 |
| |
| | "Так, хорошо!", проворчала Зина, смотря, как шланг клизмы повис в воздухе, а его наконечник начал болтатся несколько сантиметров над полом, "пожалуй, хватит длинны, чтобы достать мне до попы!". Затем баба расстегнула пояс, задрало платье вверх, а трусики спустила вниз до колен, оголив перед мальчиком свою белую, круглую попу. "Я встану на четвереньки, а ты, Женечка, засунешь мне в сракочку наконечник и затем откроешь кран на шланге, понятно?"."Да, понятно!", полушепотом ответил Женя. Сердце у него билось в таком бешенном ритме, что казалось, вот-вот выскочит из груди. Баба, крехтя и пыхтя, встала на четвереньки, голову опустила вниз, а зад подняла вверх. Внук подошёл к ней, взял в правую руку наконечник клизмы, а левой рукой неуверенно раздвинул ягодицы бабы. Он увидел черную дырочку меж ягодиц, вставил туда наконечник клизмы и одним махом всадил его до упора. "Ой!", воскликнула баба Зина."Что, больно? Я что-то не так сделал?", испуганно спросил Женя."Всё нормально, внучек, открывай кран! У меня наверное от постоянного тужения там оброзовалась трещина, потому немножко больно было, когда ты засовывал мне в дырку наконечник", пояснила бабушка. Женя открыл кран, но вода почему-то не стало поступать в кишечник бабы Зины, как того следовало ожидать."Гм...странно!", проворчала баба, "что мы не так сделали? А, понятно, надо было выпустить воздух из шланга, мы об этом забыли, вернее я забыла!", сокрушалась Зина."Ничего, Женечка, вынимай осторожно наконечник и, как только из него появится вода, засовывай обратно мне в дырочку! Ясно?"."Ясно!", ответил Женя. Он медленно выволок наконечник из попы бабы.Вода фыркнула на пол. "Прикрой шланг пальцем...и засосывай опять мне в сраку!", приказала баба Зина. Мальчик молненостно выполнил команду."Отлично!", сказала баба Зина, почувствовав, что в кишечник начинает втекать вода, "ты молодец, Женя, из тебя могбы получится отличный санитар в больнице!". Внук покраснел и не знал, что на это ответить. Пару минут прошли в молчание, был слышем лишь шум урчащей воды, текущей по шлангу из клизмы в попу бабы и тихонькое сопение бабуси. Вдруг она застонала и, сказав внуку: "Женечка, закрой пока кран!", начала усиленно дышать через рот. | | |
| |
|
| |
| | Вдруг он почти молниеносно сполз по моему телу вниз и оказался на коленях, держа только мои ладони, опустив голову и прося быть его. Я опустилась напротив него на колени, продолжала целовать его, шептать что-то ласковое, успокаивать, но он казалось, не хотел ни на что реагировать, его колотило. Я пыталась объяснить, что не могу так сразу (наверное, намекая на то, что после первого поцелуя должно пройти сколько-нибудь дней, коль уж не недель). В общем, когда я сказала "Да", он крепко обнял меня, поднял на руки и отнес в машину, сел за руль, и привез к себе домой. Мы вошли в квартиру, я остановилась в нерешительности, первой мыслью было..."А не уйти ли сейчас и срочно?!" Но он подошел вплотную, прижался всем телом, и мне захотелось только одного - растворится в этом тепле и нежности. Даже не помню, как оказалась на кровати в спальне, как он ласково постепенно раздел меня. Первая близость была сумасшедшая, один оргазм сменялся другим, более сильным и ярким, я перестала себя контролировать, потерялась во времени и пространстве, не могла понять, где край кровати, с какой стороны окно, где потолок, а где пол. Казалось, под самой кожей текут струйки блаженства, выплескиваясь с кончиков пальцев. Казалось, голова лопнет, от нахлынувшей волны блаженства, а волна вдруг отступала, пробегая по всему телу к самым ступням, и возвращалась обратно. Даже не знаю, двигалась я или просто лежала, парила ли над кроватью, или летала среди звезд...Очнулась я на мягком, слегка влажном от пота, Володином плече, он нежно перебирал мои волосы, что-то тихо шепча. Я посмотрела в его глаза, а он ясно прошептал..."Если б я знал, что ты такая, то не потерял бы три года ... Я улыбнулась..."Это значит, тебе понравилось?" Он прижал меня к себе и прошептал..."Королева, выходи за меня замуж" Через месяц, как положено после подачи заявления, он подъехал к моему дому на своем джипе, и мы поехали жениться. Расписали нас минут за пятнадцать без лишней помпезности и условностей. По пути в ресторан он заскочил в цветочный магазин и вышел оттуда с горшком, в котором пушистились два кактуса, украшенные всякими рюшечками и ленточками..."Я знаю, как ты относишься к розам, но я не могу оставить тебя без букета..." | | |
| |
|
| |
| | Михаил начал осознавать иезуитский план Яны: она соберёт на него компромат за его же деньги, используя его же наручники, и всю оставшуюся жизнь он не сможет быть уверен, что компромат не всплывёт... Внизу живота Михаила похолодело. И он жалобно посмотрел на Марину снизу вверх. Та как ни в чем не бывало, настраивала что-то в фотоаппарате, ничуть не беспокоясь, что скоро навсегда испортит жизнь перспективному молодому человеку из столицы. | | |
| |
|
| |
| | В это время осторожная рука ложиться мне на коленку и начинает поглаживать ногу по ткани чулка. Инстинктивно раздвигаю ноги, приглашая внутрь, чем рука не замедлила воспользоваться. Она ласкает внутреннюю поверхность бедер, забираясь под пплатье и касаясь обнаженного участка моего тела. | | |
| |
|
Рассказ №4234
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Воскресенье, 03/08/2003
Прочитано раз: 21493 (за неделю: 7)
Рейтинг: 88% (за неделю: 0%)
Цитата: "Её ноги разведены в стороны, ещё десять минут промедления и она оканчательно потеряет рассудок. Бедная моя, холодная женщина. Накрыв её, хрупкую на вид, фигуру своим телом, рукой помогаю себе найти вход в неё. Вот уже стенки влагалища слегка деформируются под напором инородного тела и жадно заглатывают мой орган. Даже внутри она холодная, я уже почти привык к этому. Мы начинаем двигаться в такт. Какая невероятная нега, и в ту же секунду её сменяет волна боли...."
