 |
 |
 |  | Настасья покорно обхватила головку члена губами и начала её сосать. Евсей начал двигать бедрами, проникая все глубже и глубже в рот, а затем в горло своей новой полюбовницы. Настасья уже поперхнулась раз, два. Но тут Евсей захрипел: "Глотай!!!" , и вогнал член на полную глубину: С тех пор, у них с Анастасией так и повелось. И называли это они: "Дать сахарку". |  |  |
| |
 |
 |
 |  | У Сержа наконец снова встал, он подошел к нам и прервав наше семейное развлечение повалил на диван и прорвался в меня. Боже, как он хорош! Он трахал меня, и я поняла, что готова отдаться ему навсегда, когда он захочет, стерпеть любые унижения, лишь бы этот член хоть изредка навещал мою пещерку. Я страстно целовала его лица, шею, ухо и все что попадалось. Когда он немного менял позу я добралась до его соска и вцепилась в него губами, и не удержавшись укусила. За это он так двинул во мне членом, что меня пронзила острая боль, а его поршень, казалось, вошел в матку. Мой Бог ударил меня по лицу, но его член был во мне, и я благодарно прижалась к нему. Можешь ебать меня как хочешь, хоть цепью стегай, только будь во мне! |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Ольга обожала секс, в любом виде и в любой количестве. Поступив в институт, она легко манипулировала многими мужчинами, одни из которых целовали ей ноги и умоляли оттрахать их страпоном, а с другими был животный секс, где Ольга чаще всего изображала невинную японскую школьницу, которую насиловал грубый любовник. Открыла для себя Ольга и секс с женщинами. Она быстро поняла, что секс - слабое место практически каждого, и нужно лишь подобрать ключик к этому запретному месту, а дальше человек становился ее послушной игрушкой. К концу обучения в Институте множество любовников и любовниц, большинство из которых были послушными рабами и рабынями Ольги, позволили ей жить легко и беззаботно. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Если на стояк ещё можно забить, то зуд и невозможность почесаться, буквально выводили меня из себя. Я выпятил зад, так, что чуть не упёрся ей в пах Содику, ягодицы разошлись и их уже не нужно было держать. Так и стоял с голой жопой и сверкая шоколадным глазом, едва сдерживаясь, чтобы не почесаться. В этот момент он коснулся пальцем центра и я не ощущая сопротивления, круговыми движениями начал его вкручивать внутрь. А я даже глаза зажмурил от удовольствия и начал елозить на нём, двигая тазом. Но он всё равно делал это неправильно. Поэтому я не выдержал и начал сам тереть очко ладонью. Я закрыл глаза, запрокинул голову и открыл рот от удовольствия. Успокоившись, я уже собирался слезать со стула, как почувствовал, что, что-то упирается мне в зад. Я оглянулся и увидел, как таджик с расстегнутой ширинкой держит стоячий член, намереваясь мне присунуть. |  |  |
| |
|
Рассказ №4371
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Вторник, 05/03/2024
Прочитано раз: 46721 (за неделю: 18)
Рейтинг: 83% (за неделю: 0%)
Цитата: "Саша удивился, но стал старательно тужиться. В этот момент палец доктора мгновенно проник в его прямую кишку. Почувствовав это, Саша опять сжался и подался тазом вперед, одновременно и выталкивая настойчивый палец, и пытаясь сползти с него. Однако доктор крепко придерживал его за плечи, продолжая смазывать внутренности...."
Страницы: [ 1 ] [ ]
"Никогда. Больше никогда. Никогда больше не буду какать" .
Мысли путались, съеживались, уступая все больше места во всем теле боли. От боли хотелось замереть и не двигаться, она заполняла все тело - и вместе с тем казалось, что все тело уменьшилось, исчезло - остался только маленький участок прямой кишки, разрываемый болью от проходившего через него огромного куска кала.
"Больше никогда на свете я такого не перенесу. Лучше совсем не какать. Чем это терпеть. Я и не смогу терпеть. Я сейчас умру".
