Рассказ №2745 (страница 2)

     - Нет, ты не поняла. Просто, чтобы женщина очень хотела писать. Но терпела.
     - Действительно, не понимаю. А ты-то как хочешь в этом участвовать?
     - Да просто наблюдать. Даже если это незнакомая женщина. Идет, например, по улице, очень хочет, а сходить негде.
     - Знакомая ситуация, - усмехнулась Марина.
     - С тобой такое бывало? Расскажи мне, а?
     Марина с улыбкой посмотрела на меня:
     - Уф, вот уж не думала, что кому-то это так интересно:
     - Тебя смущает этот разговор? Тогда не надо, - поспешил сказать я.
     - Да нет, все нормально. Просто это как-то: неожиданно. Да и рассказывать в общем-то особо нечего. Бывало, конечно, особенно когда молодой девчонкой еще была. Как-то, помню, лет в восемнадцать гуляла по Питеру с пацанами знакомыми, так до того в туалет хотела: чуть не лопнула. - Марина опять засмеялась.
     - И что тогда было? - я уже опять завелся от этого разговора.
     - Ну что-что. Терпела, как дурочка, а потом пацаны разошлись, а я домой уехала.
     - И доехала до дома?
     - Ну а куда было деваться? Я девушка стеснительная была, под кустом не села бы.
     Марина явно не понимала, куда я клоню.
     - А не бывало такого, чтобы не успела, не выдержала?
     - Ну ты что, я же уже взрослая все-таки была.
     Похоже, мысль, что и взрослая девушка тоже может описаться, просто не приходила Марине в голову.
     Я решил не напрягать ее слишком этим разговором, и, прижав ее к себе, сказал:
     - Мариш, ты просто не представляешь, до чего ты меня возбуждаешь.
     - Я сделаю все, что ты хочешь, - сказала она просто.
     Я понял, что такого момента упускать нельзя.
     - А если я тебя попрошу не ходить в туалет, когда очень хочется?
     - Я попробую, - улыбнулась она. - Но только сейчас я хочу пописать, а потом спать.
     За окном уже светало, и меня тоже здорово клонило в сон.
     Проснулись мы поздно, за окном уже давно вступил в свои права яркий летний день. Жутко хотелось пить, и вообще, похмелье давало о себе знать. Мне пора было собираться домой, и тут Марина объявила, что она сегодня тоже собирается ехать в Питер. Мы решили ехать вместе. Выяснилось, что в доме не осталось ни питья, ни еды, и было решено позавтракать (или уже пообедать) в кафе.
     Марина быстро привела себя в порядок, расчесала свои роскошные черные волосы. Я забыл сказать, что она была обладательницей шикарных длинных волос, которые красила в черный как смоль цвет. С ее темно-карими глазами они придавали ее внешности слегка восточный оттенок, что ей очень шло.
     Недалеко от автовокзала оказалась неплохая кафешка, где мы и осели. Торопиться не было ни малейшего желания, и мы решили спокойно отдохнуть, сколько захотим, а потом уже идти на вокзал. Благо, автобусы ходили достаточно часто. Я заказал всякой снеди, мы пили пиво (похмелье все-таки) и самочувствие быстро поправилось. В кафешке не было сортира, и время от времени я отлучался на улицу. После второй моей отлучки Марина пожаловалась, что вообще-то ей тоже уже приспичило. Я сказал, что могу показать ей кусты, куда сам отходил. Она недовольно скривила губы и ответила, что мол, ладно уж, сходит потом, на вокзале. Я взял еще пива, и тут меня осенила идея. Я далеко не был уверен, что вчерашний разговор был всерьез, но решил испытать судьбу.
     - Мариш, а ты помнишь, о чем вчера говорили? - спросил я якобы безразлично.
     - Ну, вчера, конечно, я хорошо перебрала, но все помню, - был ответ.
     - И ты говорила всерьез? Назад свои слова не берешь?
     - Я вообще-то свои слова никогда назад не беру, - Марина посмотрела на меня с вызовом. Я любил ее такой - уверенной в себе, даже чуть самонадеянной гордячкой. С ее чуть-чуть восточным обликом такое поведение смотрелось очень гармонично.
     - Ты вчера сказала, что сделаешь все, что я захочу.
     - Ах, я вся в твоем распоряжении, - с игривой покорностью заявила она, и возникшее было напряжение сразу улетучилось.
     - Чего же ты хочешь, мой повелитель? - она продолжала игру.
     - Смирения и покорности! - напыщенно заявил я, входя в предложенную роль.
     - Я сделаю все, что ты захочешь, - Марина повторила вчерашнюю фразу. Я понял, что теперь она уже точно не выйдет из игры, и меня охватило сильное волнение от сознания, что сейчас осуществится моя самая интимная, самая несбыточная фантазия.
