 |
 |
 |  | Но, когда я внимательнее присмотрелась, то до меня стало доходить, (как до жирафа) , что это перчик Борьки. Я сидела на корточках и боялась пошевелиться, что бы это маленькое чудо, не исчезло. От любопытства, я наклонилась и стала внимательно рассматривать его перчик. Какие были у меня чувства в то время, я уже не помню, но то, что это было очень интересно и интригующе, я могу подтвердить под "присягой". И тут у меня внутри, накатила первая волна. Я покраснела и поняла, что я теку. Умом я еще не соображала, что происходит, а вот мои внутренние органы, уже отреагировали. Я стала не на шутку заводиться. И тут, я больше рефлекторно, чем сознательно, опять опустила руку на этот волшебный перчик. Я двумя пальчиками взяла его и стала медленно водить вверх и вниз. От моих ласок, Борька стал извиваться и издавать звуки "восторга". |  |  |
| |
 |
 |
 |  | А спустя три года наш невольный просветитель сексуальной жизни - Серегин старший брат Костя, крепкий, высокий, хорошо сложенный парень 25 лет, сам того не ведая, преподал нам еще один, теперь уже наглядный урок того, чего в СССР не было. Как то под вечер теплый, летний вечер, мы с Сережкой слонялись и маялись от ничего не делания и гуляли вдоль заметно обмелевшей речки. Берег речки был крутой, обрывистый, но воды было немного и под маленьким где в два, а где и в метр высотой обрывом, обмелел и отступил, обнажая ровный естественный пляж с серым песком. И вот, под таким полутораметровым, густо заросшим высокой травой обрывчиком, на ровном и гладком песочке, мы и увидели Костю и его подружку. Идя вдоль берега, на изгибе реки, мы заметили их издалека, и с любопытством, сделав большой крюк, осторожно подошли почти к самому краешку маленького обрывчика и легли в густой траве буквально в пяти метрах от пары. Наверное, они уже успели искупаться и теперь лежали на расстеленном покрывале и отдыхали. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Я почувствовал непреодолимое желание поцеловать ее вульву. Я прикоснулся языком к тому месту, где больше всего намокли ее трусики и почувствовал вкус ее смазки на языке - он был нежно соленный, слегка напомнил мне морскую волу. Одним движением я содрал с нее трусики и впился губами и языком в ее щелку. Обычно когда я делаю девушке кунилингус то мой язык с трудом входит во влагалище на половину, но здесь я почувствовал что мой язык целиком проскользнул в нее. С кем, интересно, она занималась сексом все эти два года нашей разлуки, с жеребцом что ли? Я почувствовал как ткани ее влагалища мягко обволакивают мой язык и активно выделяют сок. Я начал делать языком поступательно - вращательные движения и эта соленая смазка ручейком посочилась в меня. Я старался выпить ее как можно больше. Секунд через 20 я почувствовал как мой язык прочно застрял у нее во влагалище и стал ритмично сжиматься - ее влагалище просто запульсировало как маленький вулканчик и все это сопровождалось ее криками страсти, вслед за влагалищем запульсировало ее тело - она испытала оргазм - я зашевелил языком сильнее и в самый кульминационный момент ко мне в рот ее выделения потекли просто рекой! Я старался не пропустить не капельки, старательно все это глотая. Через некоторое время она затихла и мой язык мягко вышел из нее - какое это было удовольствие. Я потом долго чувствовал ее вкус у себя на губах и языке. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Миленхирим подошел вплотную к Александру и посмотрел пронизывающим взглядом голубых горящих астральным светом глаз - А кто вас заставлял лезть туда, куда не следовало простым смертным! - уже повышая тон, сказал ему Миленхирим - Кто проник туда, где ему быть доселе не положено! И он смеет обвинять нас в своей гибели! - Миленхирим не спускал пристального разгневанного взора с Александра - Кто разрешил твоему другу бродить по миру мертвых вплоть до чистилища и быть за это ненаказанным! Это не место для простых прогулок с любыми целями! - Миленхирим видел все и читал мысли Александра, а Алина смотрела теперь на своего Вадика стоящего напротив Александра и до сих пор не верила в то, что это не Вадик. Что кто-то воспользовался его телом и теперь хочет попасть через нее в мир ее любимого Элоима. |  |  |
| |
|
Рассказ №3566 (страница 2)
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Понедельник, 24/02/2003
Прочитано раз: 45675 (за неделю: 16)
Рейтинг: 89% (за неделю: 0%)
Цитата: "И пошло поехало. Мои руки заново знакомились с моим телом. Они гладили, Щипали, ласкали его. Меня затягивало, в омут, в пучину грехопадения. Бабушка почему ты не говорила, что грехопадение это когда паришь падая в Ниагару. Я падаю, значит, я уже падшая женщина! Как хорошо падать и падать. Только одну руку надо на сисочку, а другую... Здравствуйте мистер Боб. О-о-оо!..."