Страницы: [ 1 ]
За окном шумел ночной летний дождь, чашка с кофе, наполовину пустая, давно уже остыла. Старинные часы замерли на стене в тщетном ожидании того момента, когда их наконец заведут...
И в этот поздний час, входная дверь практически бесшумно отворилась, на пороге я увидел её. Чёрные, как сама ночь, длинные волосы, мокрые от дождя; вымокшее насквозь, и без того прозрачное, тонкое чёрное платье, позволяющее разглядеть каждую чёрточку её, возможно даже не человечески стройного, тела; каждая деталь делала её нездорово притягательной. Сейчас, когда эту девушку вырывал из мрака лишь приглушённый свет торшера, кожа её, и без того бледная, казалась совсем белой, словно не скрывала она под своим бархатным, полупрозрачным покровом сумасшедшую, быструю кровь. Ах, если-бы я не знал кто она, если-бы прошлое не прятало в своих складках моё обладание этим хрупким, ломким и невыносимо сладким телом. Как знать, может сейчас я-бы не смог так сдерживать свою животную страсть, которую эта черноокая дрянь с лёгкостью разжигала в любом нормальном мужчине. Я молчал. Так и стоял неподвижно, не в силах оторваться от вида её небольших акуратных грудей закрытых лишь прозрачной намокшей тканью, от красивого плоского животика, от одновременно притягивающего и отталкивающего чёрного треугольника волос на лобке. Похоже, сегодня нижнее бельё показалось ей слишком скучным и ненужным аксессуаром.
Мы молчали и не двигались. Наконец она стала приближаться ко мне, мягко ступая по поверхности ковра. За окном блеснула молния и на миг ярко осветила её лицо, необыкновенно красивое, нежное и в то же время пугающее своей скрытой силой разрушения, готовой прорваться наружу в любой момент и стереть всё с лица земли. Её необычное лицо, с одной стороны чем-то похожее на детское личико, а с другой, на суровый лик какой-нибудь богини правосудия. Оно тянуло к себе чёрными блестящими глазами-безднами и бледными, чуть розовыми губами, созданными будто лишь для .последнего поцелуя.. Сейчас эти губы поравнялись с моими, теперь их разделяли считанные сантиметры. Я не мог проявить инициативу, не мог отстраниться, я просто принимал каждое её движение как судьбу. Ещё немного и вот я уже ощущаю такую желанную и волнующую влагу её губ своими пересохшими губами. Она целует меня, сначало скромно, едва касаясь моих губ, затем, более настойчиво, как-бы вынуждая меня на ответные движения. Она чувствует, что чужие кромки рта не в состоянии уже поддерживать свою статичность, что они уже разгораются изнутри, приводя за собой в возбуждение и всю остальную нервную систему. Её ледяные губы торжествуют, они открывают проход для её острого язычка, начиная дикий необузданный танец этих бескостных органов. Теперь и она на какое-то время теряет контроль над собой и слегка надкусывает мою нижнюю губу. Кровь. Языки, ласкающие друг-друга начинают ощущать её солоноватый привкус. Мы целуемся и на наших губах моя кровь. Как же эта девушка тонка и холодна, даже страшно обнимать такую, прижамать её к себе...
Мои руки легли на её талию. Тело её было очень прохладным, впрочем, я не разу не видел её хоть немного тёплой. Мы стояли и ласкали друг друга руками. Её ледяные пальцы гладили мою спину, вычерчивали на ней хаотические узоры. Дыхание моё стало порывистым и чётко различимым на слух, она же была пока абсолютно неслышима.
