 |
| |
| | - Да, извращенцы... они, гнусные гоблины! - кивнул Валерка. - Так вот, Станислав Витальевич, я продолжаю: видя, в каком ты сейчас состоянии, они, эти самые извращенцы, не растерялись бы... наоборот: пользуясь моментом, они не стали б тебя будить, а вмиг увели бы, утащили б тебя, нашего друга, в тёмное-тёмное место, и там... там - в тёмном-претёмном месте - они, эти гнусные извращенцы, без труда и прочих усилий, не видя никакого сопротивления с твоей стороны, тут же стянули бы с тебя штаны, поставили бы тебя, ничего не понимающего, на четыре кости... | | |
| |
|
| |
| | Она вздрогнула и даже чуть отшатнулась. Я теперь читал её мысли как в открытой книге... Юрист 2 класса Виктория Соколова втянула своим греческим носиком воздух и попыталась выделить едва заметные характерные черты отдельных тонов. Мало кому известно, но в отличие от мужчин, женское обоняние позволяет осознанно определять феромоны и многое другое. А целенаправленно развитое женское обоняние способно различать отдельные индивидуальные запахи людей на фоне множества других, | | |
| |
|
| |
| | - Вот видишь, - усмехнулась Ира, - Ты уже не хочешь меня. А ведь еще вчера говорил, что любишь! Ладно, теперь слушай внимательно. Отныне и навсегда ты - наша собственность. Ты шлюха, рабыня. Будешь являться по первому требованию. | | |
| |
|
| |
| | Теперь мы смакуем близость, мы лежим на полу маленькой каюты на корабле идушем в ночь через черную промозглую штормящую Ладогу и в нескольких метрах от нас за тонкой пластиковой дверью ходят другие люди, а нам нет никакого дела до всего мира. Сейчас мы живем этим мигом и счастливы им. Мы накрылись одеялом и прижались друг к другу, мы отдыхаем, но вот я снова чувствую , что твои руки как-то по другому прикасаются ко мне, чуть более требовательно, ты снова шепчешь мне на ухо, переворачиваешь на живот и подкладываешь подушки. Мои ноги широко раздвинуты, ты устраиваешся сзади и снова начинается эта сладкая, сладкая пытка. Я чувствую твой язык и руки сзади, ты гладишь, гладишь, постепенно раздвигая и сжимая ягодицы и прикасаешься языком, сначала чуть-чуть, потом все больше и больше. Мне почему-то немного стыдно, но бесконечно сладко и хочется еще и еще. Уже опять застучали в висках серебрянные молоточки, и закружилась голова, мне хочется более силных ощущений, мне хочется, чтобы ты звонко шлепнул меня и ты угадываешь это и чередуешь изысканнейшую ласку со резким шлепком. Твои пальцы находят аннус и входят внутрь, вагина тоже не остается без внимания. Я начинаю раскачиваться и буквально насаживаюсь на твои пальцы, я готова, я хочу, я очень хочу, а ты все оттягиваешь и оттягиваешь этот миг, но вот я чувствую прохладу крема и да , да, не торопись, а теперь сильнее, сильнее, до самого конца... | | |
| |
|
Рассказ №2538
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Четверг, 21/12/2023
Прочитано раз: 18238 (за неделю: 18)
Рейтинг: 87% (за неделю: 0%)
Цитата: "Кружилась в пустой холодной комнате, в вихре взлетающего подола юбки, в облаке волос, в белом свете луны. Босые ступни, повинуясь неслышной музыке, отстукивали ритм вселенской тоски. Сумасшедший танец под хрустальный звон вдребезги разбитых надежд...."
Страницы: [ 1 ]
Она кружилась...
Кружилась в пустой холодной комнате, в вихре взлетающего подола юбки, в облаке волос, в белом свете луны. Босые ступни, повинуясь неслышной музыке, отстукивали ритм вселенской тоски. Сумасшедший танец под хрустальный звон вдребезги разбитых надежд.
Она кружилась, широко раскинув руки-крылья. Казалось, кисти этих прекрасных рук живут самостоятельной жизнью и танцуют свой собственный танец. Они то нежно манили, то гордо взлетали над головой, то страстно сплетали трепетные пальцы, то обнимали плечи танцующей, стыдливо пряча их наготу от похотливых взглядов бесстыдных звезд.
Ночь растворяла в бокале с вином кусочек луны и та, что кружилась, пила этот колдовской напиток одиночества.
Одинокая ночь...онемевший телефон и испуганное время на часах...
В рассыпанных осколках давно пролитых слез затеряны ошметки воспоминаний. Они вспыхивают и гаснут в бокале, как падающие звезды в бархатном небе августа. Слезы, они не о ком и не для кого, они о себе. Они неизменный итог дня, уходящего в вечность. Они не облегчение и не раскаяние, они соленые свидетели кружения в пустой комнате.
Она кружилась...
Страницы: [ 1 ]
Читать также:»
»
»
»
|
