 |
| |
| | Юля дрожащими руками потянула гольф и взору Сергея открылись прелестные грудки "упакованые" в ажурный бюстгальтер. Он любовался ее плоским животом с ямкой пупка, любовался ее мягкой ухоженою кожей . Ему нравилось смотреть , как Юля поднимая юбку демонстрирует ему бедра юбтянутые нейлоновыми колготками. | | |
| |
|
| |
| | Она привстала на цыпочки, пытаясь поймать его своим влагалищем, и когда ей это удалось, насадилась на член сверху. Член ткнулся своей головкой в призывно распахнутые губы влагалища и стал медленно входить в Наташу, раздвигая её трепещущую плоть. Член был очень большой и стал заполнять её постепенно, так что ей показалось, что он заполнил её всю. Но она ошиблась, араб чуть-чуть задержался и снова двинул свои бедра вперед, проталкивая член в нее до конца. С губ Наташи сорвался протяжный стон. Араб остановился, плотно прижавшись своим лобком к ее пышным ягодицам. Дав ей чуть-чуть привыкнуть к размерам своего члена, он двинулся назад, вытягивая за собой губки влагалища. Орудие араба входило и выходило из её влагалища с неумолимой, все возрастающей ритмичностью. Когда он входил, она стонала от наслаждения, когда выходил от жалости расставания с ним. | | |
| |
|
| |
| | Но слова Сергея не давали покоя. Я представил, что с той девочкой был я. Я вспомнил ее, еще по-женски не сформировавшееся тело, реденькие волосики на лобке, небольшие бугорки развивающихся грудей. И вдруг на меня накатила волна возбуждения. Я вспомнил, что спрятал в развалинах ее лифчик. Мне захотелось вернуться туда и прижать к себе эту часть девичьего белья. Эта мысль начала меня преследовать и я не заметил, как ноги сами привели меня снова к этому заброшенному дому. Я зашел в него, прошел в комнату, Подошел к своему импровизированному тайнику и достал спрятанный там лифчик. Это был обыкновенный матерчатый лифчик девочки-подростка, но на меня он произвел впечатление разорвавшейся мины. Ведь это был не просто кусочек ткани, а вещь, которая еще хранила тепло и запах настоящего девичьего тела. Мой член стал резко подниматься. Я еще никогда не держал в руках ничего из нижнего белья девочек. Спустив штаны и, прижимая к лицу лифчик, я стал дрочить. Я так увлекся, что не обратил внимания на тихий шорох сзади. И когда я готов был уже кончить, за спиной раздался тихий голос: | | |
| |
|
| |
| | Леша взял со стола салфетку и вытер её живот, вспомнив, как первый раз к нему прикоснулся. Лика выглядела прекрасно, на щеках горел румянец, и глаза блестели. Леша аккуратно раздвинул её ноги и салфеткой аккуратно провел между них. На ней остались следы крови. Он закрыл ее одеялом, чтобы она не смущалась его пристального взгляда, затем налил ей в бокал немного шампанского. | | |
| |
|
Рассказ №2814
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Пятница, 05/07/2024
Прочитано раз: 32559 (за неделю: 8)
Рейтинг: 87% (за неделю: 0%)
Цитата: "Потом мои засады не приносили успеха, очевидно, Борька больше никого не смог уговорить. Я решил прекратить своё шпионство. В последнее моё "дежурство" Борька опять трахал завуча - и она даже немного постанывала и пальцами теребила свои сморщенные груди...."