Страницы: [ ] [ 2 ]
Сходила в школу. Все уроки - одна физра, два часа. И эти кобылы бегали, задирая ноги, трико в обтяжку, телеса наружу. Кедами шлеп, шлеп. Противно.
Даже пацаны на наших телок не глазели. Физрук отправил их гонять в футбол, а всех телок выгнал на стадион, сдавать нормативы по бегам. Умора. Бегают и пыхтят, как загнанные лошади. Я свое пробежала, и домой. Скука.
И к чему бы эти противные губы снились. Бабку бы сюда. Она все сны знает. Что к дождю, чего к разлуке, что к радости...
Так расстроилась, что взяла и везде, в доме, полы помыла. Даже у папки на его чердаке. Дома - пусто. Папка опять в своей долбаной командировке. Мамка отвалила к сестре, и заодно бабку проведать.
Девчонки на меня дуются, такая хата пустует. Им что, танцульки, вечеринки. Танцы, шманцы, обжиманцы. Бабка, в таких случаях, грозит- "девка нельзя из квартиры вертеп делать". А я и не делаю.
Девчонки дуются...
Маманя всегда сама не своя, когда папка уезжает в командировки.
Он шутит, "я на симпозиум", "я на конгресс". И пока его месячные семинары тянутся, мамка не может без света спать. Сядет на кровать, коленки подожмет, обхватит их руками. Как маленькая старушка....
Его командировки это табу. О них нельзя спрашивать, они непонятно когда кончаются. Мамка оживает только тогда, когда скрипнет калитка и в нее крадучись, войдет папка. Но она всегда слышит. Даже зимой, через двойные рамы. И всегда успевает до того, как он дойдет до ступенек крыльца, выскочить из дома и броситься ему на шею.
Однажды я смазала, петли калитки. Чтобы не скрипели. Она это поняла, и был такой скандал с истерикой! Совсем по другому поводу. Я думала, что она перебьет всю посуду и разгромит дом. Но обошлось.
С тех пор скамейка скрипит исправно. И папка возвращается. Усталый и виноватый.
Я люблю слушать музыку. Танцевать само собой. Но когда одна - люблю слушать. От диско я балдею. От классики - плачу. Наверно у меня на чердаке не все в порядке. Или просто перемешалось. Нормальные девчонки готовы описаться, слушая Аббу или что нибудь такое. А на остальных смотрят, как на придурков. А мне нравится все. Только по настроению.
А началось, все классе в шестом, со "Щелкунчика". Такой классный мультик по телику. И музыка! У мультиков не бывает такой классной музыки. Я тут же побежала в культтовары и купила все, что там было "от Петра Ильича". Продавщица пялилась на меня как на ненормальную, когда заворачивала "Пиковую даму", "Лебединое озеро" и моего любимого Щелкунчика. Три пыльных - пыльных пакета, а в них по три пластинки.
Папка только крякнул, когда увидел меня с этими выцветшими от долгого стояния на витрине конвертами. А через месяц купил стерео проигрыватель. С наушниками, чтобы я не ставила на уши весь дом, под настроение... Примерно полгода длилась моя классикомания, а потом я почти ничего не покупала.
