 |
| |
| | Услышав мой ответ, девушка, сбросила с себя давившую на нее тяжесть, облегченно вздохнула, наклонила свои груди к моему лицу и вдруг тихо попросила помассировать ей соски - губами и языком. От сильного возбуждения ее соски увеличились в размерах и красиво торчали с грудей, неотразимо завораживая мой взгляд. Я протянул свою руку и нежно прижал ладонь к одной из грудей, сразу почувствовав ее приятную упругость, а затем приподнял свою голову так, чтобы сосок попал в мои открытые губы. Ощутив сосок во рту, я сомкнул и прижал губы к теплой гладкой розоватой кожице, а затем, не теряя время, стал втягивать его глубже в рот и, теребя языком, выпускать опять наружу. | | |
| |
|
| |
| | В тёпленькую, в живую девочку!!! Представляете?! В совершенно незнакомую тебе! И засаживать в неё, в деткину, свой перевозбуждённый, могучий до ужаса хуинище, как в свою полнейшую собствен-ность, по самые-самые аж прямо вот именно яйца!!! А как же, я представляю, она, бедняжка, одуреет-то, а, когда почувствует, что сове-ршенно-совершенно за просто так, всего лишь в виде игры, моя густая и настоявшаяся, горячая - пригорячая аж прямо такая вот (как ей, наверное, покажется) для неё сперма пойдёт ей, пятнадцатилетней Дарье, туда, куда уже конкретно так вот, ну вот просто некуда!!! За неимением места, доверительно, тё-ё-ё-ёпленько прямо так вот - тёпленько, - и прямо в тёплую до безумия тугость!!! Прямо аж глубо-ко - приглубоко вот именно и ей тоже, за компанию, в матку!!! Настолько глубоко, как она и Женечке моей родной туда проходила. | | |
| |
|
| |
| | Хорошенькая такая на личико. Синенькие под вздернутыми черненькими бровями озорные глазки. Курносенькая с пухлыми девичьими не целованными, наверное, еще губками. И ножки ничего. Стройненькие полненькие. Из-под короткой кожанки ее в короткой мини-юбченке. Кучерявые рыжеватые волосы до плеч. Но жаль для него слишком молодая. А так будь сам гораздо моложе, зацепил бы, наверное, ее. Ее вот такая заводная наивная молодой школьницы безбашковая шустрость его просто заводила. | | |
| |
|
| |
| | Дима стоял под душем, и чем дольше он там находился, тем сильнее его мысли оборачивались к Лене. Она красивая. Он мысленно прокручивал в голове все моменты, что они были рядом, и его все больше пронизывало желание увидеть Лену в другом ракурсе. Он начинал воспринимать ее не как свою тетю, а прежде всего как красивую девушку, которая с нежностью заботиться о нем. Диме все больше хотелось прикоснуться к ней, подарить теплоту и нежность ей, за все то, что она все это время делала для него. Постепенно мысленно он стал раздевать ее, рисуя в своем мозге красивые картинки ее тела. С лившись с этим он заметил что его дружок уже поднялся и так и ждет дальнейших действий.
- Бррр... Дима встряхнул голову. - Какие глупости лезут, она ведь старше меня. И наверное ей просто плевать на это все. Наверняка у нее есть парень, которого она хорошо скрывает. Да и она мня воспринимает как мальчишку.
С этими финальными мыслями Дима выключил воду, откинул шторку и понял, что полотенце это единственная одежда, которой он может прикрыться. Он вылез из ванны, встал в тапочки и обернув себя полотенцем, вышел из ванной.
Лена обернулась на звук открывающейся двери, чтобы сказать Диме, что он может идти к столу, но вдруг увидела, что перед ней стоял красивый молодой человек, завернутый в полотенце ниже пояса, и этот вид за-смущал ее. Она даже забыла, что хотела сказать секунду назад. Взгляд ее невольно бросился вниз, туда, где полотенце слегка топорщилось. Она замерла, а потом быстро отвернулась, испугавшись, что ее смущение и то куда она посмотрела, будут замечены. Лена развернулась спиной, и сделала вид, что что-то перебирает и готовит на столе. "Как он красив" - пронеслось в ее голове.
Дима заметил ее реакцию. В голове мелькнуло, "или сейчас, или никогда". Он медленно подошел к Лене сзади, взял ее за плечи и прижался к ней, всем телом.
Лена вздрогнула и замерла. Она не знала, что ей делать. Два чувства смешались и начали грызть друг друга. С одной стороны она хотела мужчину и тем более такого красивого, с другой внутренний голос говорил: "Он же твой племянник". Мысли смешивались и пугали ее саму.
Видя, что Лена просто замерла, Дима сильнее прижал ее к себе. Его член уже откровенно давал о себе знать, и он знал, что Лена чувствует это.
