 |
| |
| | "Где-то через минуту или две клизма тебе будет сделана!". "Ой, так долго ещё терпеть!". "Ничего не поделаешь, что надо, то надо! Ежедневно в мире тысячи таких девушек как ты получают клизму и ничего, все выдерживают, никто от этого не умирает. Гораздо хуже, если постановку клизмы откладывают до тех пор, когда обычная очистительная клизма уже не помогает и приходится делать сифонную клизму или даже опперацию". "Да, я знаю, бывает такое", согласилась Настья, "мне бабушка рассказывала, что у них на селе был случай, когда одна женщина никак не могла покакать, местные врачи ей делали несколько клизм подряд, но все безрезультатно. Тогда её на скорой помощи отвезли в городскую больницу и делали опперацию". "Возможно, у неё был заворот кишек", я рассуждал, "в таких случаях действительно спасти человека может толь ко хирург. А провоцируют заворот как раз хронические запоры". "Ой, надеюсь мне не надо будет опперацию?", испугавшись, застонала Катя. "Я тоже надеюсь, что нет. Хотя, если ты прождалабы ещё пару дней, то наверное ничего другого уже не остовалосьбы", я ответил. | | |
| |
|
| |
| | Полина не впервой оказалась в такой ситуации, когда с обоих сторон её нанизывали. Другое дело - её в вагоне купе положили на стол, дали елдак в рот, а задницу методично сношают пальцем... Она от этого тоже, действительно потекла. Вадим присел на пол, напротив трахающего в попку пальцем его сестру, Артёма. Он припал губами к действительно влажной киске. Семиклашка вздрогнула и взвыла от истомы, подняв обе ноги вверх, как только брат прикоснулся плотно губами к её щелке, и языком медленно вошёл на территорию малых половых губок. | | |
| |
|
| |
| | В участке меня с утра пораньше огорошили. Я должен был немедленно явиться к лейтенанту.
| | |
| |
|
| |
| | Любины пальцы шёлком прошлись по коже, задевая соски, от касаний к которым резко хватало дыхание. Тёплые, мягкоупругие груди прогладили мой торс, вызвав твёрдыми, как камень, сосцами щекотку, не смешливую, но приятную. Вдруг Люба, оторвав свои губы от моих, выпрямилась и оседлала мой живот. Я почувствовал влажность меж её ног. Не успел обдумать сей факт приобщения к самому сокровенному, как она поднялась на бёдрах, рукой подправила член и села на него, протяжно охнув. Мне показалось, что не отдельный орган, а я весь погрузился в скользкую, плотную, тёплую нирвану. Осознал, что наконец-то случилось то, о чём мечтал, о чём вожделел долгое время; как-то банально случилось, но от банальности не обидно, а радостно, и та-а-ак приятно, что: | | |
| |
|
Рассказ №3274 (страница 4)
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Четверг, 21/11/2002
Прочитано раз: 188174 (за неделю: 41)
Рейтинг: 79% (за неделю: 0%)
Цитата: "В городе было несколько высших учебных заведений, много молодежи, поэтому дома терпимости составляли в нем целый квартал: длинную улицу и несколько переулков. Васька был известен во всех домах этого квартала, его имя наводило страх на девиц, и, когда они почему-нибудь ссорились и вздорили с хозяйкой,- хозяйка грозила им:..."
Страницы: [ ] [ ] [ ] [ 4 ]
В этот вечер они не говорили больше. Ночью у Васьки был бред; из широкой груди его вырывался хрип, вой. Васька скрежетал зубами и размахивал в воздухе правой рукой, иногда ударяя ею себя в грудь.
Аксинья проснулась, встала на ноги у постели и долго со страхом смотрела в его лицо. Потом разбудила его.
- Что ты это? Домовой тебя душил, что ли?
- Так, привиделось!.. - слабо сказал Васька.- Дай-ка водицы.
Выпив воды, он помотал головою и объявил:
- Нет, не открою я заведения... лучше торговлей заимусь... А заведения не надо...
- Торговля...- задумчиво сказала Аксинья.- 11-дл... л.точку открыть - это хорошо.
