 |
| |
| | Я разделся перед ней догола. Перед бассейном Ира снимала с меня ошейник и пояс верности. Мой член стоя приветствовал Олесю. Олеся взяла меня за письку, и мы пошли с ней по парку. Как давно я не гулял голым с одетой девочкой за письку по лесу! Как мне это нравилось! Олеся задавала мне вопросы о моей жизни, моих женщинах, умении сосать. Я ей всё честно рассказал. Мы сделали круг и вернулись к лавочке, на которой осталась моя одежда. Теперь разделась Олеся. Какая у неё была фигура. Стройная, очень красивая девушка и член! Средних размеров, крепко стоящий член. Она села на лавочку. Я встал перед ней на колени и взял член в рот! Никогда ещё с таким удовольствием я не сосал! Олеся кончила мне в рот. Потом мы долго целовались. Мы трахались всю ночь до утра. Я её, она меня, в рот, в попу, 69. Расстались мы на рассвете. | | |
| |
|
| |
| | - Марина подошла к нам повернулась задом и положила по одной руке, моей и Витька на свои груди под блузкой. Мать по очереди потерлась жопой об наши стояки в штанах, как бы поддавая их задом. Это был полный пиздец, зрелая самка Марина, накрашенная как шлюха. Стояла повернувшись спиной к своим взрослым сыновьям и призывно тёрлась об их ширинки, пухлой жопой под юбкой. Причём если от волос матери пахло духами, то от её тела шёл возбуждающий запах женских выделений. Мать стоя перед нами текла и если на ней были трусы, то сейчас они были мокрые от любовного сока. | | |
| |
|
| |
| | Чувство первого полового акта захватывало обоих участников эмоциями. Настя громко кричала, а Тим усердно скользил своим орудием, доставляя необыкновенное удовольствие себе и подруге. Вскоре они оба слились в экстазе. Тим успел перед этим вынуть член и обильно оросить своей живительной влагой весь низ живота Насти. Придя в себя, Настя принялась рассматривать у себя между широко раздвинутых ног... | | |
| |
|
| |
| | - Оооооо, ааааа, ыыы, ааа. - Заорала я ей в ответ, ловя оргазм от первого секса с женщиной. Я легла на свекровь, вгоняя ей до отказа, страпон глубоко в влагалище, доставая женщине до матки. От чего мать моего мужа, завыла сильнее и до сильной боли, впилась ногтями в мои плечи. Сучка, она мне сейчас всю спину расцарапает, своими ногтями? С ужасом подумала я, лёжа на свекрови. Но эта боль, была сладкой, свекровь драла, ногтями мои плечи и спину а я, ещё сильнее кончала от этого. Вот что мне необходимо, чтобы так кайфово кончить, как сейчас. Острые женские ноготки, вонзающиеся во время оргазма в спину. Но у мужчин, с которыми я спала, ногтей не было, да и они больше ласкали. А эта зрелая стерва, Елена Михайловна, в порыве оргазма, драла ногтями мои плечи, как до этого, возможно драла, спины мужиков, которые её ебли. | | |
| |
|
Рассказ №5081
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Воскресенье, 19/10/2025
Прочитано раз: 17326 (за неделю: 22)
Рейтинг: 88% (за неделю: 0%)
Цитата: "Это сладкое слово - "Хозяин",
..."
Страницы: [ 1 ]
Это сладкое слово - "Хозяин",
Сколько значит оно для меня!
В нём и нежность заботы,
И страх наказаний,
И уверенность каждого дня.
Эта жажда - быть просто рабыней
Заставляет всё тело дрожать
От боязни, стыда,
От тоски и унынья,
От желания принадлежать.
Только справиться с ней не выходит,
Как её ты при том ни зови -
Эта тяга страшнее
Томления плоти
И порою - сильнее любви.
Бесполезно молчать и таиться,
Бесполезно искать и страдать,
И теряться в толпе,
И заглядывать в лица -
Невозможно его угадать.
Часто я, в одиночестве плача,
Господина звала своего...
Это просто судьба,
Это просто удача,
То, что я повстречала его!
Этот дом, где меня приютили,
Стал роднее, чем отчий приют.
Здесь меня полюбили
И в цепи забили,
И рабыней отныне зовут.
Тонкий латекс, скрипучая кожа,
Эти цепи, ошейник, ремни -
Я домашний зверёк,
На игрушку похожа,
Невозможно забыть ни на миг,
То, что я - ни жена, ни подруга,
Не хозяйка (об этом и речь),
Не любовница, просто
Отчасти - прислуга,
А отчасти - любимая вещь.
У меня не бывает капризов,
И, домашние сделав дела,
Я не смею играть,
Не смотрю телевизор,
Не бывает, чтоб я проспала.
Очень хочется тронуть руками,
Поласкать себя пальцами, но
Коль я дома одна,
Под зрачком телекамер
Удовольствие запрещено.
Разве только - понежиться в ванне,
Или что-то читать, а пока
Можно просто сидеть
На полу в ожиданьи,
Когда щёлкнет пружина замка.
В этот миг я опять понимаю,
Что по сути, в начале начал
Я - такая же дверь,
Только дверь я живая,
И пришёл мой хранитель ключа.
Нет другого желания, кроме,
Подбежать, кандалами звеня,
Встать пред ним на колени
И молча, в поклоне,
Ждать, когда он обнимет меня.
Прошептать: "Господин, добрый вечер, -
Замирая у ног, словно тень. -
Как рабыня ждала,
Как мечтала о встрече,
Как скучала она целый день!"
И от страха немея, как рыба,
Ожидать приговора суда:
То ли - ласки и нег,
То ли - розги и дыбы,
А быть может - плетей и креста.
Мне назначена доля такая,
Чтоб потом, в темноте и тиши,
Искупить перед Ним
(Если Он пожелает)
Грех загадочной рабской души.
О свободе ничуть не жалея,
Отдавать то, что Мастер возьмёт,
И испить до конца,
От восторга пьянея,
Горький мёд из пылающих сот.
И когда успокоится сердце,
И поступит команда "отбой",
Заползти в закуток
С зарешёченной дверцей
И захлопнуть её за собой.
А ночами, когда мою нишу
Свет полночной луны серебрит,
Я слагаю стихи
По-возможности тише,
Потому что любовь моя спит.
Страницы: [ 1 ]
Читать также:»
»
»
»
|
