 |
 |
 |  | Он поглаживал ее теплое бедро, медленно двигаясь пальцами вверх под юбку. Ее внимание было так сосредоточено на том, что она планировала со своими собаками, что она, казалось, не замечала ничего вокруг. Его рука поглаживая круговыми движениями медленно поднималась все выше, пока не коснулась нежных волосиков, которые покрывали ее девственное лоно. . |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Вот - лето... к нам в гости приехали родственники, и с ними смазливый, на девчонку похожий Славка - их сын; мы со Славкой ровесники, - вечером Славку, который мне сразу же понравился, определяют спать со мной вместе - на одной тахте, благо тахта в моей комнате широкая-преширокая, и, едва наши мамы выходят, пожелав нам спокойной ночи, Славка тут же придвигается ко мне близко-близко, отбрасывая в сторону свою простыню; "Ты с кем-нибудь долбишься?" - шепчет он, блестя в темноте глазами; вопрос застаёт меня врасплох, - я ни с кем не долблюсь, но сказать об этом Славке честно у меня почему-то не поворачивается язык, и я неопределённо хмыкаю в ответ - хмыкаю так, чтоб это хмыканье не было похоже ни на утверждение, ни на отрицание; но Славку такой мой невнятный ответ явно не удовлетворяет, и он, совершенно не церемонясь с моими чувствами, спрашивает снова - переспрашивает, поясняя: "Я не понял, что ты сказал"; хуже всего, когда правду не скажешь сразу, а тебя начинают пытать - начинают выспрашивать-уточнять, и тогда приходится изворачиваться... вот это хуже всего!"Я сказал, что да... было несколько раз", - вру я, чтоб не выглядеть в Славкиных глазах полным отстоем; "Я тоже... ну, то есть, тоже - несколько раз, - шепчет Славка, обдавая моё лицо горячим дыханием; я лежу на спине, повернув к Славке голову, в то время как он, приподняв голову - опираясь щекой о подставленную ладонь, нависает надо мной, глядя на меня сверху вниз. - А когда нет девчонки - когда без девчонки... ты в таких случаях что делаешь?" - неугомонный Славка бесцеремонно атакует меня новым вопросом: вдруг выяснятся, что смазливый Славка на девчонку только похож, а характер у него напористый, мужской - в характере Славкином ничего девчоночьего нет; "Я? Ничего я не делаю... а ты?" - я, пробормотав первые пять слов, возвращаю Славке его же вопрос, и голос мой, когда я спрашиваю "а ты?", звучит уже совершенно по-другому - отчетливо и внятно; "Когда нет девчонки? Ты это имеешь в виду?"- горячим шепотом уточняет Славка, глядя мне в глаза; "Ну-да, - шепотом отзываюсь я. - Когда нет девчонки... "; и здесь Славка произносит то, что я в то время не смог бы выговорить ни под какими пытками, - всё так же глядя мне в глаза, Славка говорит: "Когда нет девчонки, я это делаю с Серёгой... " - Славка, мой ровесник, лежащий рядом, говорит мне "я это делаю с Серёгой", и я чувствую, как у меня от неожиданности приливает к лицу кровь; "Как - с Серёгой?" - шепчу я вмиг пересохшими губами; член мой, наполняясь саднящей сладостью, начинает стремительно затвердевать; "Обыкновенно, - шепчет Славка. - Так, как будто с девчонкой... "; я молчу, невольно сжимая мышцы сфинктера, - я смотрю Славке в глаза, пытаясь осмыслить то, что он только что сказал; "А Серёга... это кто?" - не узнавая своего голоса, я выдыхаю шепотом один из миллиона вопросов, которые хаотично возникают - роятся - в моей пылающей голове. "Серёга? Мой одноклассник. Мы дружим с детского сада, - отзывается Славка и тут же, не давая мне времени осмыслить эту новую информацию, задаёт свой очередной вопрос: - А ты что - никогда не пробовал?"; "Что - не пробовал?" - шепчу я, не слыша своего голоса; "Ну, как я... с пацаном, - Славка смотрит в мои глаза неотрывным взглядом; и горячее его дыхание щекотливо касается моего лица. - Никогда не пробовал?"; "Никогда", - еле слышно отзываюсь я; член мой, распираемый изнутри, в трусах гудит, и я, глядя Славке в глаза, то и дело с силой сжимаю мышцы сфинктера - мне хочется сжать, стиснуть горячий член в кулаке, но Славка лежит рядом, и делать это при нём мне кажется совершенно невозможным; "Мы можем попробовать... если ты хочешь", - шепчет Славка таким тоном, как будто