Лена стояла, не зная что делать, оттолкнуть, или наоборот. Она чувствовала, как в ее попку упирается то, что она хотела, но все равно боялась.
- Дима, не надо... - дрожащим и не своим голосом произнесла она.
Дима услышав ее слова, отстранился, послушавшись ее, как более старшую.
Лена почувствовала, как от нее отделилось ее желание и пожалела уже о сказанном, но дело сделано.
Она повернулась, посмотрела на него, и сказала: "Оденься, и садись за стол".
В ту же секунду, полотенце начало быстро сползать вниз, и Дима подхватив его, бросился в свою комнату.
"Черт, Черт, Черт. Что я делаю, но я хочу ее... " Дима потоптался у своей кровати, собираясь с мыслями, и решил, что лучше он все же сейчас оденется.
Ужинали они молча. Напряженность, что возникла между ними, была вызвана событием, которое произошло между ними. Каждый из них увидел в другом Мужчину и Женщину.
2. Лена.
Лена смотрела в свою тарелку, а видела Димку, его красиво сложенное тело, полотенце на бедрах, и фантазии захлестнули ее. Она представляла, как он лежит перед ней обнажённый, а она прикасалась к его рукам, проводя по очертившим мышцам, гладила "кубики" на его животе, затем спускалась ниже, обхватывая его орган, затем проводила руками по его ногам, ощущая в них силу и мощь.
- Бррр, , - Лена заковыряла в тарелке вилкой, чтобы все таки сосредоточится на еде, а не на нем, Хотя уже чувствовала, как скулит ее желание.
Быстро управившись с едой, она, смущенная своими же мыслями, быстро выскочила из-за стола, кинула тарелку в раковину и закрылась в ванной. Дима проводил взглядом убегающую Лену. Запираясь на щеколду, Лена крикнула:
- Доешь, вымой, пожалуйста, посуду.
Она включила душ, быстро скинула с себя одежду, и нырнула под струи теплой воды
Это не принесло ей облегчения, потому что, закрыв глаза, она мысленно представляла, как Димка ласкает ее. Как поглаживает ее грудь, как целует ее ТАМ, находя самое сокровенное, как наполняет ее собой.
-Черт, Черт, Черт.
3. Дима
Доев, и положив свою тарелку в мойку, он стал мыть посуду. Ленка, она не выходила из его головы, но как сказать ей, как прикоснуться к ней, как почувствовать ее кожу под своими пальцами... чем больше он думал, тем сильнее возбуждался, и тем острее он ощущал, что штаны мешают ему. Он представлял, как будет стоять над ней, как распахнет полы ее байкового халата, как будет обнимать ее и ласкать ее грудь. Это не возможно...
- Черт, Черт, Черт... .
Закончив с мытьем посуды, он зашел в комнату Лены, включил телевизор, и стал его смотреть, пытаясь отогнать свои мысли. | | |
| |
|
Рассказ №260
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Вторник, 08/11/2022
Прочитано раз: 27926 (за неделю: 16)
Рейтинг: 89% (за неделю: 0%)
Цитата: "Помнится, была такая рок-н-ролльная песенка "I`m not your steppin` stone", очень популярная в свое время. Когда я не был близко знаком с английским и смысл многих идиом был закрыт для меня, я перевел ее примерно как "Я не камень, на который ты можешь наступить". Сейчас, когда ясно что на самом деле это значит, это выглядит забавно, но тогда я все переводил буквально. И вот переведя таким образом это название, я живо представил себе лежащего на земле человека и женщину, постав..."
