 |
| |
| | Но Дима не дал мне закончить, он повел меня в спальню, снял с меня лифчик, стал мять мою мягкую но небольшую грудь, затем поставил меня на четвереньки и снял трусики. "Какая попка" прошептал он. Он явно наслаждался моей попкой, гладил ее, затем начал языком вылизывать мою дырочку.Это потрясающе ! Затем смазал свой член и с легкостью в меня вошел. Я был так возбужден так, что казалось, из попки выделяется смазка. Он долго трахал меня, взяв меня за поясницу, причем его яйца громко шлепались о мою попку. Особого удовольствия я при этом не получал, но меня заводил сам процесс, к тому же ощущение помады на губах и туфель на каблуке дополняло мою фантазию, я очень натурально представлял себя женщиной. НАконец, дернувшись пару раз он кончил. Затем он поросил меня одеть белье, что я и сделал, причем мои трусики сразу же намокли от крема и спермы, выделявшейся из моей оттраханой попки. | | |
| |
|
| |
| | Как он ни старался, боли избежать не удалось. Я крепился как мог и вскоре немного привык, а потом даже вошёл во вкус. Отец работал как поршень не забывая хвалить. Мне это было приятно. | | |
| |
|
| |
| | В тёпленькую, в живую девочку!!! Представляете?! В совершенно незнакомую тебе! И засаживать в неё, в деткину, свой перевозбуждённый, могучий до ужаса хуинище, как в свою полнейшую собствен-ность, по самые-самые аж прямо вот именно яйца!!! А как же, я представляю, она, бедняжка, одуреет-то, а, когда почувствует, что сове-ршенно-совершенно за просто так, всего лишь в виде игры, моя густая и настоявшаяся, горячая - пригорячая аж прямо такая вот (как ей, наверное, покажется) для неё сперма пойдёт ей, пятнадцатилетней Дарье, туда, куда уже конкретно так вот, ну вот просто некуда!!! За неимением места, доверительно, тё-ё-ё-ёпленько прямо так вот - тёпленько, - и прямо в тёплую до безумия тугость!!! Прямо аж глубо-ко - приглубоко вот именно и ей тоже, за компанию, в матку!!! Настолько глубоко, как она и Женечке моей родной туда проходила. | | |
| |
|
| |
| | Ему не хотелось идти с эрекцией на субботнюю порку. Кончив он растолкал девчонок и они стали потягиваться, Лена спавшая с краю проснулась и первая встала босыми ногами на деревянный пол присела и вытащила из под кровати ночной горшок первым по заведенной традиции он предложила горшок мальчику, но писать не очень сильно хотелось и поэтому он мотнул головой тогда она повернулась к Заи, та быстренько вскочила на пол и присела на горшок пуская туда струю мочи, затем ее сменила Лена. Пописав и пару раз тихонько пукнув, чтобы я не заметил девочки выглянули в коридор чтобы проникнуть в ванную и умыться но при этом не нарваться на хозяев и их приближенных, тогда еще двумя выпоротыми жопами в общине станет больше. Умывшись и одевшись в сарафаны, они следили пока Мальчик на ночь умылся и почистил зубы и выполнил другие утренние процедуры. После этого он одел белые штанишки на веревочках и рубашку, трусики и майку он решил не одевать все равно порку принимать полностью обнаженным, у всех на виду. После этого девочка Зая встала перед ним произнеся заготовленную речь: | | |
| |
|
Рассказ №2814
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Пятница, 05/07/2024
Прочитано раз: 31956 (за неделю: 1)
Рейтинг: 87% (за неделю: 0%)
Цитата: "Потом мои засады не приносили успеха, очевидно, Борька больше никого не смог уговорить. Я решил прекратить своё шпионство. В последнее моё "дежурство" Борька опять трахал завуча - и она даже немного постанывала и пальцами теребила свои сморщенные груди...."
