 |
| |
| | Мать Кости, встала попой к стене, задрала платье, спустила свои колготки вместе с простыми кремовыми трусами, отставила жопу назад и наклонилась, не присаживаясь, пустила струю, которая у неё почему-то лилась немного назад и поливала нижнюю часть стены магазина. Ее жопа была поистине огромного размера, и мой хуй встал колом. Я приоткрыл дверь и выглянул из-за неё, но тётя Люда тут же заметила мои движения, повернулась в мою сторону иулыбнувшись, выдала: | | |
| |
|
| |
| | Ладони мои тянутся к твоим грудям, охватывают их снизу, как бы поддерживая. Они, вообще-то, не нуждаются в поддержке, и без того задорно вздымают розовые носики сосков, но так приятно ощущать их в ладонях - тяжёлые, тёплые, мягко-упругие... Я охватываю их плотнее, чуть приподнимаю, большими пальцами глажу от ложбинки к соскам, осторожно сдавливаю. Твоё дыхание прерывается, я чувствую как в глубине, под мягким, женским, на-прягаются мышцы. Ты мотаешь головой, раскрываешь рот и с низким грудным не то стоном, не то криком устремляешься вперёд, раздвигая в стороны мои руки. Я откидываюсь назад, не могу удержать равновесия и перекатываюсь дальше, на спину, а ты падаешь на меня. Я громко, как-то восторженно выдыхаю, чувствуя тебя всю, целиком в моих руках. Ты полно-стью опускаешься, распластываешься на мне, твои груди так мягко и так сладко прижимают-ся к моему лицу, что я просто тону в них, я не понимаю, как мы лежим, где чьи руки и ноги, у меня голова кружится в самом прямом смысле - вот уж чего никогда не было. Прямо возле уха я слышу твоё сердце, слышу дыхание не снаружи, а внутри тебя, чувствую тепло и что-то ещё, помимо тепла. Твой правый сосок оказывается возле моих губ, и я целую его, обни-мая языком, ощупывая малейшие неровности. Ты снова стонешь, тем же глубоким голосом, от которого где-то в груди возникает горячая волна и хочется с каким-то диким боевым кли-чем схватить тебя и брать, брать раз за разом, незатейливо и яро. Но твоя талия, такая тонкая после груди, ямочка над приспустившейся резинкой трусиков, твоя грудь под моими губами - требуют совсем иного обращения, и ярость каким-то странным образом превращается в нежность, такую же выплёскивающую через край, без рассудка и границ, и я целую тебя в грудь и шею, глажу руками, прижимаю к себе ещё плотнее, чем прижимает тяжесть твоего тела, оказавшаяся неожиданно лёгкой... | | |
| |
|
| |
| | Единственное, чего она моим ребяткам не позволяла, так это трахать ее одновременно двумя большими членами в ее нижние отверстия. Причем это вплоть до ультиматума, не дам и все. Поэтому я был всегда снизу. | | |
| |
|
| |
| | Практически на всём её протяжении Шантажист не выходил на связь с Фэйли и даже не оставлял для неё новых Заданий, что позволило юной школьнице постепенно прийти в себя и даже чуть позабыть о произошедшем - хотя и помня о нём, но созерцая его будто сквозь лёгкую дымку, как туманный сон, пугающий, но зыбкий и в чём-то даже возбуждающий. На краю её сознания мелькнула даже надежда, что эпопея эта теперь окончена навсегда, - могло же ведь с Шантажистом что-нибудь произойти? Мог же ведь он попасть под автомобиль или чем-нибудь заболеть? | | |
| |
|
Рассказ №4077
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Четверг, 15/05/2025
Прочитано раз: 19331 (за неделю: 6)
Рейтинг: 88% (за неделю: 0%)
Цитата: "Записки вуайера
..."
Страницы: [ 1 ]
Записки вуайера
Осторожная селянка
Стелит коврик свой меж трав,
Но пристреляна полянка
Для оптических забав.
Загорать нагою стыдно
Юной деве даже здесь,
Плоть стыдливую настигнет
Вуайера цепкий "цейс".
Вот пугливо обернулась:
Нету! нету никого!
И тихонечко коснулась
Петель платья своего...
Сейчас охотнику подарит
Миг удачи, счастья блиц,
Трепет нежных полушарий,
Блеск упругих ягодиц.
Стоя лифчик не снимают
Девы русских деревень,
Осторожно приседает,
Как бы спрятавшись за пень.
Ни за что не смогут люди
Оценить момента прелесть:
Две румяных, полных груди
Я узрел под ветра шелест.
На живот легла девица.
Ленту с попки приспустила,
И роскошных ягодиц
Формы дерзкие открыла.
Так лежит минут пятнадцать,
Но июль вращает тело!
Над собой поиздеваться
Дева резко захотела.
Мазь из тюбика в ладони
Давит дева неумело,
Плечи трет, живот и груди -
А потом лобок несмело.
Трет лобок, движенья чаще,
И на клитор давит пальчик,
Солнца луч из дикой чащи
На пизду бросает зайчик...
Ничего не чует дева,
Все исступленней движенья,
И колышет листья древа
Стон звериный наслажденья...
Онемела. Полежала.
В немоте свела колени,
С твердой хладностью кинжала
Стынут рядом свет и тени.
Так лежит селянка кучей...
Вниз слезаю - ловок, скор.
После сцены столь гремучей
"Цейс" свой тряпочкой протер.
Страницы: [ 1 ]
Читать также:»
»
»
»
|