Страницы: [ 1 ]
Помнится, была такая рок-н-ролльная песенка "I`m not your steppin` stone", очень популярная в свое время. Когда я не был близко знаком с английским и смысл многих идиом был закрыт для меня, я перевел ее примерно как "Я не камень, на который ты можешь наступить". Сейчас, когда ясно что на самом деле это значит, это выглядит забавно, но тогда я все переводил буквально. И вот переведя таким образом это название, я живо представил себе лежащего на земле человека и женщину, поставившую ногу на его голову. И внезапно почувствовал взрыв адреналина и необычайное возбуждение, потому что этим человеком был я. Отчего так произошло? Меня всегда завораживала красота женского фигуры, и, как всякий нормальный мальчишка, я всегда стремился увидеть эту фигуру обнаженной. Мне было 10, когда это произошло в первый раз: случайно (чесслово!) на даче я увидел в окно, как переодевалась моя двоюродная сестра. Полностью раздевшись, она смотрелась в зеркало. Почему-то особое внимание я обратил на ее ноги. Она по праву могла гордиться ими - полные бедра, налитые молодостью и силой, коленная чашечка, не острая, как у девочек-подростков, и не круглая, как у взрослых теток, красивые голени, оканчивающиеся прекрасными стопами - все это гармонировало друг с другом и не выходило за рамки того, что зовется красотой. Все как надо, ни грамма лишнего жира; конечно, гораздо больше меня зацепил другой вид, однако тот беглый взгляд и восхищение ее ногами, видимо, и способствовали моей дальнейшей ориентации. Зерно было брошено и проросло спустя несколько лет, когда я неправильно перевел название рок-н-ролльной песенки. С тех пор меня часто посещали фантазии на тему foot fetish и гораздо чаще я стал обращать внимание на женские ноги, глядя на них с совершенно иной позиции. Можно сказать, я стал фут-фетишистом, хотя впервые фантазии воплотились в жизнь лишь спустя несколько лет, когда мне было 18. Произошло это тоже благодаря случаю: я потерял кассету с записью Madness, довольно редкой штукой в наших краях. Но знал я, у кого оно есть и, найдя этого человека, спросил переписать. Естественно, это была девушка, Марина, учившаяся на параллельном курсе. И естественно, кассеты у нее на руках не было, гуляла она по чужим магнитофонам уже с месяц. И тогда, не думая особо о последствиях, я взял и ляпнул:
- Мариш, добудешь - все для тебя сделаю.
- Ловлю на слове, - сказала она с загадочным блеском в глазах. И ведь поймала-таки... В тот же вечер раздался звонок: "Приходи, есть мэднесс". Было уже 9 вечера, но эта ерунда значения не имела. Через 15 минут я был у нее.
- Итак, ты сказал "все" - проговорила она, внимательно глядя на меня. Она сидела в мягком кресле, скрестив ноги, с большим бокалом любимого чая со льдом и лимоном. Честно говоря, ее вид, когда дверь открылась, здорово ударил по глазам: казалось, кроме рубашки и резиновых банных тапочек на ней ничего не было. А может, так оно и было. Недлинная клетчатая рубаха едва доходила до середины бедер, глянув на которые я сразу вспомнил ноги сестры, где так же длина гармонировала с полнотой, создавая неотразимое впечатление.
- Итак, ты сказал "все" - произнесла Марина, поднося бокал к губам, на которых играла хитрая улыбка. Я почуял неладное, но отступать было поздно.
- Ну, в пределах разумного, конечно.
- Естественно, с крыши прыгать не заставлю.
- А что заставишь?
Она некоторое время молчала, глядя на бокал, потом тихо произнесла:
- Знаешь, мне всегда было интересно, как это - иметь раба. - И вонзив в меня глаза, она твердо сказала: - Ты будешь моим рабом.
Когда она произнесла "раба", я почувствовал вдруг пустоту в груди, будто что-то сорвалось от внезапного волнения. А когда прозвучало "рабом", я ощутил неизбежность, не подлежащую обжалованию. Впрочем, когда первая волна схлынула, все стало гораздо легче для восприятия. Взгляд Марины обрел прежнюю мягкость.
- Ты согласен?
Какое-то время я собирался с мыслями и молчал.
- Ты сказал - "все" - напомнила она.
- Я помню, подожди. -
Я - раб. Она может сделать со мной что захочет. Захочет - высечет, захочет - изнасилует в зад или продаст... кошмар... а захочет - использует как коврик для ног... Так... это уже интересно. Былые фантазии возродились и тут же померкли перед перспективой лечь под настоящие живые девичьи ноги, которые вот прямо тут, передо мной, надо только сказать "да". Ей-богу, я чуть с ума не сошел: с одной стороны воплощение желаний, а сдругой - болезненное рабство... Что делать? Впрочем, если неизбежность не подледит обжалованию, то возможны поправки.
- При условии, - сказал я. - Никакой боли, никаких золотых дождей и прочей ерунды.
Марина залилась веселым смехом:
- Хорошо, пусть будет так. В общем-то, я и не подразумевала ничего подобного. Просто столько об этом читала, что интересно самой почувствовать под ногами живую подстилку.
И кто сказал, что жизнь - проза и не бывает сном? Весь следующий год я провел под ее ногами. Ей доставляло огромное удовольствие, поставив ноги мне на лицо, читать книгу или смотреть тв или играть, заставляя меня ловить ртом ее пальчики, как кошка ловит бантик, или в задумчивости двигать стопой, потирая пяточкой по лицу, но чаще я делал массаж ног. Кожа ступней у Марины была мягкая, шелковистая, безо всяких намеков на мозоли, мне достовляло большое удовольствие ласкать их. Постепенно я научился делать это достаточно профессионально, что моя госпожа испытывала сексуальное удовлетворение. И так целый год...
Страницы: [ 1 ]
Читать также:»
»
»
»
|