предлагает мне прокатиться на велосипеде; я лежу на спине со сладко гудящим членом, и сердце моё колотится так, что мне кажется, что бьётся оно у самого горла; я снова - делая это непроизвольно - облизываю горячие сухие губы; "Ты что - пидарас?" - шепчу я, причем слово "пидарас", обращенное мной к лежащему рядом смазливому Славке, возбуждает меня почти так же сильно, как само Славкино предложение, - в интонации моего голоса нет ни обвинения, ни насмешки, ни страха, а только одно обжигающе горячее, почти телесно ощущаемое любопытство; "Почему пидарас? Я делаю так, когда нет девчонки... и ты так можешь делать, когда нет девчонки. Любой так может делать, когда нет девчонки, - объясняет мне Славка, и я, глядя ему в глаза, не могу понять, говорит он про девчонок серьёзно или это у него такая уловка. - Что - хочешь попробовать?" - шепчет Славка; я невольно облизываю пересохшие губы; "Ну, давай... если ты сам хочешь", - отзываюсь я, причем последние три слова я добавляю исключительно для того, чтобы вся ответственность за подобное поведение была исключительно на Славке; но Славку, кажется, совершенно не волнует, на ком будет "вся ответственность", - сдёргивая с меня простыню, он тут же наваливается на меня своим горячим телом, вжимается в меня, раздвигая коленями мои ноги, и я чувствую, как его напряженно твёрдый - волнующе возбуждённый - член через ткань трусов упирается в мой живот... ох, до чего же всё это было сладко! Ни орального, ни анального секса у нас не было, и даже более того - сама мысль о таких более интимных формах наслаждения нас почему-то ни разу не посещает, - две недели дядя Коля, тётя Света и Славка гостят у нас, и две недели мы со Славкой каждый вечер перед сном, приспуская трусы, поочерёдно трёмся друг о друга возбуждёнными члениками, мы обнимаем и тискаем друг друга, содрогаясь от мальчишеских оргазмов... и что это - форма совместной, ни к чему не обязывающей мастурбации или один из явно "голубых" эпизодов на пути к будущей идентификации себя как любителя своего пола - я особо не думаю, - делать то, что делаем мы, в кайф, и это - главное; главное - удовольствие, а не слова, которыми оно называется... |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Теперь мы оба лежали обнаженные. Со времени моего развода с женой прошло несколько месяцев, и у меня давно уже созрело острое желание раздеться перед женщиной. Очевидно, те же самые чувства испытывала и Валентина. Я обнял и крепко прижал к себе девушку, коснувшись гениталиями треугольника волос на ее лобке. Сладкое щекотливое чувство шевельнулось где-то в глубине души, но мы продолжали обниматься, ничуть не смущаясь взаимным прикосновением наших интимных мест. Теперь она была моя. Я гладил Валентину там, где хотел, постепенно исследуя новое для меня тело, и она делала то же самое, осторожно подбираясь к главному моему достоинству. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Погибнуть в страсти очаровательнейшей из принцесс!!! Сперва нежные прикосновенья. Наших губ! Просто лишь прикосновенья. Как будто бы мы обои не решались никак начать, уже чувствуя взволнованное дыханье друг-друга! Уже зная, что этот третий наш поцелуй, конечно же, никак не будет исключеньем и унесёт нас просто невообразимо, как далеко: В сладостную неизбежность! И так до тех пор, пока Викочка, детка, сама уже не приоткрыла посильнее свой нежный ротик и не попросила у меня этого поцелуя, как голодный вот прямо птенец!!! |  |  |
| |
|
Рассказ №6150
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Среда, 04/05/2005
Прочитано раз: 413088 (за неделю: 12)
Рейтинг: 50% (за неделю: 0%)
Цитата: "-Оближи его, шлюшка, - услышала она голос Макса. - Он так старался. Ты просто обязана его отблагодарить. Девушка послушно опустилась на колени и взяла в рот уже обмякший член. Охранник с наслаждением вздохнул и задвигал бедрами. До этого дня в жизни Кристины был всего один парень, а сегодня ее несколько раз отымели уже четверо. И она прекрасно осознавала, что это только начало. Похоже теперь количество мужчин, поимевших ее будет увеличиваться в арифметической прогрессии...."
