 |
 |
 |  | С этими словами я расстегиваю штаны и достаю свой член. Она удивленно смотрит на меня, на него. Вижу что она растерялась. Я застегиваю штаны и ухожу. В спальне тишина. Минут через пять она выходит из спальни совершенно голая и говорит |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Но, через месяц я вернулся к Виктору, и в его объятиях вмиг забыл об Эрике, я рвался на части, меня переполняли эмоции и чувства, я бы не отказался и от Алекс, но она категорически запретила мне появляться в ее доме. Зато ее муж был готов на все ради меня, и я пользовался этой его готовностью. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Перечислю типичные эрогенные зоны мужика в порядке убывания: уздечка, залупа, анус, промежность, попа, яйца, внутренняя сторона бедра, ствол члена. Различия могут быть, но это уже несущественно. Если научишься ласкать все перечисленное будешь героем любовником или супер-любовницей. Кстати, в перечислении нарочно опущены губы, мочки ушей, шейки и т.п. Мы тут учимся хуи сосать. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Вот - постановка на воинский учёт: мы, уже почти старшеклассники, в трусах и плавках ходим со своими личными делами из кабинета в кабинет, - нас собрали в горвоенкомате из двух или трех школ, и мы хорохоримся друг перед другом, мы отпускаем всякие шуточки, травим какие-то байки, тем самым подбадривая себя в непривычной обстановке; в очереди к какому-то очередному врачу я как-то легко и естественно, без всякого внутреннего напряга знакомлюсь с пацаном из другой школы, - он в тесных цветных трусах, и его "хозяйство" слегка выпирает, отчего спереди трусы у него ненавязчиво - вполне пристойно и вместе с тем странно волнующе - бугрятся, а сзади трусы обтягивают упругие, скульптурно продолговатые ягодицы, и вид этих ягодиц, сочно перекатывающихся под тонкой тканью трусов, привлекает моё внимание не меньше, чем ненавязчиво выпирающее "хозяйство" спереди, - я то и дело украдкой бросаю на пацана мимолётные взгляды - смотрю и тут же отвожу глаза в сторону, чтоб никто не заметил моего интереса; в очереди к какому-то очередному врачу он у меня неожиданно о чём-то спрашивает, я удачно отвечаю ему, он смеётся в ответ, глядя мне в глаза, и спустя какое-то время мы уже держимся вместе, занимаем друг другу очередь к очередному врачу, то и дело перебрасываемся какими-то ничего не значащими фразами, и когда всё это заканчивается, он, надевая брюки, зовёт меня к себе - послушать музыку; я соглашаюсь, - он живёт недалеко, и спустя менее получаса мы у него дома действительно слушаем музыку, а потом он показывает мне самый настоящий порнографический журнал; листая глянцевые страницы, я жадно рассматриваю не кукольно красивых женщин, а возбуждённых молодых мужчин, в разных ракурсах имеющих этих самых женщин и сзади, и спереди - во все места, - впитывая взглядом откровенные сцены, я, конечно же, мгновенно возбуждаюсь: мой член, наливаясь упругой твёрдостью - бесстыдно приподнимая брюки, начинает сладостно гудеть, и пацан - мой новый знакомый - тыча пальцем в глянцевую страницу, на которой загорелый парень, держа девчонку за бёдра, с видимым удовольствием засаживает ей в округлившееся очко, странно изменившимся голосом смеётся, глядя мне в глаза: "Не понимаю, зачем всовывать туда - девке... ну, то есть, в жопу - в очко... всовывать девке очко - зачем? В жопу вставляют, когда девок нет... в армии или в тюряге - там, где девок нет, парни это делают между собой... прутся в жопу - кайфуют в очко... а девке туда всовывать - зачем?" - пацан смотрит на меня вопросительно, и я, чувствуя, как стучит в моих висках кровь, пожимаю плечами: "Не знаю... "; невольно скосив глаза вниз, я замечаю, что брюки у пацана, сидящего на диване рядом, точно так же бугрятся, дыбятся, и оттого, что он, сидящий рядом, возбуждён точно так же, я возбуждаюсь ещё больше; мы молча листаем журнал до конца; "Вот - снова в очко... " - пацан, наклоняясь в мою сторону, тычет пальцем в предпоследнюю страницу, и я, стараясь незаметно стиснуть ногами свой ноющий стояк, невнятно отзываюсь в ответ какой-то нейтральной, ничего не значащей куцей фразой; мы ещё