 |
| |
| | Они снова сели в воду. Саня откинулась спиной на грудь мужчины, легла головкой, щекоча мокрыми прядями лицо, а он, ленивый, пересыщенный, неторопливо игрался пальцами с писечкой, трогая и обводя пальцами другой руки пупырышки сосков. В жаркой истоме, в приятном утомлении накатывала, полудрема, и уже ничего не хотелось - только бы лежать вот так, чувствовать опавшим членом мягкие детские ягодички и, обнимая невесомое теплое тельце, трогать и трогать писечку. | | |
| |
|
| |
| | Вогнав член почти до конца я уперся прямо в матку. Лиза уже не могла сдерживать боль и слезки её капали ручейком. Но мне было все равно. Я начал трахать её как взрослую бабу. Поначалу она лила слезы и умоляла, а потом смирилась с болью и бесполезность растрогать меня. Наконец, я кончил и довольный собой вытащил свой член из её киски. На презервативе была кровь. Её промежность представляла собой разгромное зрелище. Белое полотенце, на котором лежала её попочка, было все в каплях крови. В крови был вход во влагалище и пара мазков крови была на бёдрах, видимо я коснулся их, когда пальцами ласкал её губки и потом лапал её ножки. | | |
| |
|
| |
| | Мэри повиновалась. Сет заметил, как вожделенно она уставилась на его сморщенный бессильный пенис, торчащий из расстёгнутой ширинки, и ухмыльнулся. Он сел на кровать у её ног, погладил её по обнажённой толстой попке и раздвинул ягодицы. Круглое коричневое отверстие, смазанное слюной и мокротой Мэри, слегка сжалось под его пристальным взглядом. Взяв вазелин, Сет смазал свой палец и вставил его в тугой анус дочери. Он поглаживал ей прямую кишку изнутри, пока девушка не расслабилась. Её зад слегка опустился и Сет начал вставлять резинового монстра в её девственную попку. Несомненно, Мэри испытывала страшную боль, но вскоре внутри что-то оборвалось, и она вздохнула облегчённо. Елдак вошёл в неё полностью, но он был слишком велик для её неразработанного прохода, чтобы Сет мог свободно двигаться по нему. Тогда он вытащил имитатор и вставил в жопу дочери свой ещё неокрепший член. Так было значительно лучше, и Сет стал ебать свою дочь. Мэри бешено вертела бёдрами, насаживая их на желаемый предмет, и крепко сжимала свои груди. Член Сета, погружённый в попку Мэри, стал набирать силу, и вскоре Сету стало тяжело ворочать им внутри жопки дочери. Поэтому он перевернул её на спину и, устроившись между её бёдер, вогнал хуй в её ароматную пизду, которая приняла его с довольным хлюпаньем. Сет драл дочь так неласково, как не обращался ни с одной из своих женщин. Его окаменевшие яйца хлопались о её задницу, которую Мэри вскидывала навстречу его елдаку. Сет доебал её до конвульсий, а когда они стихли, вытащил свой прибор и облил дочь спермой, хлынувшей невиданным доселе горячим потоком. | | |
| |
|
| |
| | В этих снах повторялась одна и та же картина. Я в какой то комнате, а передо мной стоит Анечка в голубеньком купальнике бикини. Стройная фигурка неземной красоты. Она кладет руки на резинку трусиков и спускает их до колен: А дальше трусики сами падают на ее щиколотки, и теперь она стоит со спутанными ножками. Анечка улыбается мне смущенной улыбкой и за эту улыбку я готов хоть сейчас с гранатой под танк или грудью на амбразуру пулемета. | | |
| |
|
Рассказ №2538
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Четверг, 21/12/2023
Прочитано раз: 18103 (за неделю: 20)
Рейтинг: 87% (за неделю: 0%)
Цитата: "Кружилась в пустой холодной комнате, в вихре взлетающего подола юбки, в облаке волос, в белом свете луны. Босые ступни, повинуясь неслышной музыке, отстукивали ритм вселенской тоски. Сумасшедший танец под хрустальный звон вдребезги разбитых надежд...."
Страницы: [ 1 ]
Она кружилась...
Кружилась в пустой холодной комнате, в вихре взлетающего подола юбки, в облаке волос, в белом свете луны. Босые ступни, повинуясь неслышной музыке, отстукивали ритм вселенской тоски. Сумасшедший танец под хрустальный звон вдребезги разбитых надежд.
Она кружилась, широко раскинув руки-крылья. Казалось, кисти этих прекрасных рук живут самостоятельной жизнью и танцуют свой собственный танец. Они то нежно манили, то гордо взлетали над головой, то страстно сплетали трепетные пальцы, то обнимали плечи танцующей, стыдливо пряча их наготу от похотливых взглядов бесстыдных звезд.
Ночь растворяла в бокале с вином кусочек луны и та, что кружилась, пила этот колдовской напиток одиночества.
Одинокая ночь...онемевший телефон и испуганное время на часах...
В рассыпанных осколках давно пролитых слез затеряны ошметки воспоминаний. Они вспыхивают и гаснут в бокале, как падающие звезды в бархатном небе августа. Слезы, они не о ком и не для кого, они о себе. Они неизменный итог дня, уходящего в вечность. Они не облегчение и не раскаяние, они соленые свидетели кружения в пустой комнате.
Она кружилась...
Страницы: [ 1 ]
Читать также:»
»
»
»
|
