 |
| |
| | Вокруг её головы было обёрнуто полотенце, распаренное лицо без косметики лучилось здоровым румянцем и было чертовски красивым. Я невольно подумал, что наверное сейчас под этим халатом нет нижнего белья...- Скажи мне, Мария, а ты знаешь, что мы тут с тобой заперты до третьего января? Одни, во всём корпусе, только ты и я?- Ну почему же одни, с нами ещё есть эта курица, которая не даст нам умереть с голоду - пыталась пошутить она, однако её глаза не находили места и я понял, что она что-то скрывает.- А ты не боишься оставаться с незнакомым парнем так долго один га один?Она села напротив меня, сняла полотенце и стала им вытирать свои густые вьющиеся волосы.- Я должна тебе кое в чём признаться. Но прежде чем я расскажу тебе всё, скажи мне, нравлюсь ли я тебе?Её прямота, простота и грациозность меня приятно поразили. Сложив руки лодочкой на полотенце, она смотрела на меня своими красивыми глазами, в глубине которых я прочитал нерешительность и боязнь моего отрицательного ответа. Подумать только! Я заперт наедине с красивейшей девушкой, о которой я тайно мечтал с тех пор, как первый раз увидел, и она спрашивает у меня, нравится ли она мне. Смею ли я предположить, что тоже ей не безразличен?Мы сидели друг напротив друга и моё затянувшееся молчание могло бы плохо кончится, надо было что-то делать. Я опустился на колени, взял её руки и поцеловал в губы. Она ответила на поцелуй, и я, осмелев, запустил руки в невысохшие ещё волосы, притянул голову и поцеловал её более глубоко. От аромата её волос, вкуса губ и теплоты языка я сходил с ума.- Могу я считать это положительным ответом? - сказала она улыбаясь шёпотом, немного отстранившись после поцелуя.- Более чем. - ответил я.- Тогда я расскажу тебе всё. Но сначала давай выпьем вина и поставим другую музыку.Я был не против. Под последний альбом Пола Маккартни, попивая красное полусладкое она рассказала мне свою историю:- Ты понравился мне с первого взгляда. Тогда я шла после учёбы, загруженная донельзя, с больной головой и шатающимся каблуком. Поднимаясь по лестнице, я увидела тебя, спускающегося с комендантом, с большой сумкой. Видимо ты только приехал и тебя заселяли. Твоя простая улыбка и задержавшийся на мне взгляд позволили забыть о головной боли, предстоящей курсовой и сломанном каблуке. Я почувствовала себя красивой и лёгкой. Не знаю, что такое любовь с первого взгляда, вряд ли это она, но то, что твой взгляд вылечил меня в тот вечер я осознала. Потом наши случайные встречи продолжились, я могла почувствовать твой взгляд на расстоянии, оборачивалась и действительно, видела твою смущённую улыбку и весёлые глаза. Через месяц после начала семестра, ко мне в гости заехала моя двоюродная сестра. Мы с ней очень дружим, и несмотря на разницу в четыре года, всегда находим общие темы для разговора. В тот день мы пошли гулять и я показала ей тебя, рассказав о том, что ты мне симпатичен. "Он учится в параллельной группе, и кажется, что неравнодушен ко мне" - ответила она. - "Но мне он не очень нравится, разве что так, пофлиртовать...". Через месяц вы познакомились и стали встречаться. Я завидовала ей, но делать было нечего, ты выбрал её, несмотря на то, что продолжал дарить мне своё внимание. А месяц назад она принесла мне все твои письма, которые ты ей писал, назвав их романтической туфтой. "Почитай, быть может ты поймёшь, что с этим человеком будет сложно в нашей стране. Мне нужен жёсткий, целеустремлённый и уверенный парень, а этот - романтик, никогда не будет зарабатывать больше чем заведующий лабораторией". Я стала защищать тебя, и в сердцах назвала её подстилкой для богатых. Она естественно обиделась и ушла, оставив мне твои письма. | | |