какое-то время слушаем музыку, - возбуждение моё не исчезает, оно словно сворачивается, уходит в глубь тела, отчего член медленно теряет пружинистую твёрдость; когда я ухожу, у меня возникает ощущение, что пацан явно разочарован знакомством со мной - он не говорит мне каких-либо слов, свидетельствующих о его желании знакомство продолжить; а я, едва оказываюсь дома, тут же раздеваюсь догола - благо дома никого нет, родители еще на работе - и, ложась ничком на свою тахту, начинаю привычно содрогаться в сладких конвульсиях, - судорожно сжимая ягодицы, елозя сладко залупающимся членом по покрывалу, тыча обнаженной липкой головкой в ладони, подсунутые под живот, я думаю о пацане, который приглашал меня в гости послушать музыку... перед мысленным моим взором мелькают страницы порножурнала - я думаю о пацане, давшим мне посмотреть этот журнал, и мне кажется, что я понимаю, зачем он мне его давал-показывал, - мастурбируя, я представляю, что могло бы случиться-произойти между нами, если бы... если бы - что? |  |  |
| |
|
Рассказ №26034
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Пятница, 04/03/2022
Прочитано раз: 5253 (за неделю: 11)
Рейтинг: 0% (за неделю: 0%)
Цитата: "Фигура её была прекрасна. Ни грама лишнего жира. Стройная как Тополь-М в минутную готовность, длинные ноги. Прямые и твёрдые как мой член сейчас. Ну не могу уже сдержаться. Красивое для меня лицо. Европейское, выдающиеся черты. Кто-то скажет что слишком жёсткие, но я люблю таких. Острый и вместе с тем сумрачный ум угадывался под тонкими бровями в глубоко посаженных глазах. Да, видно что она многое повидала. Опыт есть...."
Страницы: [ 1 ]
На работу я всегда езжу на метро. Покупка жетонов, спуск по эскалатору, ожидание поезда. Взгляд на электротабло с тикающими электрочасами. Приятный запах подземки. Не знаю, лично мне он всегда нравился. Деревянная скамья ожидания. Поднятие ног во время прохода уборщиц с длинными швабрами. Ты поднимаешь ноги, а уборщица наклоняется к тебе... В общем ничего необычного.
И вот издалека слышен звук подходящего поезда. Сначала тихий, едва уловимый. Затем всё громче, и вот поезд врывается на станцию как мужской орган к женскому устью. Так и кажется что длинный-предлинный член с трудом продвигается по тёмным закоулкам влагалища. Там было темно и тесно. Страшно и сухо. Но наш герой не сдавался и двигался всё дальше и дальше. На стенках показалась жидкость, потекла всё сильнее... И вот наконец он пробил себе дорогу и готов выплеснуть всех людей которые накопились у него внутри!
Но мы отвлеклись. Поездка в вагоне метро не таит в себе ничего необычного. Особенно если ездить каждый день на любимую работу. Ну или не любимую. Кому как. Главное чтобы время было подходящее - когда не так много народу и нет давки. Хотя если тебя внезапно придавило к оттопыренной попке в красной мини-юбке... И станция чтоб удачная - тогда можно будет сесть на тройную скамью в торце вагона и смотреть на соседей из соседнего.
Сегодняшняя поездка также не предвещала ничего необычного. "Следующая станция - Пущкин". Хорошо. Можно будет поглазеть на природу и спорт-комплекс Динамо. С его оголёнными гимнастками на траве, кратко проехав по надречному метромосту. Итак, двери закрываются, последние опиздавшие вбегают в вагону и мы трогаемся. Плавно - без рывков, ибо сегодняшний машинист не стажёр, а ветеран, отъездивший не одну тысячу километров и переехавший уже не одного пьяного парашютиста.
Вагоны набирают ход, огни станции скрываются где-то позади, колёса начинают стучать свою песню... Вдруг поезд резко останавливается, и в ноздри шибает запах горелой резины! Что это, член протёр свою защитную оболочку до дыр и задымился? Ах нет - это машинист случайно отпустил кнопку мёртвого человека. Состав встал посреди тоннеля. Люди занервничали. Один даже вытащил телефон и начал изображать из себя блогера.
Прошло секунд тридцать и мы начали медленно ехать. Всмысле не крыша у людей начала ехать, а состав тронулся. Опасность миновала. Все радостно заулыбались и схватились за поручни. А я по привычке за торчащую невдалеке грудь испуганной девушки в прозрачном шифоновом пеньюаре. Жизнь вошла в привычную колею.
