 |
| |
| | Их роту, роту молодого пополнения, сержанты привели в баню сразу после ужина, и пока они, одинаково стриженые, вмиг ставшие неразличимыми, в тесноте деловито мылись, а потом, получив чистое бельё, в толчее и шуме торопливо одевались, сержанты-командиры были тут же - одетые, они стояли в гулком холодном предбаннике, весело рассматривая голое пополнение, и Денис... вышедший из паром наполненного душевого отделения, голый Денис, случайно глянувший в сторону "своего" сержанта, увидел, как тот медленно скользит внимательно заторможенным взглядом по его ладному, золотисто порозовевшему мокрому телу, еще не успевшему утратить черты юной субтильности, - Денис, которому восемнадцать исполнилось буквально за неделю до призыва, был невысок, строен, и тело его, только-только начинавшее входить в пору своего возмужания, еще хранило в безупречной плавности линий юно привлекательную мальчишескую грациозность, выражавшуюся в угловатой мягкости округлых плеч, в мягкой округлости узких бедёр, в сочно оттопыренных и вместе с тем скульптурно небольших, изящно округлённых ягодицах с едва заметными ямочками-углублениями по бокам - всё это, хорошо сложенное, соразмерно пропорциональное и взятое вместе, самым естественным образом складывалось в странно привлекательную двойственность всей стройной фигуры, при одном взгляде на которую смутное томление мелькало даже у тех, кто в чувствах, направленных на себе подобных, был совершенно неискушен; из коротких, но необыкновенно густых смолянисто-черных волос, ровной горизонтальной линией срезавшихся внизу плоского живота, полуоткрытой головкой свисал книзу вполне приличный, длинный и вместе с тем по-мальчишески утолщенный - на сосиску-валик похожий - член, нежная кожа которого заметно выделялась на фоне живота и ног более сильной пигментацией, - невольно залюбовавшись, симпатичный стройный парень в форме младшего сержанта, стоя на чуть раздвинутых - уверенно, по-хозяйски расставленных - ногах, смотрел на голого, для взгляда абсолютно доступного Дениса медленно скользящим снизу верх взглядом, и во взгляде этом было что-то такое, отчего Денис, невольно смутившись, за мгновение до того, как их взгляды могли бы встретиться, стремительно отвёл глаза в сторону, одновременно с этим быстро поворачиваясь к сержанту спиной - становясь в очередь за получением чистого белья... и пока он стоял в очереди среди других - таких же голых, как он сам - парней, ему казалось, что сержант, стоящий сзади, откровенно рассматривает его - скользит омывающим, обнимающим взглядом по его ногам, по спине, по плечам, по упруго-округлым полусферам упруго-сочных ягодиц, - такое у него, у Дениса, было ощущение; но когда, получив нательное бельё - инстинктивно прикрывая им низ живота, Денис повернулся в ту сторону, где стоял сержант, и, непроизвольно скосив глаза, мимолётно скользнул по лицу сержанта взглядом, тот уже стоял к Денису боком - разговаривал о чем-то с другим сержантом, держа при этом руки в карманах форменных брюк, и Денис, отходя с полученным бельём в сторону, тут же подумал, что, может, и не было никакого сержантского взгляда, с неприкрытым интересом скользящего по его голому телу, - Денис тут же подумал, что, может быть, всё это ему померещилось - показалось-почудилось... ну, в самом деле: с какой стати сержанту - точно такому же, как и он, парню - его, голого парня, рассматривать? - подумал Денис... конечно, пацаны всегда, когда есть возможность, будь то в душевой или, скажем, в туалете, друг у друга обязательно смотрят, но делают они это мимолётно и как бы вскользь, стараясь, чтоб взгляды их, устремляемые на чужие члены, были как можно незаметнее - чтобы непроизвольный и потому вполне закономерный, вполне естественный этот интерес не был истолкован как-то превратно, - именно так всё это понимал не отягощенный сексуальной рефлексией Денис, а потому... потому, по мнению Дениса, сержант никак не мог его, нормального пацана, откровенно рассматривать - лапать-щупать своим взглядом... "показалось", - решил Денис с легкостью человека, никогда особо не углублявшегося в лабиринты сексуальных переживаний; мысль о том, что сержант, такой же точно парень, ничем особым не отличавшийся от других парней, мог на него, обычного парня, конкретно "запасть" - положить глаз, Денису в голову не пришла, и не пришла эта мысль не только потому, что всё вокруг было для Дениса новым, непривычным, отчасти пугающим, так что на всякие вольные домыслы-предположения места ни в голове, ни в душе уже не оставалось, а не пришла эта, в общем-то, не бог весть какая необычная мысль в голову Денису прежде всего потому, что у него, у Дениса, для такой мысли не было ни направленного в эту сторону ума, ни игривой фантазии, ни какого-либо предшествующего, хотя бы мимолетного опыта, от которого он мог бы в своих догадках-предположениях, видя на себе сержантский