 |
 |
 |  | Мелани заметила ее взгляд и подмигнула. Она отставила пиво и поднялась с ковра, на котором все устроились. Девушка стала вертеть ручку радио, пока не нашла подходящую волну. Улыбаясь Мелани начала пританцовывать. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | или - нет! давай лучше прикинемся-приколемся... знаешь - кем? скаченными килобайтами, что застыли-замерли на чьих-то бессонных мониторах, - запечатлённые в миг соития - в момент сладострастного совокупления - мы, симпатичные пацаны, трахающие друг друга в юные попки, будем будить в душах смотрящих на нас неистребимое желание делать то же... да-да, то же самое! - и смотрящие, тиская в кулаках напряженные члены, будут воображать себя на нашем месте и, сладострастно содрогаясь от нарастающего удовольствия, будут тихо мечтать о чём-то подобном, - слушай, давай... давай прикинемся фотомоделями, беззаботно и весело позирующими для голубых порносайтов... о, да у тебя уже стоит! и такой твёрдый... блин, как кремень! и размер ничего... оснащен ты, однако, прилично! господи, да не щупаю я тебя, не лапаю! ну, скользнула моя рука вперёд, скользнула - и что с того? подумаешь, запретная зона... ты еще знак прицепи, что запретная зона... или - шлагбаум на брюки приделай, - вот смеху-то будет! у меня, кстати, тоже стоит... нет, не шлагбаум стоит - не смеши, - хуй у меня стоит... да нормально всё это, нормально! ненормально будет, когда он не встанет... кстати: ты измерял? что значит, "в смысле"? без всякого смысла, - линейкой когда-нибудь измерял, на сколько сантиметров твой агрегат в боевом состоянии тянет... нет? и даже мысли такие в голову не приходили? ну, ты даёшь... у тебя что - не было в детстве нормальных друзей? были? и чем же вы, интересно, занимались - чем, взрослея, интересовались? в шашки играли? н-да... потому тебе и вспомнить нечего, что нечего вспоминать; а мы в детстве измеряли - сравнивали, у кого больше... что значит - "зачем"? во-первых, интересно было... а во-вторых, игра у нас в детстве была такая: у кого писюн больше - тот, значит, круче, и не просто круче, а тот - "мужчина", и он - в роли мужчины - сверху... ну-да, кто-то сверху, а кто-то снизу, - я же говорю, что игра у нас в детстве была такая - детская игра "в папу-маму": друг друга мы, пацаны, типа трахали... почему "типа"? а потому что друг другу не засовывали, один в другого не проникали - не по-настоящему, то есть, всё это было... так, баловство! конечно, приятно... еще как приятно! - ёрзая друг по другу, тёрлись друг о друга писюнами... конечно, кончали! еще как кончали... а чего ты, собственно, удивляешься? - многие в детстве так играют, и удивительного в этом ничего нет... где находился в таких играх я? а это - смотря с кем! у одноклассника Толика, к примеру, писюн был чуть больше, чем у меня, и с Толиком, когда мы шли после школы к нему домой, я выступал "в роли женщины": мы приспускали брюки, я ложился на живот, он на меня ложился сверху и, обнимая меня за плечи, судорожно сжимая свою голую попку, с сопением ёрзал, елозил по мне - тёрся своим напряженно торчащим члеником о мои пацанячие булочки... нет, я же сказал, что всё это было по-детски, и в попу, в очечко то есть, он мне не всовывал - на это ума у нас ещё не хватало... а у Игоря и у Жеки - у обоих - писюнчики были чуть поменьше моего, и об их упругие попки своим писюном тёрся я... ну, и Толик, конечно, тоже... тоже тёрся, - я "ебал" Игоря и Жеку, а Толик "ебал" нас троих; а когда приходил Серёга, то "в роли женщины" запросто мог оказаться уже сам Толик, а не только Игорь, Жека или я, - писюн у Серёги был больше всех... кроме того, у Серёги уже росли вокруг писюна - у основания - длинные черные волосы, и кустик чёрных курчавых волос уже был над писюном - на лобке, и - когда Серёга, с сопением елозя и содрогаясь, кончал, на моём теле всегда оказывалась его клейкая горячая влага... нет, в жопу он мне не всовывал; хотя, нет - вру, - однажды, когда мы - я и Серёга - были вдвоём, Серёга попытался мне вставить по-настоящему, но у нас ничего из этого не получилось: мне было больно, и я от такого новшества категорически отказался... да, отказался; а мог бы и согласиться - потерпеть немного... что - моя рука? у тебя в трусах? и в самом деле... ну, не знаю, как она там оказалась! блин, это не рука, а какая-то Мата Хари - везде пролезет... да откуда ж я могу знать, как моя озябшая рука оказалась в твоих жаром пышущих плавках-трусиках? говорю тебе: Мата Хари... и ничего я тебе не дрочу, - не выдумывай! говорю тебе: не выдумывай, - не дрочу я тебе твоего пацана... и не поддрачиваю, - стой спокойно... ну, в трусах моя рука, в трусах, и - что теперь? вытаскивать её, что ли? пусть уже будет там... да ладно тебе! не обкончаешься... а я говорю: не обкончаешься! и вообще... ничего плохого моя рука тебе не сделает - пусть она будет там, где есть... типа - с визитом дружбы... ох, какой ты несговорчивый! ну, хочешь... хочешь - засунь свою руку в трусы мне тоже... ну-да, в трусы, - а что здесь такого? ни засады, ни капкана там нет... говорю тебе: не бойся - засовывай! ну, смелее... вот так! чувствуешь, какой он горячий? губы можно обжечь... что значит - на что я намекаю? ни на что я не намекаю, - стой... а тебе что - послышался намёк? ишь ты! какое у тебя игривое воображение... |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Лёха малый, оглядываясь и едва не плача, поплёлся в гору. Костян огляделся еще раз и нагнулся над распростертым телом продавщицы. Руки у него тряслись. Юбка была прижата задом лежащей и дальше не задиралась. Он засунул руки под неё, повозился и потянул панталоны вниз, насколько это было возможно. Дальше мешала откинутая нога. Я с готовностью обхватил колено женщины двумя руками, выпрямил и сдвинул ноги. Колено было тёплое и гладкое под капроном. Костян напряженно запыхтел, протаскивая панталоны под ягодицами женщины. На минуту мы все замерли. Белые кружевные панталончики были спущены до чулков и уперлись в застёжки подтяжек. Выше был белый гладкий женский живот с тёмным выпуклым треугольником, покрытым чёрными курчавыми волосами. Напрасно я пытался заглянуть в тёмное узкое пространство между бёдер... ничего не видно. Колькина рука потянулась прямо туда. Костян резко отбросил её... "Погодь. ". Он по очереди расстегнул застёжки подтяжек, спустил панталоны до коленей и принялся застёгивать подтяжки вновь. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Она стонала и ахала, не сдерживая голоса. Он почувствовал, что вот-вот кончит и опять, вогнав до конца, стал делать мелкие движения. Она застонала ещё громче и вдруг, обессилев, рухнула на стол. Через несколько взмахов он тоже кончил и, пока она приходила в себя, совершал медленные, слабые движения. Наконец, он вынул, голым пошёл в ванную, вымыл хозяйство и вернулся назад. Пока он одевался, она всё так же лежала животом на столе. |  |  |
| |
|
Рассказ №5954
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Четверг, 14/07/2022
Прочитано раз: 20399 (за неделю: 0)
Рейтинг: 87% (за неделю: 0%)
Цитата: "Рита шла, летела по проспекту. Одета она была достаточно вызывающе. Чего стоит коротенькая юбочка и почти прозрачная блузка? На нее обращали внимание не только лица противоположенного пола, но и женщины, смотря на нее ревностно и с агрессией. Обращал ли на это внимание наш ангел? Риторический вопрос. Солнце светит только ей, а облака прикрывают ее кожу от почти летнего зноя. Как можно назвать Риту одним словом? Красавица, разумеется...."
Страницы: [ 1 ]
Сейчас я расскажу вам одну преинтереснейшую историю, произошедшую с моей знакомой, Ритой. Перенесемся в самое начало.
Вот кроватка. В ней спит совсем маленькое дитя, еще младенец; она заснула -таки после бурного насыщенного дня!
Тьфу. Стоп. Я же хотел показать совсем другой момент. Сменить пленку! Итак, тишина:.
Вот кроватка. В ней спит девочка, я бы даже сказал ангелок с густыми темными волосами. Милашка и мисс очарование, а ей всего девять лет!
Не зря в христианском учении сказано, что большую ношу воздает Бог, наделяя человека красотой. Столько препятствий, барьеров, "скалистых гор" придется ему пройти. И Рите тоже. Сейчас, в детстве, ей ничто такое со стороны зловещего мира не угрожает. Она ребенок - она живет в сказке.
А вот Рите уже 15 лет. Первые парни. Первая любовь. Поцелуи в гаражах. Стоны: "Алеша, Алешка:.." А так же:. Но мой рассказ посвящен тому, что произошло с ней в семнадцать лет. Удивительная история.
Семнадцать лет! Вот он возраст, в котором хочет ощутить себя любая девушка, женщина и девочка. Мечта, которая сбывается у человека только один раз в жизни. Взглянем на нашу все еще очень юную Риту.