И вот близится следующая остановка. Хрустальные огни светильников разрезают тьму. Нетерпеливо стоящие пассажиры опасно подходят к самому краю платформы, рискуя упасть под острые как бритва колёса поезда. Состав нежно приблизился к обнявшей его станции. Нефритовый стебель прижался к мраморному боку, готовый прижаться ещё сильнее и раздавить своё удовольствие. Двери открылись и волна людей стала толчками выплёскиваться наружу. Затем новые пассажиры брезгливо отряхиваясь, заходят внутрь неприличных, порочно вывернутых внутренностей вагона.
Ленивым взглядом я охватывал входящих. Ну да, ну да - всё как обычно... Стоп. Что это?! Точнее кто. Среди серых и бессмысленных существ, которые бесполезно вползали внутрь повидавшего всё купе, я увидел видение. Это было чудо. Чудо женского пола. Светлый лучик, который разрезал окружавшую тьму и освещал окружающее пространство. Я зажмурился. Когда я открыл глаза, то увидел девушку. Высокую, даже пожалуй выше меня. Выше всех в вагоне. Это было прекрасно.
Чудо вплыло в вагон, и прислонилось к правым дверям с надписью "Не прислоняться". Девушка была в щегольски ярко-красном пиджачке, и весёленьких полусапожках с мехом. Синие. Они были синенькие! Принцесса явно любила привлекать к себе внимание. Но вела она себя не вызывающе, скорее наоборот. Скромно и как-то стыдливо прижалась своей эротично выгнутой спиной к двустворчатым дверям. Скорее даже немного сутулой. Ну ничего, если её погладить, наверняка она выпрямится и замурчит. Ах как они высокие, любят сутулиться... Что поделаешь, иначе будет не видно кто там крутится под ногами.
Фигура её была прекрасна. Ни грама лишнего жира. Стройная как Тополь-М в минутную готовность, длинные ноги. Прямые и твёрдые как мой член сейчас. Ну не могу уже сдержаться. Красивое для меня лицо. Европейское, выдающиеся черты. Кто-то скажет что слишком жёсткие, но я люблю таких. Острый и вместе с тем сумрачный ум угадывался под тонкими бровями в глубоко посаженных глазах. Да, видно что она многое повидала. Опыт есть.
Женюсь, подумал я про себя. Честное слово, такие мысли посещали меня пожалуй, лишь раза три в жизни. Первый раз в школе. Ну как это обычно бывает. Второй в более зрелый период. И теперь сейчас... Это был удар под дых.
Судя по всему, она так же ехала на работу как и я. Но станции посадки и высадки у неё были другими. Хотя и на одной линии. Вспоминая сейчас, я кажется наблюдал её уже целый месяц до этого. Но тогда мы заходили в разные вагоны, и я видел её краем глаза. Мне подумалось, что завтра я обязательно возьму свою визитку из других штанов, и подойду к ней. Мы познакомимся в вагоне метро и будем об этом потом вспоминать. Рассказывать детям, внукам и друзьям семьи. Будем любить и всегда нежно относиться к теме подземки и всему что с ней связано.
Но завтра не было. То есть оно было для меня. Для неё. Но для НАС его уже не было. Она не вошла в вагон ни завтра, ни послезавтра. Что это было - ехала она на месячные курсы, которые закончились. Или же у неё сменились часы работы. Не знаю. Даже подружки с которой она иногда ездила в метро, и которую я видел лишь на её фоне - не было.
Я даже выкраивал время после ночной, тринадцатичасовой ежедневной смены и оставался некоторое время на той станции - с которой она входила в вагон. Но лебедь поменяла пути своей миграции. И больше я Леды не видел. Это был второй удар ниже пояса.
Как это происходит? Девушки такие нежные создания, и тем не менее им удаётся отправлять нас в нокаут без единого удара. Класть нас на обе лопатки. Хорошо ещё если они кладутся затем на нас сверху...
Смирясь с потерей и безвозвратной утратой, я пытался найти похожие на неё порномодельки. В наше время это достаточно просто сделать по ключевым словам. И даже просто по картинке с изображением лица. Встречались очень похожие. Настолько, что я стирал руки и член в кровь - в попытке сублимировать мою принцессу. И когда я ощущал что животворящее семя уже бурлит и поднимается по жерлу вулкана, я вспоминал её. Мою последнюю любовь.
Страницы: [ 1 ]
Читать также:»
»
»
»
|