взгляд, оттолкнуться: ни в детстве, ни в юности Денис ни разу не сталкивался с явно выраженным проявлением однополого интереса в свой адрес, никогда он сам не смотрел на пацанов, своих приятелей-одноклассников, как на желаемый или хотя бы просто возможный объект сексуального удовлетворения, никогда ни о чем подобном он не думал и не помышлял - словом, ничего такого, что хотя бы отчасти напоминало какой-либо однополый интерес, в душе Дениса никогда ни разу не шевелилось, и хотя о таких отношениях вообще и о трахе армейском в частности Денис, как всякий другой современный парень, был наслышан более чем достаточно, применительно к себе подобные отношения Денис считал нереальными - совершенно невозможными, - в том, что всё это, существующее вообще, то есть существующее в принципе, его, обычного парня, никогда не касалось, не касается и касаться в будущем никаким боком не может, Денис был абсолютно уверен, и уверенность эта была не следствием осознанного усвоения привнесённых извне запретов, которые в борьбе с либидо трансформировались бы в четко осознаваемую внутреннюю установку, а уверенность эта, никогда не нуждавшаяся ни в каких умственных усилиях, безмятежно покоилась на тотальном отсутствии какого-либо интереса к однополому сексу как таковому - Денис в этом плане в свои восемнадцать лет был глух, как Бетховен, и слеп, как Гомер, то есть был совершенно безразличен к однополому сексу, еще не зная, что у жизни, которая априори всегда многограннее не только всяких надуманных правил, но и личных жизненных представлений-сценариев, вырабатываемых под воздействием этих самых правил, есть своя, собственным сценарием обусловленная внутренняя логика - свои неписаные правила, и одно из этих объективно существующих правил звучит так: "никогда не говори "никогда". | | |
| |
|
| |
| | Трусики оказались на полу, а его член в презервативе. Я была на столько мокрая, что он скользнул в меня без трения, и в порыве страсти я лежала под ним раздвинув ноги, целуясь и подавляя стоны, что бы остальные коллеги не поняли, что мы трахаемся. Когда он кончил, мы просто обменялись взглядами, он снял презерватив, закинул за диван, мы повязали простыни и вышли к остальным. Никто ничего не заметил. Больше на тот вечер ничего не было,до дома ее подвезла знакомая с работы. | | |
| |
|
| |
| | Миша не стал идти за стулом, с его ростом он и так доставал. Он сдвинул вбок дверцу шкафа и потянул за край скатерти, лежавшей на самом верху. Вместе со скатертью с полки что-то упало. Успев схватить предмет, Миша стоял как истукан и завороженно смотрел на него. На такой большой розовый вибратор. Бешено заколотилось сердце. Лихорадочно соображая, что делать, Миша не придумал ничего лучше как закинуть его обратно. Через мгновение в зал влетела Инна. Она испуганно уставилась на сына, но, видя, что в руках у того только скатерть, облегчённо выдохнула. | | |
| |
|
| |
| | - Конечно, я выбираю попу, а не рот. Мальчики, смотрите и учитесь. Как брать кого-нибудь в зад, мужчину или женщину? Да-да, этот половой орган - "очко" , - одинаков у баб и мужиков. Вначале нужно подготовить попу к взятию. Б. , тебе не нужно опорожниться? | | |
| |
|
Рассказ №5173
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Среда, 03/07/2024
Прочитано раз: 29602 (за неделю: 29)
Рейтинг: 85% (за неделю: 0%)
Цитата: "Выйдя, наконец-то в школу. Я снова увидела Сашку. Такого же недостижимого, как и прежде, такого же любимого, как и прежде. Всё продолжалось как раньше: мои чувства, его не замечание по отношению ко мне, его безразличность...."
Страницы: [ 1 ]
Глава: только начало...
В сентябре прошлого года я с подругами перешла в физмат (кто не знает физико-математический класс), причем у каждой были свои перспективы и планы, чтобы здесь учится. Катя пошла из-за очередного понравившегося парня, Соньке классно давались точные науки, а мне было все равно куда идти, и я пошла с ними за компанию.
Пожалуй, расскажу о нашей троице.
Мы любили вместе посидеть в инете, початиться, пообщаться. Любили втроём заниматься шопингом. Каждая была отдельной книгой, которая таила в сердце и душе свои секреты.
Соня увлекалась поэзией, она была талантливой и романтичной девушкой с рыжими волосами, которая любила читать романы, и мечтала, как героини жить в средневековых замках, носить корсеты, пышные платья и конечно любить:
Катя тоже писала стихи, истории, рассказы и читала романы. Катюха была более продвинутой и интересной девчонкой. Что касается меня, то я обыкновенная брюнетка с карими глазами. Мне в этом году исполнилось пятнадцать. Но любовь я ещё не встретила.
Так вот вернемся к началу девятого класса
Утром 31 втроём я и девчонки отправились штормовать школу с новым классом. Все мы были в своём репертуаре. Катя одела новые джинсы на бедрах и рубашку тоже из джинса, Сонька не отставала от неё, придя в классном прикидке.
