 |
| |
| | Притыкиваю её губы к своим половым, молча отвешиваю подзатыльник, чтоб не пыхтела: На хер искать и вспоминать, где тут удобства. Поняла она всё слёту. Молча пристыковалась, чуть пошебуршила язычком во влагалище, потом уяснила свою роль. Журчу, значит, в неё своё содержимое. Только попёрдывать стесняюсь, всё ж вокруг мужчины. Хотя в Брюсселе, говорят, только и слышишь в клозетах- Бонжур, мадам! И чуть не серят при этом. Сортир-то общий. А при сексе муж так расслабляет, что все сфинктеры раскрываются. И от её язычка так же вышло. Заставила и анус, кроме губ, хорошенько свой вылизать. Мало ли как там вышло? И сиськи ещё набухли размера до второго: Молоко на сосках проступило. Малыш у свекрови-ведьмы, ну не кормить же его гадостью? | | |
| |
|
| |
| | - Хорошо пошла, ух, начали что-ли! - И Вова достал блокнот, и секундомер. Через минут пять мощных шлепков яичек по текущей уже от искушения пизде девочки под её поскуливание с членом брата во рту, Стас вытащил член из попки Полины. Оттуда вышла сначала одна поменьше, потом ещё подольше, беловато-прозрачная струйка кончи Стаса. Вова передал секундомер с блокнотом Стасу, и подставил стаканчик под попку, куда капала выходящая сперма. Вова Тем временем пристроился сзади, а Вадим стал кончать в рот сестре. Она проглотила и подсосала остатки из ствола. | | |
| |
|
| |
| | Кажется, я то ли заснул, то ли потерял сознание на минуту-другую. Когда я пришёл в себя, Светочки рядом не было. Я зашёл в море и тем же путём вернулся в лагерь. К тому времени уже поспел нехитрый походный обед. На моё отсутствие толком никто не обратил внимания или не придали ему значения. Моя юная соблазнительница скользнула по мне взглядом, в котором явственно читалось "это только начало!" А может, мне это показалось. Андрей с Алексом, которые ходили за хворостом, рассказали, что его тут меньше, чем в лесу на равнинах, так что после обеда надо было всем отправляться за топливом. | | |
| |
|
| |
| | В общаге, оказывается, ее и лишили девственности. Ей трахаться понравилась и она стала давать. Особенно, когда подопьет. Довольно часто ее имело по несколько человек подряд. А как-то женушку мои ебали сразу трое. То есть, она лежит на одном, и он сношает ее в пизду, другой наверху дерет в задницу, ну а третий - свой орган сует ее в рот. Такая вот ситуация. Кстати, она еще и вафлерша была знатная - любила и за щеку брать, и сперму пить. Бывало, сразу по несколько человек обслуживала. Но я на нее за все эти художества зла не держу. Мало, что с кем было. Мне она верна, и ладно. А вот секс после всех этих рассказов у нас еще улучшился. Как представлю, что ее имели сразу трое, так все сразу встает всерьез и надолго. | | |
| |
|
Рассказ №5081
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Воскресенье, 19/10/2025
Прочитано раз: 17943 (за неделю: 31)
Рейтинг: 88% (за неделю: 0%)
Цитата: "Это сладкое слово - "Хозяин",
..."
Страницы: [ 1 ]
Это сладкое слово - "Хозяин",
Сколько значит оно для меня!
В нём и нежность заботы,
И страх наказаний,
И уверенность каждого дня.
Эта жажда - быть просто рабыней
Заставляет всё тело дрожать
От боязни, стыда,
От тоски и унынья,
От желания принадлежать.
Только справиться с ней не выходит,
Как её ты при том ни зови -
Эта тяга страшнее
Томления плоти
И порою - сильнее любви.
Бесполезно молчать и таиться,
Бесполезно искать и страдать,
И теряться в толпе,
И заглядывать в лица -
Невозможно его угадать.
Часто я, в одиночестве плача,
Господина звала своего...
Это просто судьба,
Это просто удача,
То, что я повстречала его!
Этот дом, где меня приютили,
Стал роднее, чем отчий приют.
Здесь меня полюбили
И в цепи забили,
И рабыней отныне зовут.
Тонкий латекс, скрипучая кожа,
Эти цепи, ошейник, ремни -
Я домашний зверёк,
На игрушку похожа,
Невозможно забыть ни на миг,
То, что я - ни жена, ни подруга,
Не хозяйка (об этом и речь),
Не любовница, просто
Отчасти - прислуга,
А отчасти - любимая вещь.
У меня не бывает капризов,
И, домашние сделав дела,
Я не смею играть,
Не смотрю телевизор,
Не бывает, чтоб я проспала.
Очень хочется тронуть руками,
Поласкать себя пальцами, но
Коль я дома одна,
Под зрачком телекамер
Удовольствие запрещено.
Разве только - понежиться в ванне,
Или что-то читать, а пока
Можно просто сидеть
На полу в ожиданьи,
Когда щёлкнет пружина замка.
В этот миг я опять понимаю,
Что по сути, в начале начал
Я - такая же дверь,
Только дверь я живая,
И пришёл мой хранитель ключа.
Нет другого желания, кроме,
Подбежать, кандалами звеня,
Встать пред ним на колени
И молча, в поклоне,
Ждать, когда он обнимет меня.
Прошептать: "Господин, добрый вечер, -
Замирая у ног, словно тень. -
Как рабыня ждала,
Как мечтала о встрече,
Как скучала она целый день!"
И от страха немея, как рыба,
Ожидать приговора суда:
То ли - ласки и нег,
То ли - розги и дыбы,
А быть может - плетей и креста.
Мне назначена доля такая,
Чтоб потом, в темноте и тиши,
Искупить перед Ним
(Если Он пожелает)
Грех загадочной рабской души.
О свободе ничуть не жалея,
Отдавать то, что Мастер возьмёт,
И испить до конца,
От восторга пьянея,
Горький мёд из пылающих сот.
И когда успокоится сердце,
И поступит команда "отбой",
Заползти в закуток
С зарешёченной дверцей
И захлопнуть её за собой.
А ночами, когда мою нишу
Свет полночной луны серебрит,
Я слагаю стихи
По-возможности тише,
Потому что любовь моя спит.
Страницы: [ 1 ]
Читать также:»
»
»
»
|
