 |
| |
| | Он застонал от удовольствия меня это возбуждало и мне не хотелось останавливаться. Темненький все время ласкал себя и от вида такой страстной картины кончил без моей помощи. Третий дал себе возможность передохнуть и уступил место темненькому, его член я могла заглатывать полностью, чем доставляла ему неописуемое удовольствие. Правая рука третьего гладила мои соски а левая спускалась ниже и ниже. Он раздвинул мои ноги и наклонился ко мне. Я ощущала его язык на своих ногах, он гладил им мою дырочку и я почувствовала, что потекла. Он засмеялся и сказал, что я очень чувствительная, поэтому смогу получить удовольствие даже от первого раза, тогда как многие при этом испытывают только боль. | | |
| |
|
| |
| | Дыхание Романа так же начало учащаться в такт её резким толчкам, которые всё стремительнее приближали оргазм. С рыком животного, он начал выплескивать свою сперму в глубокие недра влагалища, засадив до отказа своего жеребца, и не позволяя ей двигаться. Лера, как и в самом начале, вжалась в его таз, слегка вращая попкой то в одну, то в другую сторону. Ощущая внутри, как периодически раздувающаяся горячая головка выстреливает мощные порции семени, она выгнулась, задрожала и едва не опрокинулась назад. Сотрясаемая первыми оргазменными судорогами, женщина успела схватиться за ноги супруга, и издала протяжный, душераздирающий стон, который эхом разошёлся по всему устью реки. Ощущение того, что она довела мужчину до пика блаженства, и вся нестандартность ситуации, привели к продолжительному и бурному выплёскиванию эмоций, которые она не скрывала, купаясь в волнах оргазма. | | |
| |
|
| |
| | Я кончила, ну вроде мне уже и не надо ничего а он продолжает меня трахать, типа я и не кончала, закинул ноги себе на плечи и продолжает меня трахать не убавляя темпа) ) и долбит и долбит мне стало не очень удобно и он видимо почувствовал и предложил мне на живот лечь, я с удовольствием легла, даже сама подушку под себя положила он это оценил по своему и не церемонясь загнал сразу и до конца замер и потом опять до конца и с такой амплитудой продолжаем трахаться он еще просит ему подмахивать навстречу а почему и нет, меня уже отпустило, опять как-то интерес к процессу вернулся, немного на бок повернулись, он потихоньку водит пальцами по губам и я понимаю что он хочет и начинаю сосать его вначале один а потом и второй палец это сосание и его член во мне до конца я опять начала заводиться, завелась опять, говорю а ты меня раком хочешь- он говорит очень!! | | |
| |
|
| |
| | Мои попытки ее "заласкать" вызвают только улыбку. А она, чертовка, набила руку, знает все секреты моего тела, все сексуальные точки. Ну, что я могу сделать, если у меня встает на нее с "пол оборота" и, вообще, стояк по утрам? Я не боюсь жестокости и насилия, привык к ним. В детстве занимался боксом, потом усмирял "дедов" в Армии и до сих пор физическик крепок - бегаю, вон, по пятнадцать километров и таскаю на работе тяжеленные кирпичи. Но перед ней вся моя сила превращается в пыль. Наверное, потому что я мазохист, а в ней есть садистская жилка. | | |
| |
|
Рассказ №2814
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Пятница, 05/07/2024
Прочитано раз: 32782 (за неделю: 6)
Рейтинг: 87% (за неделю: 0%)
Цитата: "Потом мои засады не приносили успеха, очевидно, Борька больше никого не смог уговорить. Я решил прекратить своё шпионство. В последнее моё "дежурство" Борька опять трахал завуча - и она даже немного постанывала и пальцами теребила свои сморщенные груди...."