А тот мультик, никто из нашего класса не видел. Я и сама их почти не смотрю - дитячьи забавы...
Когда мне совсем плохо, как сегодня, я ставлю Свиридова. Сижу перед открытой дверцей печки, в которой извивается огонь, и в моей душе бушует метель. От этой музыки по коже бегут зябкие мурашки, и я плачу, не вытирая слез, дома никого. Мне почему-то так жалко себя и одиноко. Этот пасмурный день, похожий на сумерки. Эта раскисшая под дождем деревня. Эти нахохленные люди в ватниках и резиновых сапогах, бредущие неведомо куда. И ничего у меня в жизни не будет кроме этой деревни и этих ватников. Дождь сыпится вперемежку со снегом, и даже злой утренний ветер к обеду совсем скис.
И скамейка скрипнула. Тихонько и печально. Ветер...
Только ноги все равно понесли к дверям...
Папка!!!
Папка, миленький! Как здорово, что командировка, так быстро кончилась. Я висела у него на шее и целовала холодные щеки. Черненький ты мой, смугленький папка!
Однажды я слышала, как бабуля, качая маленького племянника, пела колыбельную:
-... трата-та, трата-та.
Вышла кошка за кота.
Думала за барина,
А вышла за... болгарина.
Она заметила, что рядом я и, не подавая вида, продолжила.
- За кота котовича,
За Петра Петровича...
Да, папка у меня болгарин. И поэтому очень смуглый. И красивый!
Я узнала об этом совершенно случайно, что он болгарин. Как маленькая Светлана Аллилуева. Которая, под большим секретом, как то сообщила братцу Василию, что папа то у них оказывается - грузин!
Так вот мой - болгарин.
Не знаю, только ли за это бабуля не жаловала зятя. Не то чтобы считала его никчемным человеком. Нет, она очень даже его уважала, и, по-моему, даже немного побаивалась. Это после того как...
Конечно глупости, но я расскажу.
Бабуля стояла в огороде и громогласно взывала - "Миша-а"! Зачем ей понадобился зять, история теперь умалчивает. Уж ей то было доподлинно известно, что в этот час зять "сидит на чердаке" и занимается утренней гимнастикой, времяпровождением, с точки зрения деревенского человека, совершенно бессмысленным.
Так вот, зять совершенно спокойно и само собой бесшумно выпрыгивает из чердачного окна, с высоты четырех метров и, подойдя со спины, деловито говорит
- Да мама...
Немая сцена усугубилась еще и тем, что теща напрочь, забыла, зачем ей был нужен зять.
Если честно, то они живут душа в душу. Только бабка за глаза все-таки иногда говорит - "...не партия, ох не партия...". Не совсем понятно, но с чувством.
Папка вернулся! Для нас с мамулей - такой праздник! Лучше чем Первое мая и даже Новый год!
Вернулся!
Он никогда не привозил особенных подарков, разве что "горячо любимой теще". Так, продукты разные и что ни будь вкусненькое... Но мы были рады неимоверно. Особенно мама, она сразу молодела, превращалась в юную глупенькую девочку и словно не могла наглядеться на своего суженого. А вместе с ней и я воспринимала это как самый большой праздник.
Иногда он возвращался усталый, измотанный и неразговорчивый. Маленькая я даже думала, что эти семинары и сим... симпозимы, большие вагоны, которые папка разгружает, где то на краю земли. Или галеры с громадными веслами, которые ворочают папка с товарищами. Это после того как мы проходили в школе древнюю историю
Но все равно это был всем праздникам праздник!
Только сегодня мой смугленький папка лицом был черен. В смысле не как негр, а изнутри что ли. Механически похлопал меня по попке.
-Привет, привет доча...
И даже не поинтересовался где мамка.
Захожу в комнату а он так и сидит на стуле посреди комнаты оперся локтями в колени, голову свесил.
Чего тут с вопросами лезть. Я взвилась и баню топить обед готовить.
Забегу, а он все сидит...
Правда, молока выпил, и в баню...
Страницы: [ ] [ 2 ]
Читать также:»
»
»
»
|