 |
| |
| | Когда в очереднои раз я остался один дома, пришло время новои игры. Я принес старыи чертежныи стол, а точнее козлы от него, положил на них длинныи валик из дивана. Затем разделся до гола и лег на этот валик. Было приятно ощущать мои вздыбленныи член, опирающиися на валик и прижатыи к нему, всем телом. Но чего то не хватало. Я пошел в другую комнату и нашел там плотяные поиски от маминых халатов. Затянув петлеи мои ноги, я несколько раз протянул поясок и крепко их стянул. Попробовав пошевелить ногами, я понял, что добился того ощущения, о котором мечтал. Я снова лег на валик, связанные ноги перекинул назад, тело протянул вдоль валика. Свободнои рукои протянул другои поясок под валиком и перекинул через мои вздыбленныи член, ловко затянул оба конца. Член как бы попался между моим телом и пояском, которыи крепко притянул его к валику. | | |
| |
|
| |
| | Разумеется, я сдержал своё слово и никому ничего не рассказал, но этот странный ритуал с писькой крепко засел в моей голове. Вот он, секрет материнской любви! Все ребята во дворе часто болели, но только не Димка. Это мама так хорошо о нём заботилась. Но я подумал, что Димка потому и здоровый такой, что мама делает ему все эти штуки. И тогда же у меня появилась мечта о том, что и моя мама когда-нибудь станет такой же доброй и милой, как его, и сделает мне всё то же самое. В моих снах мама всегда ласково улыбалась мне, нежно целовала и щекотала, а затем просила: "Покажи писю!" Я краснел и смущался, но расстёгивал брючки, а потом тоже робко просил: "А ты мне свою покажи!" | | |
| |
|
| |
| | Член выпускают изо рта и на него устраивается кто-то горячей, мокрой и скользкой вульвой. Вторая вульва- наверняка Жанны. Или первая, у моих губ - её, а на члене - Надя. Кто-то из них сидит на мне в позе наездницы и активно двигается, а другая поставляет вагину для оральных ласк. А Антон где, черт его побери?! И что он делает? Кажется, дамы поменялись местами: жесткие кудряшки лобковых волос знакомо щекочут моё лицо. Головка члена опять во рту, а яички - в ладошке, и все хозяйство лихо обрабатывается! | | |
| |
|
| |
| | Иришка пошла в душ. Дверь не закрыла и я несколько минут любовался ее точеной фигуркой, омываемой струйками воды. Недавно, Ирочке исполнилось 16 лет. За те два года, которые мы живем вместе, она расцвела и превратилась в прелестную молодую девушку. У неё грудь второго размера, тонкая талия, упругая попка. Мальчишки в школе за ней табунами ходят, даже дерутся. Но Иришка никого к себе близко не подпускает и вольностей не позволяет. Она занимается теннисом и рука у нее тяжелая. Однажды, на физкультуре, однокласник при всех хлопнул ее по попе. И тут же получил такой удар по носу, что потом неделю не ходил в школу... | | |
| |
|
Рассказ №2814
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Пятница, 05/07/2024
Прочитано раз: 31984 (за неделю: 1)
Рейтинг: 87% (за неделю: 0%)
Цитата: "Потом мои засады не приносили успеха, очевидно, Борька больше никого не смог уговорить. Я решил прекратить своё шпионство. В последнее моё "дежурство" Борька опять трахал завуча - и она даже немного постанывала и пальцами теребила свои сморщенные груди...."
