 |
| |
| | - В жопу Стасика трахнет - давай? - проговорил Валерка, невольно переходя на шепот, и оттого, что он это не сказал, а прошептал, горячо выдыхая слово за словом, и еще оттого, что всё это было произнесено в бликах лунного света, предложение прозвучало возбуждающе, даже заманчиво... и Кирилл, глядя на Валерку - вслушиваясь в его голос, вдруг подумал, что ничего сверхъестественного или необычного в этом предложении нет... "давай?" - прошептал Валерка, вопросительно глядя Кириллу в глаза, и, словно боясь, что Кирилл его не понял или не расслышал, тут же добавил, нетерпеливо поясняя: - В жопу его... по разику... давай? | | |
| |
|
| |
| | Приоткрытый ротик, 3 часа ночи, Ками досматривал очередной сон, который ему была не судьба досмотреть. Уж что-что, а своё дело за две недели "рыцарь ночи" выучил хорошо - кляп в рот, застегнуть защелку сзади. На лицо просыпающейся жертве льётся холодная вода, тот раскрывает глаза и в них - адский свет мощного фонаря. "Человечек перепуган, ничего не понимает и готов к обработке". В этот раз все было точно так же - Ками даже не успел вскрикнуть, как ноги и руки были крепко прикручены к кровати - уж это Мейт, днём носивший имя Сашки, и Чиф, Вова из Москвы, научились делать автоматически. | | |
| |
|
| |
| | Пока мы занимались друг другом, мама с дочкой тоже не теряли времени даром: они целовались в засос, мастурбируя одновременно. Видать, картина мужского секса их так возбудила, что оргазм накрыл обеих одновременно и очень быстро. Все вчетвером завалились на кровать и сразу заснули. Я обнял дочку, муж с женой спали рядом. Среди ночи я почувствовал, что девочка прижимается ко мне все сильнее. Она лежала спиной ко мне, поэтому оставалось только слегка приподнять ее ногу и войти в девичье лоно. Узенькое, влажное, оно плотно обжимало мой член. Ира, полусонная, была мало активна, но меня это нисколько не смущало. Около получаса я сношал ее дырочку, пока не залил спермой. Ирина даже не стала вытираться, сразу провалилась в сон. | | |
| |
|
| |
| | Пока я приходил в себя после самого сильного оргазма в своей жизни, женщины, кажется, решили показать мне, что по части всяких выдумок (а может, и извращений) они дадут сто очков молодым девчонкам. Маргарита Сергеевна легла на спину, сильно раздвинув ноги и даже придерживая их руками. Настя наклонилась и прикоснулась кончиком своего соска к влажным красным губкам влагалища моей тещи! Обе тяжело дышали и постанывали - еще бы, ведь обе возбуждали свои эрогенные зоны! Я впервые в жизни видел, как одна женщина трахает другую свое грудью, более того, я даже не знал, что это вообще может быть. Затаив дыхание, я наблюдал, как длинный твердый сосок подобно члену погружается во влагалище. По мере роста возбуждения Маргариты Сергеевны ее щель раскрывалась все шире, и грудь проникала туда все глубже... | | |
| |
|
Рассказ №5081
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Воскресенье, 19/10/2025
Прочитано раз: 18530 (за неделю: 8)
Рейтинг: 88% (за неделю: 0%)
Цитата: "Это сладкое слово - "Хозяин",
..."
Страницы: [ 1 ]
Это сладкое слово - "Хозяин",
Сколько значит оно для меня!
В нём и нежность заботы,
И страх наказаний,
И уверенность каждого дня.
Эта жажда - быть просто рабыней
Заставляет всё тело дрожать
От боязни, стыда,
От тоски и унынья,
От желания принадлежать.
Только справиться с ней не выходит,
Как её ты при том ни зови -
Эта тяга страшнее
Томления плоти
И порою - сильнее любви.
Бесполезно молчать и таиться,
Бесполезно искать и страдать,
И теряться в толпе,
И заглядывать в лица -
Невозможно его угадать.
Часто я, в одиночестве плача,
Господина звала своего...
Это просто судьба,
Это просто удача,
То, что я повстречала его!
Этот дом, где меня приютили,
Стал роднее, чем отчий приют.
Здесь меня полюбили
И в цепи забили,
И рабыней отныне зовут.
Тонкий латекс, скрипучая кожа,
Эти цепи, ошейник, ремни -
Я домашний зверёк,
На игрушку похожа,
Невозможно забыть ни на миг,
То, что я - ни жена, ни подруга,
Не хозяйка (об этом и речь),
Не любовница, просто
Отчасти - прислуга,
А отчасти - любимая вещь.
У меня не бывает капризов,
И, домашние сделав дела,
Я не смею играть,
Не смотрю телевизор,
Не бывает, чтоб я проспала.
Очень хочется тронуть руками,
Поласкать себя пальцами, но
Коль я дома одна,
Под зрачком телекамер
Удовольствие запрещено.
Разве только - понежиться в ванне,
Или что-то читать, а пока
Можно просто сидеть
На полу в ожиданьи,
Когда щёлкнет пружина замка.
В этот миг я опять понимаю,
Что по сути, в начале начал
Я - такая же дверь,
Только дверь я живая,
И пришёл мой хранитель ключа.
Нет другого желания, кроме,
Подбежать, кандалами звеня,
Встать пред ним на колени
И молча, в поклоне,
Ждать, когда он обнимет меня.
Прошептать: "Господин, добрый вечер, -
Замирая у ног, словно тень. -
Как рабыня ждала,
Как мечтала о встрече,
Как скучала она целый день!"
И от страха немея, как рыба,
Ожидать приговора суда:
То ли - ласки и нег,
То ли - розги и дыбы,
А быть может - плетей и креста.
Мне назначена доля такая,
Чтоб потом, в темноте и тиши,
Искупить перед Ним
(Если Он пожелает)
Грех загадочной рабской души.
О свободе ничуть не жалея,
Отдавать то, что Мастер возьмёт,
И испить до конца,
От восторга пьянея,
Горький мёд из пылающих сот.
И когда успокоится сердце,
И поступит команда "отбой",
Заползти в закуток
С зарешёченной дверцей
И захлопнуть её за собой.
А ночами, когда мою нишу
Свет полночной луны серебрит,
Я слагаю стихи
По-возможности тише,
Потому что любовь моя спит.
Страницы: [ 1 ]
Читать также:»
»
»
»
|
