михайловна прекрасно видела, что сейчас будут видны и Улины соски. Но продолжала считать, поглядывая при этом в сторону мальчишек.Долго ждать не пришлось. Вот Максим первым присел на край мата,плотно сжав колени. Вот и Сережа полуотвернулся, нелепо пригнув ноги. Уля упорно стояла на плечах. В глазах ее выступили слезы. Майка сползала вниз. Некоторые девочки зарделись и невольно прикрыли руками свои сисечки, запертые в тесные подростковые лифчики.Елена Михайловна сжалилась:
-Достаточно. Спасибо, Ульяна. Прекрасная стойка. Всем повторять.
И направилась к пацанам.
-Максим. Мостик!
"Пожайлуй, самый рослый и созревший", - подумала учительница.А вслух сказала:
Выгибаться как следует. Покажи, какой у тебя тренированный позвоночник.
Светловолосый Максим нерешительно вышел на мат. Почему-то вздохнул и резко опрокинулся назад, уперевшись руками. Его член теперь был теперь виден во всей красе. Рельефная колбаска лежала поверх вытянувшихся от напряжения яичек.Елена Михайловна подхватила Максима под талию и со словами:
- Таз необходимо при этом расслаблять,- быстро и точно провела ладонью по члену мальчика.Затем таким же выверенным движением обратно - оставив подушечки пальцев лежать на яичках. Делая вид, что ничего необычного не происходит, Елена михайловна что-то горячо и уверенно говорила. Но что, она не понимала сама. Ее рука лишь чувствовала напрягающийся постепенно член Максима. Как бы незаметно учительница переместила ладонь повыше, и, непрерывно говоря что-то умное остальным мальчикам,ощутила взбухающую головку. Макс стоял, выгнувшись.Он понимал, что происходит что-то нелепое, странное, но удивительно приятное. Ощущения были схожи с теми, когда в пионерском лагере 14-летний Макс подглядывал в окно девчоночьей палаты.Та же необъяснимая дрожь в пояснице и подкатывающие к низу живота сладкие волны. Особенно Максиму нравилось, что сейчас на него глядят девочки. Особенно Ульяна. Мальчик закусил губу и чуть застонал. Елена Михайловна улыбнулась и отпустила руку:
-Поднимайся!
Подросток выпрямился. Атласный бугорок превратился в небольшую дубинку, откровенно торчащую сквозь спортивные трусики. В зале настала полная тишина. Девочки,забыв обо всем, глядели на вздыбившийся член Максима. Практически все они видели подобное лишь в порнухе, тайком от родителей.И вот! Однокашник оказался тем самым мужчиной. который имеет ту самую твердую штуку... И может засунуть ее женщине и в рот, и между ног, и в попку... Мысль об этом, поразила, по-крайней мере Ульяну Самойлову. Все эти багровые члены во взрослых журналах она считала до сих пор чем-то отдаленным, ненастоящим. А тут ее сверстник пытается поправить короткие трусики, чтобы из них не вылез... Уля прикусила губу. И решительно подошла к Елене Михайловне:
-А можно, я подтянусь несколько раз на турнике ?
Елена Михайловна с некоторым замешательством поглядела на девочку. Бросила взгляд на короткую майку и торчащие девчоночьи соски и пробормотала:
- Ну если хочешь...
Уля тут же подошла к шведской стенке. Подпрыгнув, ухватилась за стальной турник и повисла. Желтый топик тут же задрался. Откровенно обнажились не только юные нежные грудки с розовыми сосочками, но и даже слегка пробивающиеся пушком подмышки.
Кто-то охнул. Кто-то даже отвернулся. Уля висела и откровенно смотрела на Максима. Взгляд девочки тут же перехватила учительница. Елена Михайловна все поняла.И решила разрядить обстановку:
-Так! Всё, всё! За-ни-ма-ем-ся !!!,- и, повернувшись к висящей на турнике полуобнаженной Уле:
- Зайди ко мне в тренерскую.
...Минуть пять сидели молча. Потом Елена Михайловна, якобы невзначай, бросила:
- Посиди пока в каптерке. Ну где мячики...
Уля,поникнув головой, послушно зашла в крохотную каморку, расположенную за тренерской и закрыла за собой дверь. Уже через минуту напротив Елены Михайловны сидел Максим, вызванный из зала властным окриком.
-Ты хочешь заниматься большим теннисом ?, - спросила мальчика учительница.
-Ну вообще-то да.
-В большом теннисе нужны хорошие мускулы. Особенно ног. покажи-ка...
Мальчик нерешительно встал и повернулся вокруг себя.
-Нет, нет,- усмехнулась Елена Михайловна, - покажи ВСЕ мышцы. Да не стесняйся ты. Я тебе чуть ли не в мамы гожусь. Снимай и майку, и шорты, и трусы.
Максим побагровел и затих. Однако через минуту он медленно стянул с себя одежду. Мальчик прекрасно понимал, почему ладонь Елены Митхайловны так уверенно лежала на нем, когда он делал мостик. Небольшой член при движениях школьника болтался из стороны в сторону.
- Иди сюда...
Максим подошел к учительнице. Женщина спокойно взяла чуть влажную головку пальцами. Другой рукой она медленно провела по пушистым яичкам.
- А почему он у тебя сегодня встал ?
Максим покраснл еще больше. Он уже ничего не соображал. Дыханье мальчика сперло. По всему телу пробежали мурашки. И лишь одна мысль колотилась в голове Максима:
"Мой хуй - в руках Елены Михайловны... Мой хуй - в руках Елены Михайловны..."
- А тебе Уля Самойлово очень нравится ?, - спросила учительница, продолжая как-бы невзначай потирать вздувшуюся головку пальчиками. И вдруг быстрым движением языка лизнула яйца Максима. МИальчик вздрогнул и напрягся. Елена Михайловна уверенным движением заправила член школьника себе в рот и начала быстро и глубоко его сосать. Доставая носом до самого пупка Максима. Мальчик застонал.
- Ах, тебе Улечка нравится...,- сладострастно протянула Елена Михайловна, на мгноаение выпустив член изо рта, - Улечка, тебе, щенок, нравится...
И вновь начала заглатывать бордовую головку, оттягивая при этом стянувшиеся морщинистые яички.
За дверью раздался всхлип. Максим дернулся. Член его тут же обмяк прямо во рту у Елены Михайловны. Женщина с явным неудовольствие отпустила розовую теплую плоть из губ и глянула на мальчика. Глаза ученика, полные ужаса, неотрывно смотрели на дверцу каптерки.
Страницы: [ 1 ] [ ]
Читать также:»
»
»
»
|