 |
| |
| | Лапочка моя, я хочу, что бы ты поласкал мамину киску своим нежным и молодым язычком. И она пошла, села на лавку и широко раздвинула свои прелестные ножки на всю их длину, на которую она была способна. Я уже не в силах сдержать напор своей страсти, быстро приблизился к ней, встав на колени и устремился своим языком к её манящей вагине. От неё пахло тем душистым мылом, которым мы только что мылились. Я начал нежно проводить языком по её губкам, и постепенно приближаясь к её клитору. Она опять начала нежно постанывать, выгибать спину вращать бедрами в разные стороны, а руки вновь легли на её большие груди и принялись играть с сосками, которые вновь стали как карандашики. Я ласкал её со всей своей нежностью, которая только у меня была, я ввинчивал свой язык в её вагину, как бур на нефтяной установке, ласкал её клитор, поглаживая его языком во всех мыслимых и немыслимых направлениях, а она стонала и извивалась подо мной, крича и плача от переполнявшего её возбуждения. Наконец она несколько раз дернулась, выгнула спину и затихла. Однако моё возбуждение ещё не прошло, и по этому, я встал перед ней во весь рост, одной рукой ухватился за её грудь, стал теребить её сосок, второй рукой взял свой член, раскрыв головку донельзя, стал водить им по её клитору, нежно при этом постукивая по нему. Она опять выгнула спину и постанывая стала помогать мне своей рукой, то, нежно поглаживая головку моего члена, то, начинала неистово теребить свой клитор. После нескольких таких движений мама тихим, уставшим, но всё ещё возбужденным голосом сказала... | | |
| |
|
| |
| | Упругая девственная попка девушки сопротивлялась вторжению достаточно крупной предмета, но избыток геля и настойчивость парня довели задуманное до конца, пробка заняла положенное ей место. Оля с удовольствием приняла вибратор, он очень был похож на тот который лежал у нее в тумбочке у кровати, а вот попка была ее табу, резкий удар током подавил ее желание сопротивляться, когда она расслабилась она почувствовала как утихнувшая боль от зажимов начала нарастать, а где-то внутри она услышала как они вибрируют. Через минуту боль в анусе стала терпимой а где-то внутри головка вибратора начала биться о кончик пробки передавая вибрацию по всему тазу. Она уже не обратила внимание когда, все ее тело кроме ступней было окончательно сдавленно в упаковку. | | |
| |
|
| |
| | Сергей Дмитриевич включил магнитофон, а я, порядком уже захмелевший от водки и общего внимания, начал извиваться посреди палаты под музыку. Гости смотрели на меня обалдевшими глазами, которые заблестели еще больше, когда я начал постепенно раздеваться - ведь именно этого от меня и ждали! Сначала я сбросил халатик и начал крутиться в женском белье, потом избавился от лифчика, потом - повернувшись к мужчинам спиной - медленно спустил трусики, оставшись в одних чулках. Я присел, руками раздвигая ягодицы, чтобы зрителям все было как следует видно, потом повернулся лицом. Мой член торчал так, что на него можно было повесить сброшенный мной халатик, как на вешалку. В глазах гостей читалась одна мысль: "Вот это да!" | | |
| |
|
| |
| | Я сел к нему на кровать и уже не мог сдерживаться. Я стал целовать его губы, такие нежные и сладкие, пытаясь разжать его зубы и почувствовать вкус его языка... | | |
| |
|
Рассказ №2814
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Среда, 17/07/2024
Прочитано раз: 31599 (за неделю: 29)
Рейтинг: 87% (за неделю: 0%)
Цитата: "Потом мои засады не приносили успеха, очевидно, Борька больше никого не смог уговорить. Я решил прекратить своё шпионство. В последнее моё "дежурство" Борька опять трахал завуча - и она даже немного постанывала и пальцами теребила свои сморщенные груди...."