Я взял её почти невесомое тело на руки и понёс в спальню, при этом за мной оставался след, образованый тонкой струйкой дождевой воды стекающей с её мокрого платья. Теперь мои движения стали более несдержанными и нетерпеливыми. Я положил девушку на кровать и начал буквально сдирать с неё одежду. Вот, наконец, она лежит передо мной абсолютно обнажённая. Сдвинутые ноги пока не дают увидеть её губ, но вот и её икры оказываются в моих руках. Я развожу её стройные ножки в стороны и открываю своему взору её половой орган. Уже сейчас можно почувствовать запах, который источает этот её бледный бутон наслаждений. Я уже знаю, она не любит когда ей ласкают грудь или вообще задерживаются в местах располагающихся выше пупочка, поэтому начинаю сразу с больших половых губ. С наслаждением вылизываю каждую её складочку, язык мёрзнет. Иногда, наверное когда я делаю резкое движение языком, её тело выгибается дугой и тут же вновь опускается на кровать. Наконец, я добираюсь до клитора. Начинаю играть с ним, дразнить этот нервный узел резкими кратковременными ласками. Девушка начинает тихонечко стонать, словно боясь разбудить кого-то. По звукам издаваемым ею можно догадаться о том, что она нарочно сдерживает рвущийся наружу крик. Клитор просто ледяной.
Иногда приходится убирать язык обратно в рот, что-бы хоть немного отогреть его. Я заканчиваю играть и начинаю агрессивно стимулировать её ягодку не только языком, но и пальцами. Тут она начинает визжать. Визжать громко, словно в исступлений, всё равно что больная. Впервые за всё это время вспоминаю об окружающем мире, как-бы соседи не повскакивали, я ведь даже дверь входную не закрыл. Впрочем, похоже сегодня снова всё обошлось...
Вот, её тонкое тело извивается змеёй. Чертовски приятно доставлять удовольствие этой девушке, с ней целиком забываешь о себе, о своих собственных желаниях отдавая себя в удовлетворение её холодной жажды близости. Девушка приподнимается и отстраняет моё лицо от своего влагалища. Теперь она начинает раздевать меня. Холодные ладони касаются кожи, принося вместе с прохладой и приятные ощущения. И вот мы, освободившись от одежды, сидим друг напротив друга на одной большой кровати. Я вглядываюсь в её глаза, устремлённые на меня и знаю, что сейчас, впрочем, как и всегда, будет не только приятно...
Её ноги разведены в стороны, ещё десять минут промедления и она оканчательно потеряет рассудок. Бедная моя, холодная женщина. Накрыв её, хрупкую на вид, фигуру своим телом, рукой помогаю себе найти вход в неё. Вот уже стенки влагалища слегка деформируются под напором инородного тела и жадно заглатывают мой орган. Даже внутри она холодная, я уже почти привык к этому. Мы начинаем двигаться в такт. Какая невероятная нега, и в ту же секунду её сменяет волна боли.
Боль захватывает всё моё тело, а затем снова отступает, для того чтобы дать почувствовать каждой клеточке моего организма невыносимое наслаждение. Эти резкие контрасты буквально сводят меня с ума, в голове звенит какая-то какофония, а девушка орёт, извивается подо мной, двигается навстречу. Каждое движение внутри неё приносит боль. Иногда приходится делать короткие перерывы, чтобы хоть немного согреться. В это время девушка мастурбирует, чтобы не сбить поднявшуюся волну. Иногда зрелище того, как она играет со своими малыми половыми губками, с клитором, завораживает меня так, что я забываю, какова моя роль. Она же, заметив как мои глаза становятся стеклянными, хватает меня за член и снова тащит на себя. Ну вот, скорее всего сменим позицию и продолжим поддерживать этот ураган боли и наслаждения...
Нет, это вовсе не мазохизм. Я решительно не испытываю никакого удовольствия от боли. Меня просто неестественно тянет к ней. Не к обычной, глуповатой, тёплой девушке, а к этой стройной .статуе противоречий.. Она приходит, вот так просто и мгновенно пленяет моё тело. Изначально . она так далека от самого термина .секс., но одновременно и так близка, возможно лишь для меня. - Смерть, во сколько уходишь? . спросил я девушку.
- Не знаю, часа два ещё есть, - задумчиво протянула она, вяло выпуская изо рта сигаретный дым. Смерть всегда курила после секса эти длинные, пахнущие полевыми цветами, сигареты.
- Ты хочешь ещё?
- Может быть.... Тебе было очень больно?
- Нет, - соврал я. Она это заметила.
- Ты же понимаешь, иначе быть не может.
Да, её зовут Смерть, впервые я увидел её на вечеринке у Каина. Жизнь моя совсем запуталась, но кто знает, что есть сама жизнь? Может это лишь игра? Игра в боль и наслаждение. Игра со смертью...
Страницы: [ 1 ]
Читать также:»
»
»
»
|
