 |
| |
| | Дальше была вспышка, мы совсем потеряли контроль и память, обезумели от страсти и желания. Лишь в момент оргазма до меня волной ледяного стыда дошло, что я натворил. Я трахнул сестру, родную сестрёнку. Стараясь не рухнуть на неё своим весом, оцепенев от незнакомого и странного коктейля из стыда за содеянное, нежности, страха неопределённости, благодарности и признательности к этой женщине я прижал свои бёдра удерживая свой член максимально глубоко в её влагалище. Оргазм с последними спазмами выплёскивался, оставляя за собой ощущение выжженного мира и вины за случившуюся катастрофу. | | |
| |
|
| |
| | Том раздвинул покрытые дерьмом ягодицы брата и вставил ему в жопу свой член. Анус Гарри тут же начал сокращаться от наступившего оргазма. Сам же Гарри зарычал, почувствовав, как член брата трамбует его задний проход, и выстрелил горячей, липкой спермой прямо в пизду дочери. Тина дергалась и извивалась под общим весом отца и дяди. Ее пизда бешено сокращалась от наступившего оргазма. | | |
| |
|
| |
| | Вован довольно хрюкнув, стал насаживать ее рот на член. Не отрываясь от члена, Светка ухитрилась стянуть с себя трусики, сбросив их на пол. Вован опустился на кровать, потянул ее на себя усаживая сверху и Светка, направила член в мокрую пизденку, усаживаясь верхом на него. И тут вспомнила, что презики так и остались лежать нетронутые на тумбочке, но ощущение твердой плоти внутри нее, нарастающее возбуждение и думать ни о чем кроме секса уже не хотелось. Светка закрыла глаза, чувствуя как чужая твердая плоть растягивая влагалище двигается в ней доставая до матки, отдалась наслаждению. Член легко вошел в нее, ведь они весь вечер зажимались на лавочках и пальцы Вована свободно хозяйничали в ее трусиках, поэтому у нее давно было там влажно. А парень аж трясся, взасос целуя ее, тиская сиськи, ставя засосы. | | |
| |
|
| |
| | А вот ее подруга Машенька, Вика рассказала - та умеет. Она своему папе часто сосет, ему мама Машеньки редко"дает". Да, разговорчики у этого поколения! Но мой "друг" встал от ласк её ротика и я вновь вошёл в её попку, а Вика и не против. Теперь я получил полное удовольствие, долго двигаясь в её уступчивой тугой дырочке попки. А тут Вика еще выдала, когда я слез с неё: "Дядя Саша, жаль, что ты не мой папа. Жили бы вместе, мама не страдала бы, ты хороший и умный, а я бы тебе в попку всегда давала! И в ротик ты бы мне кончал. А со временем и в писю бы тебе дала. " Да, я был просто "в осадке", как сейчас говорят! А на следующий день Вика опять дала мне в попку, а кончил я в её ротик - она захотела узнать вкус моей спермы. И вот так всю неделю! Её попка уже легко принимала меня, спермотоксикоз прошёл и я занимался подготовкой к экзаменам с удовольствием. | | |
| |
|
Рассказ №5081
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Воскресенье, 19/10/2025
Прочитано раз: 17366 (за неделю: 13)
Рейтинг: 88% (за неделю: 0%)
Цитата: "Это сладкое слово - "Хозяин",
..."
Страницы: [ 1 ]
Это сладкое слово - "Хозяин",
Сколько значит оно для меня!
В нём и нежность заботы,
И страх наказаний,
И уверенность каждого дня.
Эта жажда - быть просто рабыней
Заставляет всё тело дрожать
От боязни, стыда,
От тоски и унынья,
От желания принадлежать.
Только справиться с ней не выходит,
Как её ты при том ни зови -
Эта тяга страшнее
Томления плоти
И порою - сильнее любви.
Бесполезно молчать и таиться,
Бесполезно искать и страдать,
И теряться в толпе,
И заглядывать в лица -
Невозможно его угадать.
Часто я, в одиночестве плача,
Господина звала своего...
Это просто судьба,
Это просто удача,
То, что я повстречала его!
Этот дом, где меня приютили,
Стал роднее, чем отчий приют.
Здесь меня полюбили
И в цепи забили,
И рабыней отныне зовут.
Тонкий латекс, скрипучая кожа,
Эти цепи, ошейник, ремни -
Я домашний зверёк,
На игрушку похожа,
Невозможно забыть ни на миг,
То, что я - ни жена, ни подруга,
Не хозяйка (об этом и речь),
Не любовница, просто
Отчасти - прислуга,
А отчасти - любимая вещь.
У меня не бывает капризов,
И, домашние сделав дела,
Я не смею играть,
Не смотрю телевизор,
Не бывает, чтоб я проспала.
Очень хочется тронуть руками,
Поласкать себя пальцами, но
Коль я дома одна,
Под зрачком телекамер
Удовольствие запрещено.
Разве только - понежиться в ванне,
Или что-то читать, а пока
Можно просто сидеть
На полу в ожиданьи,
Когда щёлкнет пружина замка.
В этот миг я опять понимаю,
Что по сути, в начале начал
Я - такая же дверь,
Только дверь я живая,
И пришёл мой хранитель ключа.
Нет другого желания, кроме,
Подбежать, кандалами звеня,
Встать пред ним на колени
И молча, в поклоне,
Ждать, когда он обнимет меня.
Прошептать: "Господин, добрый вечер, -
Замирая у ног, словно тень. -
Как рабыня ждала,
Как мечтала о встрече,
Как скучала она целый день!"
И от страха немея, как рыба,
Ожидать приговора суда:
То ли - ласки и нег,
То ли - розги и дыбы,
А быть может - плетей и креста.
Мне назначена доля такая,
Чтоб потом, в темноте и тиши,
Искупить перед Ним
(Если Он пожелает)
Грех загадочной рабской души.
О свободе ничуть не жалея,
Отдавать то, что Мастер возьмёт,
И испить до конца,
От восторга пьянея,
Горький мёд из пылающих сот.
И когда успокоится сердце,
И поступит команда "отбой",
Заползти в закуток
С зарешёченной дверцей
И захлопнуть её за собой.
А ночами, когда мою нишу
Свет полночной луны серебрит,
Я слагаю стихи
По-возможности тише,
Потому что любовь моя спит.
Страницы: [ 1 ]
Читать также:»
»
»
»
|