- Пойдешь со мной, что ли? - убедительно и тихо спросил Васька.
- Да ты никак всурьез спрашиваешь? - воскликну Аксинья, отодвигаясь от кровати.
- Аксинья Семеновна! - звенящим голосом сказал Васька, приподняв голову с подушки.- Вот тебе... Н замолчал, взмахнув рукой в воздухе.
- Никуда я с тобой не пойду...- решительно мотая головой, заговорила Аксинья, не дождавшись от него слов. - Никуда!
- Захочу - пойдешь... тихо сказал Васька.
- Ни-икуда не пойду!
- Только - не хочу я так... А ежели захотел бы -пойдешь!..
- Нет уж...
- Да, чёрт! - раздраженно крикнул Васька.--Ведь вот ты со мной канителишься... шевыряешься тут... чего же?
- Это другое дело...- резонно сказала Аксинья.- А чтобы с тобой жить -нет! боюсь я тебя... очень уж ты злодей!
- Эхма! Что ты понимаешь?! - зло воскликнул Васька.- Злодей! Дура ты... Думаешь - злодей, так и всё тут? Думаешь - легко, если злодей? Голос у него оборвался, и Васька помолчал немного, растирая грудь здоровой рукой. Потом тихо, с тоской в голосе и страхом в глазах, снова заговорил:
- Что уж вы... очень? Ну, злодей... так разве весь человек в этом? Чего у меня спрашивали?.. Пойдем, Аксинья Семеяопна!
- И не говори при это! Не пойду...- упорно стояла на своем Аксинья и подозрителыю отодвигалась от него.
Опять оборвался их разговор. В комнату смотрела луна, и от ее света Васькино лицо казалось серым. Он долго лежал молча, то открывая, то закрыиая глаза. Внизу - танцевали, пели, хохота.!
Раздался сочный хран Аксиньи; Васька глубоко вздохнул.
Прошло еще дня дна, н хо.1яика устроила Ваське место и больнице.
Приехал .ча ним больничный фургон с фельдшером и служащим. Ваську осторожно свели сверху в кухню, и там он увидел всех девиц, столпившихся у двери в комнату.
Лицо его перекосилось, однако он ничего не сказал им. Они смотрели на него сурово и серьезно, но по их глазам нельзя было бы определить, что они думают при ииде Васьки. Аксинья с хозяйкой надевали на него пальто, и все в кухне тяжело и хмуро молчали.
- Прощайте! - вдруг сказал Васька, наклонив голову и не глядя на девиц.- Про... прощайте!
Некоторые их них молча поклонились ему, но он не видел этого; а Лида спокойно сказала:
- Прощай, Василий Мироныч...
- Прощайте... да...
Фельдшер и больничный служитель взяли его под мышки и, подняв с лавки, новели к двери. Но он опять поворотился к девицам:
- Прощайте... был я... точно что... Еще два или три голоса сказали ему:
- Прощай, Василий...
- Ничего не поделаешь! - тряхнул он головой, и на лице его явилось что-то удивительно не подходившее к нему.- Прощайте! Христа ради... которые... которым...
- Увозят! Уве-езут его, маво милого...- вдруг дико завыла Аксинья, грохнувшись на лавку.
Васька дрогнул и поднял голову кверху. Глаза у него страшно заблестели; он стоял, внимательно вслушиваясь в этот вой, и дрожащими губами тихо говорил:
- Вот... дура! Вот так ду-ура!
- Идите, идите! - торопился фельдшер, хмуря брови.
- Прощай, Аксинья! Приходи н больницу-то...- громко сказал Васька. А Аксппья всё выла...
- И на-кого и-ты-это-мопя по-оки-икул!.. Девицы окружили ее и смотрели на ее лицо и ни слезы, лившиеся из глаз ее.
А Лида, наклонясь над ней, сурово утешала ей:
- Ну, чего ты, Ксюшка, ревешь-то! Ведь не умер он... Ну, иоидешь к нему... ну, вот завтра и пойди!..
Страницы: [ ] [ ] [ ] [ 4 ]
Читать также:»
»
»
»
|