Казалось, весь внешний мир перестал существовать, ничего не было слышно, ничего не видно - так вслушивался Саша в происходящее в его организме, всматривался - ему казалось, что он видит себя изнутри - в то, что происходило сейчас там, внизу. Время остановилось, точнее, казалось бесконечным. С того момента, когда он почувствовал, как что-то зашевелилось, закопошилось в нем, призывая его отправиться в туалет, прошло только около получаса, но ему казалось - это вечность. Он ведь еще не сразу понял, о чем пытается сообщить ему этим неясным неудобством его организм- привычный к запорам и слабительным, Саша давно уже не ходил в туалет сам и не очень помнил ощущения позыва. Однако сегодня что-то произошло - и хотя он всего четыре дня назад принимал слабительное и какал - пусть не так много, как хотелось бы, но все же некоторое количество плотных маленьких комочков ему удалось тогда выжать из себя - хотя прошло всего (для Саши - всего!) четыре дня, Саша совсем не ожидал необходимости идти в туалет сегодня.
Пожалуй, завтра или даже послезавтра он бы выпил слабительного и спокойно сходил в туалет. Однако что-то произошло с его организмом, и сегодня вдруг он ощутил позыв. В первый момент он даже попытался сдержаться, однако желание становилось все сильнее, и он отправился в туалет. Там он сел - и понял, что желание еще не есть осуществление, что то, что это желание вызывает, находится еще весьма глубоко в его кишках. Поэтому ему пришлось довольно долго массировать живот, напрягаться и тужиться, постепенно проталкивая кал все ниже и ниже. Однако чем ближе к заднему проходу он продвигался, тем больнее становилось внутри. И вот сейчас, когда кусок кала, по ощущениям имевший сантиметров десять в диаметре, близок уже был к Сашиному анальному отверстию - хотя и не достиг еще его - боль стала уже невыносимой.
Наконец кал подступил к заднему проходу, и Саша стал усиленно тужиться, выдавливая его из себя. Казалось, кусок кала разрывал его. Силы кончились, и Саша расслабился, откинувшись на унитазе. Струйка пота, выступившего от напряжения, стекла по виску. Саша решил, что больше этой пытки ему не вынести, и пора прекратить это бесполезное занятие - однако при попытке встать и сомкнуть анус он почувствовал, что это невозможно - кажется, огромный мяч застрял в самом заднем проходе, не давая ему закрыться. Но и это еще не все - к своему огромному удивлению, Саша почувствовал, как начинает напрягаться его член, как будто потуги проталкивали не только кал по его кишке, но и кровь в его поднявшийся подрагивающий жезл.
Передохнув и поняв, что другого выхода нет, Саша собрался с силами и снова стал тужиться. Каждое длительное усилие, сопровождаемое кряхтением и стоном, продвигало его ношу лишь на миллиметр. Прошло, наверное, еще полчаса, пока ему удалось выдавить из себя хоть что-то - теперь он мог потрогать это что-то пальцами и убедиться, что кусок кала, торчащий из его попы, действительно огромного размера, твердый и сухой. Саша попытался ухватиться за него пальцами и вынуть. Ему это частично удалось, однако оказалось, что если этот способ опорожнения и не требует сильного натуживания, то для заднего прохода он еще больнее. Все же ему удалось вытащить кусок кала еще немного, после чего - с передыхами и из последних сил - предчувствуя, что конец уже близок - он потужился, долго и сильно, еще четыре или пять раз. Во время последнего усилия он почувствовал, как что-то внутри него напряглось уже без его воли, и рефлекторное сокращение вытолкнуло наконец ужасный кусок в унитаз. Взглянув вниз, он увидел черный цилиндр, напомнивший почему-то батон докторской колбасы - только короткий. Окончание долгого и мучительного процесса наполнило все его тело блаженством, эрекция к этому моменту была уже такой сильной, что нескольких движений рукой хватило Саше, чтобы бурно излиться себе на живот.
Заполняя карточку, врач подозрительно посматривал на Сашино лицо, покрывшееся прыщами после вчерашних мучений в туалете.
- Запорами не страдаете?
- Нет.
- А поносами?
- Нет, что вы.
- Ммм: Странно: И стул каждый день?
- Ну не каждый: - Саша пришел к врачу совсем по другому поводу - просто нужна была справка - и этот интерес к его интимным подробностям казался ему странным и излишним. Врать не хотелось, однако и рассказывать правду было как-то неудобно.
