 |
| |
| | Я сначала не поверил своим ушам, и хотел даже переспросить, но потом одумался..- Что? А, да, конечно, я конечно не против, вместе веселее. - глупая счастливая улыбка всё-таки выскочила на миг, выдав все мои эмоции с потрохами.- Ну вот и отлично - радостно сказала она.Наступила неловкая пауза, в которую я лихорадочно начал думать о том, что я теперь, в связи с этим должен говорить и делать. Промелькнула мысль, что надо бы сбегать в магазин за подарком, но когда это сделать - до нового года оставалось всего четыре часа, а подарки я любил выбирать основательно, не торопясь... К тому же мы ещё даже не приготовили курицу. Видимо она тоже подумала о нашей ощипанной подруге:- Мы совсем забыли про горячее. Куру ведь ещё надо нашпиговать и поставить запечься, а мне надо перед новым годом принять ванну, привести себя в порядок...- Нет проблем, я сейчас займусь ей.- Отлично! Вот орехи, вот лук и яблоки, вот чеснок и приправы.- Разберусь.Пока я заправлял курицу, она ушла за перегородку, стала копаться в своих вещах и подпевать Луису своим бархатным голосом. За перегородкой мне были виден её силуэт и я увидел, как на соседнюю кровать полетела её футболка, потом джинсы. | | |
| |
|
| |
| | Представьте себе ситуацию: две огромных, тяжёлых и надутых, полных свежим, тёплым, сладким молоком груди, с аккуратными, пропорциональными сосками, тянущимся вниз сантиметров на 6, а то и 7-8, с стекающими с них, большими, тяжёлыми каплями молока, буквально, вымя как у коровы, свисают вниз два огромных шара, которые сильно больше даже вашей головы, и представьте какой фурор вызовет подобное зрелище у дикого, бродячего, голодного как волк пса, который примет подобную персону, за настоящую, не доеную бурёнку, вымя которой, готово лопнуть от количества молока в нём. Анна Семенович была крайне похожа на такую бурёнку, точнее сказать, она и была таковой, её большие груди так жутко болели, они буквально готовы были лопнуть. | | |
| |
|
| |
| | Тогда я стал думать не об Оле, а о Лене, кричащей и извивающейся под розгой. Сцена порки, как живая, встала у меня перед глазами и я сразу же почувствовал, как мой мужской жезл встрепенулся, налился кровью, увеличился в размерах и затвердел до каменной твердости. | | |
| |
|
| |
| | Дальше тебя поднимут и посадят в большую форму - по сути, стоячий цилиндр пяти футов в диаметре. Трубки для дыхания и питья поднимут наверх, где привяжут к краю формы, чтобы не упали. Заключительный этап - в форму заливают цемент, чтобы запечатать тебя внутри. Сохнуть он будет порядка двух дней, и при этом немного сдавит тебя - для этого и нужен надувной костюм. Для этого, а также для того, чтобы испражнения могли покидать твоё тело. Как только ты высохнешь, и они убедятся, что ты в порядке, трубки обрежут так, чтобы они оказались вровень с верхом колонны. В таком виде тебя и продадут за рубеж - как цементную колонну. Единственной отметиной будут лишь три крохотных отверстия наверху. Как только колонну привезут на место, цемент разобьют и тебя вытащат наружу. Но до этого в течение нескольких недель тебя ожидает ад - кормить будут через трубку, делать будет совершенно нечего, пошевелиться будет невозможно, и стоять придётся неподвижно, по горло в собственных экскрементах. Обычно я не рассказываю рабыням о том, что их ждёт, но сегодня у меня хорошее настроение. Вопросы есть? | | |
| |
|
Рассказ №5538 (страница 2)
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Суббота, 18/03/2023
Прочитано раз: 44902 (за неделю: 1)
Рейтинг: 89% (за неделю: 0%)
Цитата: "Помню, как первый раз мы занялись анальным сексом. Она раздвинула свои ягодицы, открыв при этом, много раз уже целованный мною, анус, немного краснея от смущения и возбуждения, тихо попросила "а теперь в эту дырочку". Я вошёл в неё мягко и нежно, она обняла меня, и мы так нежно целовались во время этого, как никогда раньше...."
Страницы: [ ] [ 2 ]
Я уже давно понял, что люблю Олю. Безумно. Как никогда никого не любил. И я не сомневался, что и она меня тоже любит. Да, господа! Вот я и подхожу к самому печальному месту моего рассказа.
Я был бы счастлив, прожить с ней всю свою жизнь. Но её счастье было в тот момент для меня главнее. Ей сейчас двадцать, мне тридцать один - рассуждал я, (мы прожили вместе уже пять лет). Если я на ней женюсь, то здоровых детей у нас не будет. Мой генофонд уже давно испорчен табаком, алкоголем и немного травой. А она - здоровая девушка. Имею ли я право лишать её счастья иметь здорового ребёнка? Наверное, нет, потому что люблю.
Один Бог знает, каких невероятных усилий стоило мне мягко и плавно подвести её к тому, что она должна выйти замуж за другого. И она меня поняла и на этот раз. Имея потрясающую фигуру, великолепную внешность и потрясающий интеллект ей не составило особого труда найти себе подходящего человека. Она меня с ним познакомила, и он мне тоже понравился. Да, дорогой читатель, отдавая свою любимую девушку в его руки, я был счастлив. Искренне и безкомпромисно. Счастлив от того, что знал, чувствовал, что даю своей любимой гораздо больше, чем мог дать. И я не был, обманут в своём чувстве. Сейчас у Оли растёт чудесная дочь, и она любит её. И её глаза светятся нежными добрыми искорками счастья. Любит она и меня и мужа. Иногда мы встречаемся или звоним друг другу, поздравляя с праздником. И мы благодарны друг другу за всё, что между нами было, и будем любить друг друга и благодарить Бога за то, что он свёл нас вместе вечно.
Страницы: [ ] [ 2 ]
Читать также:»
»
»
»
|