Страницы: [ 1 ]
Она была завучем, причём классическим завучем. Только в выдуманных историях завучами являются пышногрудые молодые красавицы, соблазняющие одинадцатиклассников, сексапильных учителей физкультуры, и тайком мастурбирующие прямо на уроках. Она была среднего возраста (лет 50), маленького роста, с уродливыми громадными очками, она постоянно одевалась в один и тот же серый костюм - плотный пиджак без намёка на декольте, юбка до колен, из-под которой виднелись кривенькие тощие ноги. Но не только это отталкивало от неё - известны случаи, когда некрасивый человек был жутко сексуален. Она была тупой и закомплексованной учительницой, и к тому же - вредной. Я работал в той школе один учебный год, и ни одного раза я даже не помыслил о ней как о женщине. Неоднократно она меня доставала всякими проверками, журналами и проч. Я представить себе не мог, что она может заниматься сексом (хотя как минимум один раз она это делала - её сынок учился в нашей же школе). Но однажды я был вынужден изменить своё мнение о ней. Это было ранним утром, когда я почему-то припёрся в школу где-то минут за 40 до начала первого урока. Учительская была закрыта (как раз она, наша неподражаемая Наталья Анатольевна, её открывала), и я, матюгнувшись, пошёл в кабинет трудовика - его окна уже были освещены. Хоть мы с ним только здоровались (не уверен, что он помнил моё имя), но у него можно было оставить пальто, и посидеть, читая газетку. Я вошёл в класс, и обнаружил, что никого нет, в том числе и в подсобке. Ну, не моё дело. Я прошёл в подсобку, разделся, и присел. И тут же услышал голоса в самом классе-мастерской. Это был как раз трудовик и Наталья Анатольевна. Они переговаривались:
-Борис Иваныч, вы мне принесли план работы?
-А как же! Вот, тетрадка.
-Отлично!
Я возвёл глаза к потолку. У меня этот план не был готов, и я не особо стремился его сотворить. Я встал, чтобы выйти и поздороваться, но вдруг услышал, что Борис закрыл дверь класса изнутри. Я насторожился, и подошёл к двери, соединяющей подсобку и класс. Она была прикрыта, но замочная скважина была достаточно широкой. Я наклонился. Вот так номер! Борька, тупо улыбаясь, копался в лифчике Анатольевны, расстегнув её вечный пиджачок. Она сказала:
-Борис Иваныч, что вы делаете?
Но Борька только ухмылялся и продолжал её тискать. Наконец он сказал:
-А что.
И тут же, резким, мужланским жестом снял с неё пиджак, и сорвал лифчик. Обнажилась вялая, маленькая, безнадёжно висящая грудь, с волосками вокруг огромных тёмных сосков. Меня даже слегка передёрнуло - уж больно неаппетитно всё это выглядело. А Борька продолжал - рассегнул и спустил юбку, и стал заметен её не менее висящий дряблый живот, со следами аппендицитного шрама. И, наконец, он снял с неё чулки, и я почти поперхнулся (но, что характерно, от скважины не отдалился) - жалкие тощие ножки, с растительностью везде, где только можно, предстали Борькиному и моему виду. Он положил её на парту, резко раздвинул ноги и я увидел её влагалище, заросшее какими-то бурыми волосками. Борька рассегнул зиппер, вытащил свой сильно потрёпанный член, и стал её трахать - грубо, монотонно, и не очень активно. Оба не произносили ни одного звука. Продолжалось это минуты две-три, потом он (очевидно) кончил, и вылез из неё.
-Одевайся, - бросил он.
-Спасибо, Боря, - сказала Анатольевна. Я опять чуть не поперхнулся - за что она его благодарила?!
Она оделась, и они оба вышли. Я, немного охреневший, последовал за ними, чуть погодя.
Потом мне стало интересно - это был единичный случай, или Борька постоянно кого-то имел в своём кабинетике? И я повторил свой трюк, только на сей раз я просчитал, чтобы Борька вышел из кабинета. И я спрятался там же. Расчёт был верен - вскоре он появился с библиотекаршей Ниной Ивановной. Она была второй "королевой красоты" нашей школы после Анатольевны. Всё было точно так же, как и раньше - только на сей раз он выбрал себе тётку иного формата - она была полной, с огромной грудью, которая смешно колыхалась, пока Борька "работал" в ней. Её ноги были тоже толстыми и она ими слегка дрыгала - неужели она смогла кончить?
Потом мои засады не приносили успеха, очевидно, Борька больше никого не смог уговорить. Я решил прекратить своё шпионство. В последнее моё "дежурство" Борька опять трахал завуча - и она даже немного постанывала и пальцами теребила свои сморщенные груди.
А потом я уволился.
Страницы: [ 1 ]
Читать также:»
»
»
»
|