- Ну дня через три, четыре:
- Три-четыре!!! - Глаза врача округлились, он даже забыл про то, что надо писать в карточке. - Три-четыре - и вы говорите, что у вас нет запора?! А что, сами в туалет ходите, или как?
- Ну: В общем: Слабительное пью.
- И помогает? Всегда?
- Да нет, не всегда, но чаще всего. А если не получается - на следующий день какое-нибудь другое пью.
- И давно вы так живете?
- Да всегда: - Саша понял, что врач не отстанет, пока не выведает все подробности его жизни, и решил рассказать все сам, чтобы быстрее освободиться. - То есть когда маленький был - не помню, а лет в двенадцать меня мама из туалета не выпускала, пока не: покакаю. Я там сидел, потом сбегал. А по субботам она мне давала таблетку, и в воскресенье я спокойно какал.
- То есть раз в неделю?
- Наверное. Сейчас уже не помню. Но мне кажется, что все остальные дни я там сидел просто так, безрезультатно.
- Понятно. А потом, сейчас?
- А сейчас я один живу, слава богу, никто за мной не следит - когда чувствую, что давно не опорожнялся, пью таблетку на ночь и утром иду в туалет.
- Легко опорожняетесь?
- Ну: - Саше вдруг вспомнился вчерашний кошмар. - По-разному. Иногда почти само выходит, а иногда тужиться приходится. - Подробность описания вдруг заставила Сашиного дружка ожить и зашевелиться в штанах.
- Сегодня сильно тужились?
- Вчера.
- Удачно?
- Да как вам сказать: Нет, конечно, все удалось, но до сих пор немного болит. - "Немного" было сильным преуменьшением. Боль в анусе со вчерашнего дня так и не прошла, и Саша ощущал ее при каждом шаге.
- Давайте посмотрим. Снимите брюки и трусы и встаньте на кушетку на колени. - Врач кивнул на стоящие у стены кушетку и стул, а сам пошел к раковине, мыть руки и одевать резиновые перчатки. Саша не рассчитывал на такой поворот событий. По инерции он медленно пошел к стулу, держась за пряжку на ремне брюк.
- Доктор, а может, не надо? Ничего, само пройдет.
- Вы не бойтесь, я только посмотрю.
Саша понимал, что это только успокаивающая отговорка, но все же разделся ниже пояса и подошел к кушетке. К этому времени врач был уже готов и стоял рядом.
- Встаньте на колени. Так, хорошо. Теперь наклонитесь и обопритесь на локти. Поднимите таз повыше. Так-так.
- Ой. - Руки в перчатках раздвинули ягодицы и замерли, видимо врач действительно осматривал Сашин анус.
- Не зажимайтесь. Я пока ничего еще не делаю, просто смотрю. Правда, ничего хорошего не вижу, знаете ли. Ваше счастье - геморроя у вас еще нет. Зато есть трещины.
- И что это значит? - Сашин голос звучал придушенно из-за неудобного положения.
- Это значит, что вы порвали себе задний проход, как рвется женщина при родах. Так что лечиться вам надо срочно.
- Чем?
- Сейчас: так: - Врач отпустил Сашины ягодицы. - Не шевелитесь.
Саша слышал, как врач отошел на несколько шагов, потом скрипнула дверца стеклянного шкафчика. Потом он снова подошел к Саше и прикоснулся к его анусу - на пальце, обтянутом перчаткой, была какая-то мазь. Он смазал вокруг, втер мазь в сомкнутое колечко заднего прохода. Убрал палец. Саша с облегчением подумал, что все кончилось. Однако через пару секунд опять почувствовал прикосновение мази. Сжался.
- Расслабьтесь. Ну же, не зажимайтесь. Я должен смазать внутри.
Саша перестал сжимать задний проход, но полностью ему расслабиться не удалось, и когда палец попытался проникнуть внутрь, он натолкнулся на полное сопротивление. Врач начинал сердиться.
- Я вам что сказал, молодой человек? А ну расслабляйтесь. Больно же будет.
- Я пытаюсь. Не могу.
- Ладно. - Доктор вздохнул и убрал палец. - Пукните.
Страницы: [ 1 ] [ ]
Читать также:»
»
»
»
|