| |
|
| |
| | Это Дел Рэй Гойнес, рабочий мусорщик на своей машине в ночную смену занимался сборкой мусора по всему Лос-Анжелесу. Он спешил быстрее сделать свою нужную, правда не очень ему самому приятную ночную черную работу, пока весь город еще спал, за исключением разных нищих роющихся в мусоре бродяг и всякой панкующей швали. Но это не волновало и не пугало Дела Гойнеса. Он простой нерг работяга и уборщик мусора, на которого никто, не обратит внимание, даже ночью. И тем более не сделает эту за него работу. Кому он вообще-то был нужен, как ни своей рабочей машине. Многочисленному по углам и помойкам Лос-Анжелеса мусору и сквернословящим в его сторону потревоженным его мусоровозом местным городским бомжам, зарывшимся в кучи мусора сваленные прямо у баков и у стен городских зданий. | | |
| |
|
| |
| | Суть этой игры в её реальности, которая настолько экстремальна и от того прекрасна, что эта нежная дрожь пробегает по всему телу. Эта игра небольшой гибрид сексуальных извращенских игр с известной вещью, которая называется Пранк. Жертва не должна догадываться, что её разводят. Самое главное: Она должна быть слепо и на сто процентов уверена, что это она со мной играет, а не я с ней. Ну да ладно! Суть этой вещи вы поймете по ходу рассказа. | | |
| |
|
| |
| | Позвольте представиться: меня зовут Алла. Мне тридцать лет, я не замужем и, как говорят, хороша собой. Я женщина-предприниматель. У меня свой небольшой бизнес. Экологически чистый, как сейчас модно говорить. Три года я вкалывала, не жалея себя, работала без выходных, ни разу не брала отпуск, но этим летом, когда погода стояла как никогда жаркая, решила: а была не была! Связалась с Мариной и Наташей, своими закадычными подружками, обзвонила несколько туристических фирм, и вот мы уже летим в Антал | | |
| |
|
Рассказ №2920
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Понедельник, 19/08/2002
Прочитано раз: 26076 (за неделю: 10)
Рейтинг: 89% (за неделю: 0%)
Цитата: "И, когда в нашей любовной борьбе я, наконец одержал верх, прижав ее тело к кровати, на секунду повиснув над ней на вытянутых руках, она уже полностью без остатка была во мне, наши души сплелись, взявшись за руки. Я вошел в нее легко, как будто прыгнул с высокой горы, расправив крылья за спиной. Она коротко вскрикнула, прикусив от боли губу, и наши тела забились в ритме любви, как раненые птицы в клетке...."
Страницы: [ 1 ]
История эта случилась еще во времена застоя, поэтому в ней нет "мерсов", "экстази", ночных клубов и всего того, что сейчас окружает нас.
По вечернему городу, разбрызгивая лужи, как "Титаник", проплыл последний троллейбус. Обычное дело, как всегда в последнее время, я поругался с женой и, как всегда, окончательно. Шел в никуда, понемногу отходя от очередного скандала. На остановке под дырявой крышей, даже не пытаясь останавливать равнодушно проезжавшие мимо машины, под дождем стояла девочка.
Вся мокрая, длинные темные волосы сбились от воды, белая блузка вызывающе обтягивала грудь идеальной, на мой взгляд формы.
Я, как истинный джентльмен, предложил ей место под зонтиком. Поколебавшись несколько мгновений, она все-таки решилась, я предложил ей руку и только тогда глянул в ее лицо. На первый взгляд ничего особенного, обычное лицо семнадцати восемнадцатилетней девчонки, но глаза: Похожие на два горных озера, покрытых, как слюдой, голубой пленкой невинности. Я пропал, сразу утонув в них.