Страницы: [ 1 ]
Она была завучем, причём классическим завучем. Только в выдуманных историях завучами являются пышногрудые молодые красавицы, соблазняющие одинадцатиклассников, сексапильных учителей физкультуры, и тайком мастурбирующие прямо на уроках. Она была среднего возраста (лет 50), маленького роста, с уродливыми громадными очками, она постоянно одевалась в один и тот же серый костюм - плотный пиджак без намёка на декольте, юбка до колен, из-под которой виднелись кривенькие тощие ноги. Но не только это отталкивало от неё - известны случаи, когда некрасивый человек был жутко сексуален. Она была тупой и закомплексованной учительницой, и к тому же - вредной. Я работал в той школе один учебный год, и ни одного раза я даже не помыслил о ней как о женщине. Неоднократно она меня доставала всякими проверками, журналами и проч. Я представить себе не мог, что она может заниматься сексом (хотя как минимум один раз она это делала - её сынок учился в нашей же школе). Но однажды я был вынужден изменить своё мнение о ней. Это было ранним утром, когда я почему-то припёрся в школу где-то минут за 40 до начала первого урока. Учительская была закрыта (как раз она, наша неподражаемая Наталья Анатольевна, её открывала), и я, матюгнувшись, пошёл в кабинет трудовика - его окна уже были освещены. Хоть мы с ним только здоровались (не уверен, что он помнил моё имя), но у него можно было оставить пальто, и посидеть, читая газетку. Я вошёл в класс, и обнаружил, что никого нет, в том числе и в подсобке. Ну, не моё дело. Я прошёл в подсобку, разделся, и присел. И тут же услышал голоса в самом классе-мастерской. Это был как раз трудовик и Наталья Анатольевна. Они переговаривались:
-Борис Иваныч, вы мне принесли план работы?
-А как же! Вот, тетрадка.
-Отлично!
Я возвёл глаза к потолку. У меня этот план не был готов, и я не особо стремился его сотворить. Я встал, чтобы выйти и поздороваться, но вдруг услышал, что Борис закрыл дверь класса изнутри. Я насторожился, и подошёл к двери, соединяющей подсобку и класс. Она была прикрыта, но замочная скважина была достаточно широкой. Я наклонился. Вот так номер! Борька, тупо улыбаясь, копался в лифчике Анатольевны, расстегнув её вечный пиджачок. Она сказала:
-Борис Иваныч, что вы делаете?
Но Борька только ухмылялся и продолжал её тискать. Наконец он сказал:
-А что.
И тут же, резким, мужланским жестом снял с неё пиджак, и сорвал лифчик. Обнажилась вялая, маленькая, безнадёжно висящая грудь, с волосками вокруг огромных тёмных сосков. Меня даже слегка передёрнуло - уж больно неаппетитно всё это выглядело. А Борька продолжал - рассегнул и спустил юбку, и стал заметен её не менее висящий дряблый живот, со следами аппендицитного шрама. И, наконец, он снял с неё чулки, и я почти поперхнулся (но, что характерно, от скважины не отдалился) - жалкие тощие ножки, с растительностью везде, где только можно, предстали Борькиному и моему виду. Он положил её на парту, резко раздвинул ноги и я увидел её влагалище, заросшее какими-то бурыми волосками. Борька рассегнул зиппер, вытащил свой сильно потрёпанный член, и стал её трахать - грубо, монотонно, и не очень активно. Оба не произносили ни одного звука. Продолжалось это минуты две-три, потом он (очевидно) кончил, и вылез из неё.
-Одевайся, - бросил он.
-Спасибо, Боря, - сказала Анатольевна. Я опять чуть не поперхнулся - за что она его благодарила?!
Она оделась, и они оба вышли. Я, немного охреневший, последовал за ними, чуть погодя.
Потом мне стало интересно - это был единичный случай, или Борька постоянно кого-то имел в своём кабинетике? И я повторил свой трюк, только на сей раз я просчитал, чтобы Борька вышел из кабинета. И я спрятался там же. Расчёт был верен - вскоре он появился с библиотекаршей Ниной Ивановной. Она была второй "королевой красоты" нашей школы после Анатольевны. Всё было точно так же, как и раньше - только на сей раз он выбрал себе тётку иного формата - она была полной, с огромной грудью, которая смешно колыхалась, пока Борька "работал" в ней. Её ноги были тоже толстыми и она ими слегка дрыгала - неужели она смогла кончить?
Потом мои засады не приносили успеха, очевидно, Борька больше никого не смог уговорить. Я решил прекратить своё шпионство. В последнее моё "дежурство" Борька опять трахал завуча - и она даже немного постанывала и пальцами теребила свои сморщенные груди.
А потом я уволился.
Страницы: [ 1 ]
Читать также:»
»
»
»
|
