 |
| |
| | И когда он нащупал возбуждённый клитор, я услышала его тихий шёпот... "Киса, ты сводишь меня с ума". Тогда я только догадалась, что это был Андрей. Я прижала свою попку ещё сильнее к давно вставшему члену и, видимо, он понял, что весь вечер я тоже ждала именно этого. Он наклонил меня вперёд и стянул до колен ужасно мокрые трусики. Буквально через секунду меня резко пронзило что-то большое и твёрдое. Как же было приятно. Я и не думала, что мне нравится жёсткий, грубый секс. Впервые в жизни я испытывала подобные ощущения. Меня в буквальном смысле трахал человек, которого я знала всего несколько часов. От одной этой мысли небывалый по силе оргазм, как раскат грома, пронзил моё нутро. Не помню, может я слишком сильно кричала, но Андрей с силой закрыл мне рот. Толчки становились ещё жёстче, было уже больно, но у меня не было сил сопротивляться. Но вдруг следующая волна оргазма заставила забыть о боли, и наслаждение вновь распространилось по всему телу. Он тоже кончил, потому что мы уже не двигались, а лишь тяжело дышали. | | |
| |
|
| |
| | Лера смотрела на приближающегося мужчину сквозь лобовое стекло, суетливо вставляя ключ в замок зажигания. Она отчётливо видела самонадеянное лицо, которое ещё полчаса назад казалось таким мужественно-привлекательным. А сейчас эта довольная рожа была такой омерзительной, что она даже в какой-то момент просто возненавидела себя, что ради своей похоти она влюбилась в него. И пусть это была минутная слабость, и секс с ним был самым приятным в её жизни, а оргазм самым красочным и неповторимым, в данный момент ей меньше всего хотелось видеть эту паскудную морду. Сейчас он выглядел таким страхуилом, что она перед выбором, предпочла бы таксиста. | | |
| |
|
| |
| | Перекусили мы сухим пайком, да легли спать. Ну и конечно эти бесстыдницы, Валерия и Ксюша, ночью ловко меня постарались совратить, мол им Света Булочкина разрешила. Ух и фигурка у фигуристой красивой украинки Валерии! В слабом свете полумесяца она, будучи совсем голой, отливала светлой бронзой. И вообще, я твёрдо уверен, что именно украинки - самые красивые женщины на свете. Я ловко устроился у неё между ножек - мне ведь моя невеста, так сказать, разрешила! Ох, как мне сладко с Лерой! И вот она тихо взвыла и сладостно заохала -Лера кончает! Пора и мне заканчивать этот волшебный "процесс"! | | |
| |
|
| |
| | Ей так плохо видно в темноте, но она чувствует жар мужского тела. Гость наклоняется над ней и целует. В губы, в шею, в плечи, в ключицы. Медленно проводит языком по груди, справа налево, от одного соска к другому. И снова спускается, целуя живот. Все ниже и ниже. Горячее дыхание шевелит аккуратно подстриженные волоски, а затем влажный язык касается клитора. Танцовщица изогнулась в спазме удовольствия. За окном громыхнул гром. Поэт медленно и обстоятельно, растягивая удовольствие, водил языком по этой точке удовольствий, одновременно поглаживая живот и ноги девушки. | | |
| |
|
Рассказ №5081
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Воскресенье, 19/10/2025
Прочитано раз: 17899 (за неделю: 3)
Рейтинг: 88% (за неделю: 0%)
Цитата: "Это сладкое слово - "Хозяин",
..."
Страницы: [ 1 ]
Это сладкое слово - "Хозяин",
Сколько значит оно для меня!
В нём и нежность заботы,
И страх наказаний,
И уверенность каждого дня.
Эта жажда - быть просто рабыней
Заставляет всё тело дрожать
От боязни, стыда,
От тоски и унынья,
От желания принадлежать.
Только справиться с ней не выходит,
Как её ты при том ни зови -
Эта тяга страшнее
Томления плоти
И порою - сильнее любви.
Бесполезно молчать и таиться,
Бесполезно искать и страдать,
И теряться в толпе,
И заглядывать в лица -
Невозможно его угадать.
Часто я, в одиночестве плача,
Господина звала своего...
Это просто судьба,
Это просто удача,
То, что я повстречала его!
Этот дом, где меня приютили,
Стал роднее, чем отчий приют.
Здесь меня полюбили
И в цепи забили,
И рабыней отныне зовут.
Тонкий латекс, скрипучая кожа,
Эти цепи, ошейник, ремни -
Я домашний зверёк,
На игрушку похожа,
Невозможно забыть ни на миг,
То, что я - ни жена, ни подруга,
Не хозяйка (об этом и речь),
Не любовница, просто
Отчасти - прислуга,
А отчасти - любимая вещь.
У меня не бывает капризов,
И, домашние сделав дела,
Я не смею играть,
Не смотрю телевизор,
Не бывает, чтоб я проспала.
Очень хочется тронуть руками,
Поласкать себя пальцами, но
Коль я дома одна,
Под зрачком телекамер
Удовольствие запрещено.
Разве только - понежиться в ванне,
Или что-то читать, а пока
Можно просто сидеть
На полу в ожиданьи,
Когда щёлкнет пружина замка.
В этот миг я опять понимаю,
Что по сути, в начале начал
Я - такая же дверь,
Только дверь я живая,
И пришёл мой хранитель ключа.
Нет другого желания, кроме,
Подбежать, кандалами звеня,
Встать пред ним на колени
И молча, в поклоне,
Ждать, когда он обнимет меня.
Прошептать: "Господин, добрый вечер, -
Замирая у ног, словно тень. -
Как рабыня ждала,
Как мечтала о встрече,
Как скучала она целый день!"
И от страха немея, как рыба,
Ожидать приговора суда:
То ли - ласки и нег,
То ли - розги и дыбы,
А быть может - плетей и креста.
Мне назначена доля такая,
Чтоб потом, в темноте и тиши,
Искупить перед Ним
(Если Он пожелает)
Грех загадочной рабской души.
О свободе ничуть не жалея,
Отдавать то, что Мастер возьмёт,
И испить до конца,
От восторга пьянея,
Горький мёд из пылающих сот.
И когда успокоится сердце,
И поступит команда "отбой",
Заползти в закуток
С зарешёченной дверцей
И захлопнуть её за собой.
А ночами, когда мою нишу
Свет полночной луны серебрит,
Я слагаю стихи
По-возможности тише,
Потому что любовь моя спит.
Страницы: [ 1 ]
Читать также:»
»
»
»
|