Она спит. Среднего роста и изящного телосложения. Лицо, с выделяющимися жгучими ресницами и темными распущенными волосами. В ней угадывается нечто интригующее, некий ореол чувственности делает ее настоящей героиней рассказа, любого, не только моего. Глаза кажутся необычайно большими, одновременно отражающими скромность и нежность. Ее небольшой ротик с чуть припухленными губками, притягивающий взгляд и манящий исследовать его тайны. Спустимся ниже. (она немного повернулась). Груди не очень больших размеров стоят, "гордо держа нос", похожие на два яблочка, принесенных шаловливым Купидоном. Живот ее гладок как атласная ткань. Внимание неизменно привлекает небольшой холмик, едва покрытый пушком, - преддверие ко входу в тайную комнату. Вход в нее был настолько плотный, что с трудом туда можно было вставить палец. Однако, два года назад, бедное юное существо утратило девственность, благодаря какому-то Алешке, который неизвестно откуда появился и неизвестно куда делся. "Все они такие", - в такие моменты думала Рита, все же надеясь найти своего принца. После Алеши были еще парни, но никакого интереса для нас они не представляют. Хм, что-то мы отвлеклись от нашей спящей подруги. У нее есть еще и другая сторона, которую предстоит обследовать: крутой изгиб спины и бархатистость кожи предвещают неописуемые ощущения случайному страннику, решившему зайти с заднего дворика. Разведя две половинки Ритиной тайной комнаты, вашему взору предстанет розовый бутон, такой чистый и невинный. Такого розового цвета вам больше нигде не увидать. Но как это вход плотен, как узок.
Эй вы, читатель! Руками не шевелить и не буйствовать тутъ! Она все-таки спит. Ладно. Давайте отойдем в сторонку и посмотрим, что же с ней произошло в этот день.
Утром Рита проснулась, встала, накинула легкий халатик, едва скрывающий все ее прелести и начала собираться в школу. Точнее она начала собираться в школу, а собралась на прогулку: кому охота в майский теплый денек идти за парту, где тебе прочитают еще одну заунывную лекцию о ядерной физике?! Лучше посидеть на лавочке, послушать пение птиц, покормить рыбок:.
Рита шла, летела по проспекту. Одета она была достаточно вызывающе. Чего стоит коротенькая юбочка и почти прозрачная блузка? На нее обращали внимание не только лица противоположенного пола, но и женщины, смотря на нее ревностно и с агрессией. Обращал ли на это внимание наш ангел? Риторический вопрос. Солнце светит только ей, а облака прикрывают ее кожу от почти летнего зноя. Как можно назвать Риту одним словом? Красавица, разумеется.
Но в нашем мире, полном злости и безнравственности, бессердечности красота должна быть разрушена. Исключений не бывает, ибо красота компромиссов, как и злость, не признает.
Девушка встретила двух парней атлетичного телосложения. Как вам сказать, Риту просто подстерегали два амбала. Отвести ее в темный закоулок - проблемой не было. Заткнуть рот тоже. И вот Рита с заткнутым ртом и связанными руками стоит и смотрит невинными глазами на двух парней. А те на нее. Она внимательно их разглядела: красивые, мускулистые парни. Высокие. Блондины с голубыми глазами. Мои похитители. Элегантно одеты. Особенно первый. Красавцы. Особенно Второй. Надо начать беседу.
-ммммммммммм---ммммм
-Что она говорит?
-Не пойму. Может вынем кляп?
-А пускай орет, все равно ее здесь никто не услышит.
И вот кляп был вынут. Рита решила поговорить с похитителями.
-Понимаете, мне в школу пора, я опаздываю.
-Нет ну ты слышал, ей пора в школу::., - хмыкнул первый.
-Все, раздевай ее. Сил терпеть уже нет.
Именно такой разговор слышал Ваня, сидя на заборе около стройплощадки. О Ване стоит рассказать - щупленький программист лет двадцати, до сих пор в душе ребенок. А главное - у него никогда, никогда-никогда не было девушки. Что же он видит? (да, он уже устроился поудобнее, чтобы подсмотреть самые пикантные моменты живого спектакля).
Вот один из них снимает кружевные трусики с Риты. - Она уже и не сопротивляется. Просто стоит, как тряпка. Другой расстегивает блузку. И: бешеная скачка на лошадях. Рита занимается любовью с двумя парнями сразу. Всеми способами. Во все входы и выходы. И ей это нравится. Когда истязания закончились, двое ребят бросили Риту на землю и тепло попрощались: "Классная дырка. Еще увидимся".
Наш ангел с трудом встал. Но вот расправить крылышки не смог. Ее внешность не стала дурнее, на лице не появилось ни одной морщины. Но уже той Риты не было. Ангел улетел. Она, оскорбленная и униженная, но, к несчастью довольная, еле доползла домой.
Уже в душе она тщательно изучала свое тело: через пушок пробиваются жесткие волосики, бутон начинает раскрываться и страшно болит. В глазах она не видела той нежности, что была раньше. А душа была разбита. Ее покалечили. Она не знала, что делать, и поэтому взяла лезвие в руку.
На следующий день мама нашла труп дочери в ванной комнате.
Страшно. Как из-за простой похоти мы можем разрушить человеческую жизнь, а можем и не одну. Вам не страшно? А мне да.
А Ваня еще неделю сидел в тоже время на заборе и ждал. И ждал.
Вот самое страшно. Вот.
Страницы: [ 1 ]
Читать также:»
»
»
»
|