Она сразу начала рассказывать мне свою нехитрую историю, как пошла на день рождения к бывшему однокласснику, засиделись поздно, транспорт уже не ходит, а на такси денег нет. Решила еще немного постоять, пока дождь не утихнет и потихоньку идти домой. Я предложил проводить ее. По дороге мы мило поболтали и когда подошли к ее дому, она увидела, что в окнах горит свет, орет магнитофон. "Опять мать привела мужиков", - с горечью в голосе сказала она. "Домой не пойду". Слезы заволокли ее глаза, я готов был идти в бой с кем угодно за эти слезы. "Пошли на вокзал", - предложила она. "Посидим, скоро утро, а потом мне на работу". А что мне оставалось делать:
В зале ожидания было жарко, пахнуло застоявшимся запахом пота, смешанным с перегаром трудящихся масс. С трудом мы нашли свободную скамейку. Она легла головой мне на колени, свернувшись калачиком, и быстро заснула. Я то дремал, то сидел, не шевелясь, боясь побеспокоить ее сон. Диктор все время объявлял о поездах, идущих в Париж, Берлин, Софию. И я, сидя на обшарпанной скамейке задрипанного города, держа у себя на коленях мечту всей моей бестолковой жизни мечтал о жизни с ней в этих городах. К действительности меня вернула бабка с грязной мокрой тряпкой на швабре, которая, матерясь, выгнала нас из зала ожидания на улицу. Уже рассвело, я подумал о том, что жена ушла на работу, и предложил пойти ко мне, выпить чаю, словом согреться. Пришли ко мне, согрелись чайком с бутербродами. И вдруг она прижалась ко мне и с дрожью в голосе сказала, что хочет отблагодарить меня за то, что я ее не бросил, и что еще никто в жизни так не относился к ней. Я смотрел в ее глаза, полные слез и понимал, что с этого момента моя жизнь пойдет совсем по другому пути. Подхватив на руки, я понес ее в ванную, где медленно начал снимать с нее юбку. Она стояла молча, преданно смотря мне в глаза своими голубыми "озерами". Расстегнув пуговки на блузке, я расстегнул лифчик и, сняв с нее все это просто обалдел: Это была грудь молодой девушки, уже налитая соком желания. Соски торчали как две темно-коричневых пуговки. Я не удержался и лизнул один из них. Грудь вся покрылась мурашками.
Включив горячую воду, я посадил ее в ванну. Взял в руки мыло и начал медленно намыливать ее тело. Гладил ее длинные тонкие пальцы, ласкал худенькие плечи. Она стояла в ванне, закрыв глаза, и только подрагивала от моих осторожных прикосновений. Когда я добрался до ее бугорка, покрытого легким пушком волос, она выгнулась дугой под моими ласковыми пальцами и, откинув голову, застонала. Я аккуратно, перебирая каждую ее складочку, ласкал ее маленький клитор, не забывая при этом второй рукой гладить, слегка сжимая, ее круглые и такие упругие ягодицы. Еще толком не разглядев ее попочку, только на ощупь, я понял, что это истинное произведение искусства. Она, не в силах стоять, оперлась спиной на стену, выгнув навстречу моим рукам свое тело с такой нежной и гладкой кожей. Пальцы мои стали влажными от сока ее желания. Я завелся как сумасшедший. Совершенно не контролируя себя, я впился жадными губами в ее розовые половые губы, не отдавая себе отчета в происходящем. Язык мой жадно погрузился в горячее, влажное лоно. Я вылизывал ее губы, впитывал в себя ее нектар, чувствуя себя усталым путником в пустыне, прильнувшем к источнику влаги. Она жадно прильнула своим лоном к моему лицу, как бы желая всосать мои губы в себя, я задыхался, изнемогая от желания, глотая ее сок, вкуснее которого я в жизни не пробовал, такой нежно-сладко-терпко-пряно-солоноватый, не похожий ни на что другое. Это могло продолжаться бесконечно долго, но вдруг она оттолкнула меня, совершенно ошалевшего, и сказала: "Пойдем в спальню". Выскочив из ванной, не вытираясь, мы бегом побежали в спальню. Я на ходу сбрасывал с себя жалкие остатки моей одежды. И, наконец, мы упали на кровать, сразу сплетясь телами, наши губы, как после долгой разлуки жадно впились друг в друга. Мы были абсолютно мокрыми не столько от воды, сколько от желания.
И, когда в нашей любовной борьбе я, наконец одержал верх, прижав ее тело к кровати, на секунду повиснув над ней на вытянутых руках, она уже полностью без остатка была во мне, наши души сплелись, взявшись за руки. Я вошел в нее легко, как будто прыгнул с высокой горы, расправив крылья за спиной. Она коротко вскрикнула, прикусив от боли губу, и наши тела забились в ритме любви, как раненые птицы в клетке.
Мы улетели вдвоем. Спустя три года после этого случая. Сняли маленькую квартирку в Париже. Разбирая вещи вечером у камина, я наткнулся на покрывало с той кровати с пятном крови посередине. Тогда в прошлой жизни я еще думал о том, чтобы скрыть следы потери девственности моего единственного счастья в жизни.
Страницы: [ 1 ]
Читать также:»
»
»
»
|