Страницы: [ 1 ] [ ] [ ] [ ]
Кристина проснулась от настойчивого стука в дверь. Девушка распахнула глаза и непонимающим взглядом уставилась в дорогой навесной потолок. С тех пор как она уехала из своего родного городка в столицу, прошла, казалось, целая вечность. Похоже, Паша никогда не простит ей эту глупость. Она уже не раз пыталась ему дозвониться. Но он либо вообще не брал трубку, либо бросал, едва услышав ее голос. На глаза девушки навернулись слезы. Она безумно соскучилась по дому, но денег на обратную дорогу не было. Она оказалась здесь в заложниках. Золотые горы, которые ей обещали, оказались кучкой жалкого речного песка. Она никто в этом огромном вертепе и никем и останется. Вчера человек, у которого ее поселили, запретил ей звонить по телефону и велел отобрать всю одежду. Девушка в ужасе ожидала дальнейшего поворота событий. Она знала, что некоторых девушек, которые ехали с ней, заставляли заниматься банальной проституцией. Ее пока не трогали, но она сильно подозревала, что это вовсе не по то! му, что ее сюда привез брат ее бывшего возлюбленного. Нет, Паша ничего не знал. Она не верила в это. Паша просто не мог так с ней поступить. Он всеми доступными средствами пытался ее убедить не ехать. Он же отговаривал ее.
До вчерашнего дня Кристи не верила, что ее ждет та же учесть, что и ее спутниц. Ведь ей разрешали покидать дом, разрешали звонить по телефону. Она была практически свободной. Но после того как у нее отобрали всю одежду, перевели в эту комнату с решетками и заперли, она ожидала только самого худшего.
-Госпожа, вы позволите войти? - раздалось из-за двери.
-Конечно, у вас же ключ, - буркнула девушка. В комнату вошла симпатичная миниатюрная девушка лет двадцати трех. На ней было одето маленькое сильно обтягивающее синее платьице с глубоким декольте, которое скорее открывало, чем скрывало хоть что-то и белый передник. Девушка вошла и положила на кровать какую-то одежду. Когда она слегка наклонилась, Кристина увидела, что на ней белые кружевные трусики. Девушка обернулась и любезно улыбнулась.
-Госпожа, что-то изволит? Кристина не поняла, что девушка имеет в виду, и на всякий случай сказала, что пока все в порядке. Дверь распахнулась и вошла, скорее, ворвалась, энергичная женщина лет тридцати, одетая в черные джинсы и водолазку.
-Милочка, я вижу, вы только проснулись. Очень прискорбно. Мне поручено привести вас в порядок. Так что вставайте, моя дорогая и в душ. Я помогу вам. -
Нет, спасибо, - в ужасе посмотрев на нее, пробормотала Кристина.
-Милочка, - холодно посмотрела на нее дама, - это моя работа.
-Извините, а для чего все это? - поборов страх и растерянность, спросила девушка.
-Мне запрещено отвечать на твои вопросы, - отрезала женщина, смерив ее презрительным взглядом. Процедура мытья оказалась не такой отвратительной, какой представлялась Кристине с самого начала. Женщина, которую как, оказалось, звали Сашей, мыла и натирала ее разными странными гелями. Однако практически не разговаривала с Кристиной. Саша открывала рот только, что дать Кристе новые инструкции. Они вышли из ванны. Служанка в жутко коротком платье стояла на том же месте, где Кристина видела ее в последний раз и так же приторно улыбалась.
-Ну вот. Осталось наложить макияж и одеть вас, милочка. Вы практически готовы.
-К чему? - снова спросила Кристина. Ей было неуютно находиться голой в компании двух одетых женщин. Маленькая служаночка не отрывала своего восхищенного взгляда от ее нагой красоты. И действительно было чем восхищаться. Природа наградила Кристину идеальной фигурой, полной высокой грудью, тонкой талией, роскошными бедрами, стройными, длинными ногами. Саша гладко выбрила ее писю, и были видны ее нежные розовые половые губки. Кристина покраснела.
-Ложись! - скомандовала Саша. Кристина повернулась и увидела в ее руке шприц с тонкой иглой.
-Зачем? - испугалась девушка.
-Нечего бояться, дорогуша, - усмехнулась Саша. Служанка двинулась по направлению к ней. Кристина решила, что лучше с ними не спорить и быстро улеглась на кровать лицом вниз. Надо отдать должное Саше укол она сделала легко почти безболезненно.
-Вставайте, - хлопнула ее по попе женщина. - У вас очень красивое тело, - констатировала она.
-Спасибо, - слабо улыбнулась Кристина.
-Это всего лишь факт. Это препарат не позволит тебе беременеть в течение четырех лет. Дальше по усмотрению хозяина. От этих слов Кристина вся похолодела, ее настолько парализовал страх, что она даже не спросила, чей хозяин. Саша и другая девушка начали ее одевать. Кристина была не в состоянии пошевелиться. Зачем контрацепция? Господи, что с ней хотят сделать? Глаза сами собой наполнились слезами.
-Эй, дорогуша, только не вздумай плакать, - резко тряхнула ее за плечи Саша. - Ты все мои старания испортишь! Садись, наложу макияж. Сью, скажи, что через четверть часа она будет полностью готова. Девушка удалилась. Кристине было тяжело дышать. Готова к чему?! Саша наносила последние штрихи, когда в комнату без стука вошел огромный детина.
-Вижу, она готова, - констатировал он.
-Да, можешь забирать, - небрежно бросила Саша. Детина грубо взял ее за локоть и рывком поставил на ноги.
-Эй, поосторожнее! - крикнула Саша. - На ней не должно быть никаких синяков.
-Не учи, - отмахнулся он, - не впервой. Он вывел Кристину из комнаты. Ноги были ватными и не хотели слушаться. Кристину втащили в комнату. Там находилось много мужчин и зеркал. Табачный дым ударил Кристине в нос, и она чуть не потеряла сознание.
-Лот номер 25, - громко сказал низенький мужчина, во фраке показывая на Кристину. Боже! Это она лот! Ее продают. Девушка вдруг стала все осознавать с удивительной четкостью. Ее взгляд наткнулся на отражение какой-то девицы в ярком макияже, крохотных трусиках-танго, лифе, из которого вываливалась грудь и поверх всего этого платье из абсолютно прозрачного материала. Почему она так на меня похожа? - удивилась девушка и в ту же секунду ее мозг пронзала страшная мысль. Это же она и есть! И все эти мужики пялятся на ее практически обнаженное тело. Кристина залилась краской. Ей казалось, что происходящее всего лишь страшный сон. Она скоро проснется и весь этот ужас закончится. Это просто не может быть! Не может в начале двадцать первого века процветать работорговля! Здесь в ее стране! Этого просто не может быть!
-Двадцать пять! - услышала девушка. - Кто больше? Посмотрите, какая красавица! Всего семнадцать лет! Абсолютное послушание. Кто способен предложить за нее больше двадцати пяти?
-Пятьдесят! - Кристина посмотрела на выкрикнувшего это мужчину. Он сидел, развалившись на дорогом диване с нахальной усмешкой на красивых губах. И вообще мужчина был очень приятной наружности. Кристина совершенно не понимала, зачем такому красивому мужчине покупать себе женщину, наверняка у него от бесплатных желающих отбоя нет.
-Пятьдесят пять! - новый претендент был тоже молод, на вид не старше тридцати, и тоже приятной наружности. Но красота этого молодого человека не была такой мужественной и пугающей, как у предыдущего мачо, она была нежной, немного женственной. Вообще, как заметила Кристина, здесь большинство мужчин были молоды и хороши собой, только несколько джентльменов среднего возраста, которые казались не в своей тарелке и, судя по поведению, также себя и чувствовали. Здесь явно собралось избранное общество.
-Семьдесят, - продолжал торг мачо.
-Семьдесят пять, - светловолосый, похоже, тоже не собирался отступать. Кристине пришло в голову, что они назначают за нее цену, как за какую-то телку. Впрочем, горько усмехнулась девушка, она для них и является телкой. Однако, несмотря на это ее, охватило какое-то непонятное возбуждение, сладко заныло внизу живота. Неужели ее это возбуждает, ей нравится происходящее? Девушка подумала о том, что ее ждет после торгов. Но эта мысль только усилила охватившее ее нетерпение. Мачо как будто прочитал ее мысли, и его улыбка стала еще шире. Кристина гордо вздернула носик и отвернулась. Она видела, как мачо недобро сощурил глаза, но это ее не беспокоила. Что он мог сделать? То, что ей придется переспать с одним из них, было и так очевидно, и она уже даже перестала этого боятся.
-Сто, - сказал мачо.
-Макс, отступись. Ну, зачем она тебе? - услышала она голос светловолосого.
-Нравится она мне, Влад. Люблю, когда сопротивляются, люблю ломать гордых. - от этих слов Кристину охватила дрожь. - Впрочем, я дам тебе ее попользоваться когда-нибудь.
-Господа, - вмешался ведущий, - Последняя цена сто. Предложит кто-нибудь больше?
-Сто десять, - ответил светловолосый. Он явно начал злиться. Внезапно Кристину, несмотря на то, что она смирилась со своей участью, охватил ужас при мысли, что этот Макс выиграет этот спор. Что-то ей подсказывало, что лучше попасть в руки к Владу, чем в лапы этого мачо. Похоже, большинство присутствующих разделяло ее точку зрения. Никто, кроме светловолосого, не осмеливался вступать с ним в спор.
Страницы: [ 1 ] [ ] [ ] [ ]
Читать также:»
»
»
»
|