Я же надела новоиспеченную серую джинсовку и миди.
Так вот подходя к школе, мы увидели табличку 9-г. Там встретили своих бывших одноклассников, обнялись и жалели, что теперь учимся в разных классах. Было скучно, и мы стали осматривать будущих партий мужского рода. Как оказалось, выбор был невелик. Но только пока...
Глава: Первый день в школе и первая любовь.
В понедельник утром я, Катюша и Соня пошли как обычно в школу.
Первый урок был физика, вел её наш классный.
Было так скучно сидеть и слушать про эти силы природы. И я повернула голову и увидела его. Он показался мне ангелом, спустившийся на землю,
И я проговорила: Он чудо, ангел:
- Кто? - Внезапно проснулась Аня.
- Он, в красной кофточке на третьем ряду. Только посмотри.
- Боже, ты че с ума сошла или так действуют силы природы? Он просто ужасен, мягко выражаясь?
- Нет, он самый лучший, самый красивый, самый прекрасный парень на свете:- не унималась я.
- Ты точно перегрелась, девочка .- закончила Соня.
Уроки закончились, мы пошли домой после трудового дня.
Я не могла не о чем больше думать, все мысли мои поглощали его карие глаза, его необыкновенную улыбку, его голос:
Я влюбилась. С первого взгляда. С первого вздоха. С первого прикосновения. Он прекрасен, как утренняя роса, как радуга после дождя... Его глаза отражают весь мир, которым я живу. Он как колдун манит за собой, в темный лес, к себе в пропасть.
Полуденный свет подарил мне его. Наверное, это подарок судьбы... Он змея, пронзившая мое сердце... ОН... ОН... ОН... Парень, которого я никогда не знала... Я к нему испытывала чувства. Чистые. Невинные. Прекрасные. Ничем не запятнанные.
Просто чувства.
Любовь - самая сложная загадка этой жизни, никто не знает, есть ли против неё противоядие, есть ли безграничная, вечная любовь, возможна ли жизнь без любви. Любовь - это чувство разума или души? Почему ненависть и любовь так похожи и неразделимы? Почему столько лжи и обмана? Таких "почему" огромное множество, а ответов на них нет. И дело даже не в человеке, природа сама не может дать нам ответ на эти вопросы, а человек лишь составляющее звено этой природы. Он полностью находится во власти природы, не понимая и не осознавая, он следует зову природы. Конечно, любви на земле немало, но мало людей кто истинно чувствует эту любовь, кто искренен сам с собой. Любовь подразумевает не только умение любить других, но так же и себя.
Глава: продолжение...
Так я и продолжала учиться, не пытаясь сказать ему о своих к нему чувствах. А зачем? Задаю себе ежедневно один и тот же вопрос. Ему нравятся другие девчонки, не такие как я. Раскрепощенные, смелые. А я к несчастью не такая. Прошёл сентябрь, подруги знали, что он мне не безразличен. Но не понимали меня и не находили в нём ничего особенного. Ведь он не супер модель, не мачо. А просто обычный человек, мой любимый человек. Нам сказали, что надо дежурить, так как мы девятый класс. Я рвалась, конечно, на наши девятые классы, к нему, любимому: Меня всё же взяли третьей на окно, но главное взяли. К моему большому сожалению, я продежурила всего один день. Почему, так мало? Я, пожалуй, скажу вам позже.
Так вот в этот день я брала и отдавала ему куртку. Как приятно смотреть в его глаза. Зная, как сильно ты его любишь и не можешь без него. Как чудно пахнут его вещи, этот безумный запах сигарет, алкогольных напитков и прочего без которых я не могу жить.
После этого я не дежурила. Так как серьёзна заболела. Я не ходила в школу целых три месяца. А лежала в больнице, в реанимационном состоянии.
Скучала без него. Нет, меня навещали подруги. Но всё равно мне было плохо без любимых карих глаз... А он не пришёл ко мне, не пришёл:
Выйдя, наконец-то в школу. Я снова увидела Сашку. Такого же недостижимого, как и прежде, такого же любимого, как и прежде. Всё продолжалось как раньше: мои чувства, его не замечание по отношению ко мне, его безразличность.
Быть может он и не заметит меня никогда... никогда...
Этот рассказ я написала спустя несколько месяцев. Слишком грустной и тяжелой получилась моя история. И вот хочу продолжить её.
Сегодня я также учусь с Сашкой в одном классе. Но мне намного легче стало на него смотреть, зная, что я ему не нужна.
Недавно на днях я узнала, что он уходит после девятого класса. Как же мне тяжело будет оставаться здесь, без него, без любимого.
Конечно, у меня есть друзья. Даже можно сказать кавалеры. Но сердце мое далеко от них, оно навсегда будет принадлежать ему, моему Сашеньке.
Страницы: [ 1 ]
Читать также:»
»
»
»
|