Страницы: [ 1 ]
Она была завучем, причём классическим завучем. Только в выдуманных историях завучами являются пышногрудые молодые красавицы, соблазняющие одинадцатиклассников, сексапильных учителей физкультуры, и тайком мастурбирующие прямо на уроках. Она была среднего возраста (лет 50), маленького роста, с уродливыми громадными очками, она постоянно одевалась в один и тот же серый костюм - плотный пиджак без намёка на декольте, юбка до колен, из-под которой виднелись кривенькие тощие ноги. Но не только это отталкивало от неё - известны случаи, когда некрасивый человек был жутко сексуален. Она была тупой и закомплексованной учительницой, и к тому же - вредной. Я работал в той школе один учебный год, и ни одного раза я даже не помыслил о ней как о женщине. Неоднократно она меня доставала всякими проверками, журналами и проч. Я представить себе не мог, что она может заниматься сексом (хотя как минимум один раз она это делала - её сынок учился в нашей же школе). Но однажды я был вынужден изменить своё мнение о ней. Это было ранним утром, когда я почему-то припёрся в школу где-то минут за 40 до начала первого урока. Учительская была закрыта (как раз она, наша неподражаемая Наталья Анатольевна, её открывала), и я, матюгнувшись, пошёл в кабинет трудовика - его окна уже были освещены. Хоть мы с ним только здоровались (не уверен, что он помнил моё имя), но у него можно было оставить пальто, и посидеть, читая газетку. Я вошёл в класс, и обнаружил, что никого нет, в том числе и в подсобке. Ну, не моё дело. Я прошёл в подсобку, разделся, и присел. И тут же услышал голоса в самом классе-мастерской. Это был как раз трудовик и Наталья Анатольевна. Они переговаривались:
-Борис Иваныч, вы мне принесли план работы?
-А как же! Вот, тетрадка.
-Отлично!
Я возвёл глаза к потолку. У меня этот план не был готов, и я не особо стремился его сотворить. Я встал, чтобы выйти и поздороваться, но вдруг услышал, что Борис закрыл дверь класса изнутри. Я насторожился, и подошёл к двери, соединяющей подсобку и класс. Она была прикрыта, но замочная скважина была достаточно широкой. Я наклонился. Вот так номер! Борька, тупо улыбаясь, копался в лифчике Анатольевны, расстегнув её вечный пиджачок. Она сказала:
-Борис Иваныч, что вы делаете?
Но Борька только ухмылялся и продолжал её тискать. Наконец он сказал:
-А что.
И тут же, резким, мужланским жестом снял с неё пиджак, и сорвал лифчик. Обнажилась вялая, маленькая, безнадёжно висящая грудь, с волосками вокруг огромных тёмных сосков. Меня даже слегка передёрнуло - уж больно неаппетитно всё это выглядело. А Борька продолжал - рассегнул и спустил юбку, и стал заметен её не менее висящий дряблый живот, со следами аппендицитного шрама. И, наконец, он снял с неё чулки, и я почти поперхнулся (но, что характерно, от скважины не отдалился) - жалкие тощие ножки, с растительностью везде, где только можно, предстали Борькиному и моему виду. Он положил её на парту, резко раздвинул ноги и я увидел её влагалище, заросшее какими-то бурыми волосками. Борька рассегнул зиппер, вытащил свой сильно потрёпанный член, и стал её трахать - грубо, монотонно, и не очень активно. Оба не произносили ни одного звука. Продолжалось это минуты две-три, потом он (очевидно) кончил, и вылез из неё.
-Одевайся, - бросил он.
-Спасибо, Боря, - сказала Анатольевна. Я опять чуть не поперхнулся - за что она его благодарила?!
Она оделась, и они оба вышли. Я, немного охреневший, последовал за ними, чуть погодя.
Потом мне стало интересно - это был единичный случай, или Борька постоянно кого-то имел в своём кабинетике? И я повторил свой трюк, только на сей раз я просчитал, чтобы Борька вышел из кабинета. И я спрятался там же. Расчёт был верен - вскоре он появился с библиотекаршей Ниной Ивановной. Она была второй "королевой красоты" нашей школы после Анатольевны. Всё было точно так же, как и раньше - только на сей раз он выбрал себе тётку иного формата - она была полной, с огромной грудью, которая смешно колыхалась, пока Борька "работал" в ней. Её ноги были тоже толстыми и она ими слегка дрыгала - неужели она смогла кончить?
Потом мои засады не приносили успеха, очевидно, Борька больше никого не смог уговорить. Я решил прекратить своё шпионство. В последнее моё "дежурство" Борька опять трахал завуча - и она даже немного постанывала и пальцами теребила свои сморщенные груди.
А потом я уволился.
Страницы: [ 1 ]
Читать также:»
»
»
»
|