Страницы: [ 1 ]
Она была завучем, причём классическим завучем. Только в выдуманных историях завучами являются пышногрудые молодые красавицы, соблазняющие одинадцатиклассников, сексапильных учителей физкультуры, и тайком мастурбирующие прямо на уроках. Она была среднего возраста (лет 50), маленького роста, с уродливыми громадными очками, она постоянно одевалась в один и тот же серый костюм - плотный пиджак без намёка на декольте, юбка до колен, из-под которой виднелись кривенькие тощие ноги. Но не только это отталкивало от неё - известны случаи, когда некрасивый человек был жутко сексуален. Она была тупой и закомплексованной учительницой, и к тому же - вредной. Я работал в той школе один учебный год, и ни одного раза я даже не помыслил о ней как о женщине. Неоднократно она меня доставала всякими проверками, журналами и проч. Я представить себе не мог, что она может заниматься сексом (хотя как минимум один раз она это делала - её сынок учился в нашей же школе). Но однажды я был вынужден изменить своё мнение о ней. Это было ранним утром, когда я почему-то припёрся в школу где-то минут за 40 до начала первого урока. Учительская была закрыта (как раз она, наша неподражаемая Наталья Анатольевна, её открывала), и я, матюгнувшись, пошёл в кабинет трудовика - его окна уже были освещены. Хоть мы с ним только здоровались (не уверен, что он помнил моё имя), но у него можно было оставить пальто, и посидеть, читая газетку. Я вошёл в класс, и обнаружил, что никого нет, в том числе и в подсобке. Ну, не моё дело. Я прошёл в подсобку, разделся, и присел. И тут же услышал голоса в самом классе-мастерской. Это был как раз трудовик и Наталья Анатольевна. Они переговаривались:
-Борис Иваныч, вы мне принесли план работы?
-А как же! Вот, тетрадка.
-Отлично!
Я возвёл глаза к потолку. У меня этот план не был готов, и я не особо стремился его сотворить. Я встал, чтобы выйти и поздороваться, но вдруг услышал, что Борис закрыл дверь класса изнутри. Я насторожился, и подошёл к двери, соединяющей подсобку и класс. Она была прикрыта, но замочная скважина была достаточно широкой. Я наклонился. Вот так номер! Борька, тупо улыбаясь, копался в лифчике Анатольевны, расстегнув её вечный пиджачок. Она сказала:
-Борис Иваныч, что вы делаете?
Но Борька только ухмылялся и продолжал её тискать. Наконец он сказал:
-А что.
И тут же, резким, мужланским жестом снял с неё пиджак, и сорвал лифчик. Обнажилась вялая, маленькая, безнадёжно висящая грудь, с волосками вокруг огромных тёмных сосков. Меня даже слегка передёрнуло - уж больно неаппетитно всё это выглядело. А Борька продолжал - рассегнул и спустил юбку, и стал заметен её не менее висящий дряблый живот, со следами аппендицитного шрама. И, наконец, он снял с неё чулки, и я почти поперхнулся (но, что характерно, от скважины не отдалился) - жалкие тощие ножки, с растительностью везде, где только можно, предстали Борькиному и моему виду. Он положил её на парту, резко раздвинул ноги и я увидел её влагалище, заросшее какими-то бурыми волосками. Борька рассегнул зиппер, вытащил свой сильно потрёпанный член, и стал её трахать - грубо, монотонно, и не очень активно. Оба не произносили ни одного звука. Продолжалось это минуты две-три, потом он (очевидно) кончил, и вылез из неё.
-Одевайся, - бросил он.
-Спасибо, Боря, - сказала Анатольевна. Я опять чуть не поперхнулся - за что она его благодарила?!
Она оделась, и они оба вышли. Я, немного охреневший, последовал за ними, чуть погодя.
Потом мне стало интересно - это был единичный случай, или Борька постоянно кого-то имел в своём кабинетике? И я повторил свой трюк, только на сей раз я просчитал, чтобы Борька вышел из кабинета. И я спрятался там же. Расчёт был верен - вскоре он появился с библиотекаршей Ниной Ивановной. Она была второй "королевой красоты" нашей школы после Анатольевны. Всё было точно так же, как и раньше - только на сей раз он выбрал себе тётку иного формата - она была полной, с огромной грудью, которая смешно колыхалась, пока Борька "работал" в ней. Её ноги были тоже толстыми и она ими слегка дрыгала - неужели она смогла кончить?
Потом мои засады не приносили успеха, очевидно, Борька больше никого не смог уговорить. Я решил прекратить своё шпионство. В последнее моё "дежурство" Борька опять трахал завуча - и она даже немного постанывала и пальцами теребила свои сморщенные груди.
А потом я уволился.
Страницы: [ 1 ]
Читать также:»
»
»
»
|