Страницы: [ 1 ]
Она была завучем, причём классическим завучем. Только в выдуманных историях завучами являются пышногрудые молодые красавицы, соблазняющие одинадцатиклассников, сексапильных учителей физкультуры, и тайком мастурбирующие прямо на уроках. Она была среднего возраста (лет 50), маленького роста, с уродливыми громадными очками, она постоянно одевалась в один и тот же серый костюм - плотный пиджак без намёка на декольте, юбка до колен, из-под которой виднелись кривенькие тощие ноги. Но не только это отталкивало от неё - известны случаи, когда некрасивый человек был жутко сексуален. Она была тупой и закомплексованной учительницой, и к тому же - вредной. Я работал в той школе один учебный год, и ни одного раза я даже не помыслил о ней как о женщине. Неоднократно она меня доставала всякими проверками, журналами и проч. Я представить себе не мог, что она может заниматься сексом (хотя как минимум один раз она это делала - её сынок учился в нашей же школе). Но однажды я был вынужден изменить своё мнение о ней. Это было ранним утром, когда я почему-то припёрся в школу где-то минут за 40 до начала первого урока. Учительская была закрыта (как раз она, наша неподражаемая Наталья Анатольевна, её открывала), и я, матюгнувшись, пошёл в кабинет трудовика - его окна уже были освещены. Хоть мы с ним только здоровались (не уверен, что он помнил моё имя), но у него можно было оставить пальто, и посидеть, читая газетку. Я вошёл в класс, и обнаружил, что никого нет, в том числе и в подсобке. Ну, не моё дело. Я прошёл в подсобку, разделся, и присел. И тут же услышал голоса в самом классе-мастерской. Это был как раз трудовик и Наталья Анатольевна. Они переговаривались:
-Борис Иваныч, вы мне принесли план работы?
-А как же! Вот, тетрадка.
-Отлично!
Я возвёл глаза к потолку. У меня этот план не был готов, и я не особо стремился его сотворить. Я встал, чтобы выйти и поздороваться, но вдруг услышал, что Борис закрыл дверь класса изнутри. Я насторожился, и подошёл к двери, соединяющей подсобку и класс. Она была прикрыта, но замочная скважина была достаточно широкой. Я наклонился. Вот так номер! Борька, тупо улыбаясь, копался в лифчике Анатольевны, расстегнув её вечный пиджачок. Она сказала:
-Борис Иваныч, что вы делаете?
Но Борька только ухмылялся и продолжал её тискать. Наконец он сказал:
-А что.
И тут же, резким, мужланским жестом снял с неё пиджак, и сорвал лифчик. Обнажилась вялая, маленькая, безнадёжно висящая грудь, с волосками вокруг огромных тёмных сосков. Меня даже слегка передёрнуло - уж больно неаппетитно всё это выглядело. А Борька продолжал - рассегнул и спустил юбку, и стал заметен её не менее висящий дряблый живот, со следами аппендицитного шрама. И, наконец, он снял с неё чулки, и я почти поперхнулся (но, что характерно, от скважины не отдалился) - жалкие тощие ножки, с растительностью везде, где только можно, предстали Борькиному и моему виду. Он положил её на парту, резко раздвинул ноги и я увидел её влагалище, заросшее какими-то бурыми волосками. Борька рассегнул зиппер, вытащил свой сильно потрёпанный член, и стал её трахать - грубо, монотонно, и не очень активно. Оба не произносили ни одного звука. Продолжалось это минуты две-три, потом он (очевидно) кончил, и вылез из неё.
-Одевайся, - бросил он.
-Спасибо, Боря, - сказала Анатольевна. Я опять чуть не поперхнулся - за что она его благодарила?!
Она оделась, и они оба вышли. Я, немного охреневший, последовал за ними, чуть погодя.
Потом мне стало интересно - это был единичный случай, или Борька постоянно кого-то имел в своём кабинетике? И я повторил свой трюк, только на сей раз я просчитал, чтобы Борька вышел из кабинета. И я спрятался там же. Расчёт был верен - вскоре он появился с библиотекаршей Ниной Ивановной. Она была второй "королевой красоты" нашей школы после Анатольевны. Всё было точно так же, как и раньше - только на сей раз он выбрал себе тётку иного формата - она была полной, с огромной грудью, которая смешно колыхалась, пока Борька "работал" в ней. Её ноги были тоже толстыми и она ими слегка дрыгала - неужели она смогла кончить?
Потом мои засады не приносили успеха, очевидно, Борька больше никого не смог уговорить. Я решил прекратить своё шпионство. В последнее моё "дежурство" Борька опять трахал завуча - и она даже немного постанывала и пальцами теребила свои сморщенные груди.
А потом я уволился.
Страницы: [ 1 ]
Читать также:»
»
»
»
|