     Не от того, что эта фантазия воплотится впервые в жизни, ведь несколько моих былых подруг тоже соглашались поиграть со мной в подобные игры. Просто Марина принадлежала именно к тому типу женщин, о которых я больше всего фантазировал, представляя их с переполненным мочевым пузырем: гордая, независимая, но не лишенная стыдливости. Такая никогда не присядет под кустиком или в подворотне, это ниже ее достоинства. Несколько фраз, оброненных Мариной во время нашего ночного разговора, лишний раз убедили меня, что она именно такова. Но сильнее всего меня заводила мысль, что с такой женщиной просто не может случиться непроизвольная "авария", как бы сильно ей не хотелось. Казалось, такого не может быть, потому что не может быть никогда. С другой стороны, я понимал, что по элементарным законам природы любому терпению должен быть предел. И вот сейчас мне представлялся случай попытаться довести свою подругу до этого предела. К тому же эта подруга безумно меня возбуждала.
     - Марина, я хочу, чтобы ты не ходила в туалет до нашего приезда в Питер, - сказал я, принеся еще по кружке.
     - Ой, да мне все равно. Хоть до завтра, - улыбнулась она. - Давай только не будем зацикливаться на этой теме, хорошо?
     Я согласился, хотя знал, что мысли об ее состоянии не оставят меня ни на минуту. Мы посидели еще с четверть часа, допивая пиво и болтая о всяких пустяках. Я не знал, насколько Марина хочет писать, но внешне она вела себя вполне непринужденно. Мы просидели в кафе примерно часа два и выпили по три пол-литровых кружки пива. Было заметно, что моя подруга уже чуть-чуть навеселе. Я отказался от возникшей было мысли предложить посидеть еще. С одной стороны, чем больше пива, тем больше шансов, что ее мочевой пузырь не выдержит до Питера; но с другой стороны, я не желал, чтобы она опьянела. Ведь тогда эксперимент потерял бы чистоту - ведь я хотел, чтобы ее щелка непроизвольно разжалась из-за нестерпимого желания, а не просто из-за алкоголя.
     Когда мы вышли на улицу, я опять отошел в кусты. Марина спокойно курила в стороне, не пытаясь ко мне присоединиться. По дороге к автовокзалу меня так и подмывало спросить, насколько сильно ей сейчас хочется, но я сдерживал себя, помня о данном обещании. По Марининой походке ничего не было заметно. Оказалось, что до ближайшего автобуса в Питер еще почти полчаса. И тут - вот так сюрприз! - Марина сама предложила взять еще бутылку пива на двоих. Я был поражен. Неужели она настолько уверена в своих силах, что не боится сесть в автобус, который идет два часа без промежуточных остановок, с переполненным мочевым пузырем?
     Я не стал возражать и побежал в ларек. Меня подгонял страх, что за время моего отсутствия она сходит в туалет, и поэтому я был быстр, как метеор. Марина стояла на прежнем месте, возле стенда с расписанием, и встретила меня снисходительной улыбкой.
     - Боишься, что сбегу от тебя? Расслабься и получай удовольствие. Ведь я стараюсь тебе его доставить, дурачок.
     - Ты правда сама этого хочешь? - спросил я, не обращая внимания на ее язвительность.
     - Правда хочу. А еще я очень хочу опорожнить мочевой пузырь. Но, похоже, мне это не скоро светит. Я тебя возбуждаю? - она с интересом смотрела на меня.
     - Я просто с ума схожу, - абсолютно честно ответил я.
     Марина довольно улыбнулась, и я подумал, что эта игра и правда ей по нраву. По крайней мере сейчас, пока желание еще не дошло до крайней степени. Я прижал ее к себе и у меня возникло желание запустить руку ей под платье и ощутить, появилась ли уже внизу ее живота твердая выпуклость, которая бывает у женщин, когда они сильно хотят "по-маленькому". Но Марина остановила мою руку и тихо сказала, что не сейчас. Я понял, что в дороге, когда мы будем сидеть рядом, она позволит мне это, и может быть, я даже смогу добраться до ее щели.
     И вот, наконец, подошел автобус. Салон не заполнился до конца, и мы заняли сиденья позади всех пассажиров, чтобы никто на нас не глазел. Лучшего варианта трудно было желать. Марина села у окна и, прижавшись ко мне, положила голову мне на плечо. Автобус поехал, и у меня мелькнула мысль, что теперь отступать ей некуда. Одновременно с возбуждением меня переполняла нежность к этой женщине, чувство благодарности за то, что ради меня она пошла на такой эксперимент. Я стал шептать ей разные ласковые слова, рассказывать о том, какая она потрясающая женщина, как мне нравится заниматься с ней любовью, вспоминать ночи, проведенные с нею, говорить о том, как с ней хорошо. Марина почти не отвечала мне, только слушала. Но несколько раз она поднимала ко мне глаза, в которых я читал такие же чувства. Я стал гладить ее по щеке ладонью, затем спустился к груди и долго играл сквозь тонкую ткань платья с ее напряженными сосками. Лифчика Марина не одела. На ней было короткое платье, не прикрывающее колен, а под ним колготки светло-бежевого цвета, под которыми скрывались миниатюрные кружевные белые трусики. А под трусиками - о, боже! - гладко выбритая щелочка, изнемогающая от желания пописать.


Страницы: [ 1 ] [ 2 ] [ 3 ]

Читать также: