 |
| |
| | И все-таки Саша пошел один. Как ребята ни звали его с собой, а все равно он решил провести свою первую увольнительную в одиночестве.
| | |
| |
|
| |
| | Женя вздрогнула, когда мужчина начал расстегивать пуговки на ее блузке. Она инстинктивно скрестила руки на груди, стараясь прикрыться. Она стыдилась своей наготы: еще никто из парней не видел ее голой. Сережа нежно отстранил ее руки и поцеловал, шепча ей: | | |
| |
|
| |
| | Он встал на сиськи своей жены, но так как они были очень мокрые соскользнул и упал на пузо Маше, после чего она замычала, но врач шлепнула её по сиське за это, а после собрала вымя, так, то бы Максим мог расположить ноги по его сторонам. Зарина снова принялась сосать член, но на этот раз медленно, извиваясь. Она терла свою грудь, свой живот и мастурбировала письку. Жопой она двигалась по лицу беременной шалавы. | | |
| |
|
| |
| | Однажды она держала меня связанным около полутора часов. Мой ошейник был прикован цепью к левому столбику изголовья кровати, руки были завёрнуты за спину и прикованы к правому, а ноги были связаны вместе и прихвачены к изножью. Я лежал на боку и впервые за всё время наших забав не мог удовлетворить себя - цепи не давали слабины, и я не мог даже коснуться простыни своим членом. Сладкая пытка усугублялась ещё и тем, что, уходя, она оставила возле стены зеркало, в котором я видел себя всего целиком. Наконец, когда я выбился из сил и просто лежал, отсчитывая минуты, она вошла ко мне. Не говоря ни слова, она отвязала мне руки и потом снова покинула комнату. Я понял намёк и быстро кончил, оставаясь прикованным к кровати за шею и ноги. Это было что-то новое. Видимо, член это тоже понимал, и разряжался так, что струя вылетала аж на середину комнаты. Минут через десять она вернулась и освободила меня окончательно. В шутливую отместку за это, связав её на следующий день, я не стал включать погружённый в неё вибратор, оставив её глухо и недовольно мычать в комнате с кляпом во рту. Минут через тридцать я, правда, сжалился, и, вернувшись к ней, всё-таки включил вибратор. Она проводила меня холодным взглядом и, когда я ещё через двадцать минут освободил её, попросила никогда так больше не делать. | | |
| |
|
Рассказ №7173
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Пятница, 18/04/2025
Прочитано раз: 69321 (за неделю: 85)
Рейтинг: 89% (за неделю: 0%)
Цитата: "(НОВОГОДНЯЯ ИСТОРИЯ
..."
Страницы: [ 1 ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ]
(НОВОГОДНЯЯ ИСТОРИЯ
О БЕДНОМ МОНТЁРЕ
И НЕ ТОЛЬКО
О НЁМ...)
risu inepto res ineptior nulla est...
поехали?
1. ВСТРЕЧА В ПУТИ
Я оказался
в случайной компании...
О голубых зашел разговор...
тема избитая! . .
но - один парень
заволновался, - типичный монтёр!
Забеспокоился...
Нервный... субтильный, -
право, такому лучше не пить! -
он то смеялся...
то гневался сильно...
и всё порывался кого-то убить...
Кого? . .
Мы сидели под Петербургом
в деревне глухой, занесённой снегом...
а за окном
бушевала вьюга...
и мат прерывался взрывами смеха...
Тема -
избитая?
В пьяном угаре
под Петербургом семь молодцов
"тему избитую"
вновь избивали -
дым содрогался от злых голосов...
Громко
кричали о пидарасах,
пьяно смеясь над каким-то Серёжей...
"Пидоры
все!" И я соглашался,
не признаваясь им, что я тоже...
"Все!"
(кроме этих, тесно сидящих
вечером поздним под Санкт-Петербургом?) , -
нервно кричал
возбудившийся мальчик...
А за окном куролесила вьюга...
Я думал
о них... о себе... и о многих,
живущих и живших под вечной Луной...
и что
у монтёра стройные ноги...
и что он такой же, как я, голубой...
и что
его тёмная ненависть - это
неясное чувство, что он за бортом...
Звенели стаканы
в дыму сигаретном...
вопило в монтёре его естество...
кричал он -
пристрастно, угарно и пьяно...
а в этот момент австралийский моряк
на сухогрузе,
идущем в Панаму,
юнге ломал пацанячий целяк...
Громко
смеялись они... а в Маниле
в эти мгновения - что за страна? -
неутомимо
друг друга любили
два черноглазых, как ночь, пацана...
С жаром
кричали... а в это же время
члены в сушилке стояли упруго -
в воинской
части южнее Тюмени
два новобранца ласкали друг друга...
Шумно
они возмущались... а где-то
в эти минуты в далёком Чикаго
старший
кадет молодого кадета,
изнемогая, в гостинице трахал...
Слушал я
молча... а в Сан-Себастьяне
в эти минуты французский матрос,
голубоглазый,
весёлый и пьяный,
лапал мальчишку, целуя взасос...
"Пидор!" -
кричали... и в эти минуты
парню Серёже где-то икалось, -
смачно
его обсуждали, как будто
в нём было дело... Вьюга металась
под
Петербургом... а в Кисангани
в это же - в это же самое! - время
трахались в зад
африканские парни...
трахались парни южнее Тюмени...
дёргалось тело
смазливого юнги...
жарко сопели два голых кадета...
я - в это время! -
под Санкт-Петербургом
весело думал, дымя сигаретой,
что
у сидящего рядом монтёра
стройные ноги... и что их на плечи
я бы
забросил, и - до упора...
вмиг бы забыл он дурацкие речи!
Никем
не согретый
в задроченном детстве, -
я таких в жизни видел не раз, -
он оказался
со мной по соседству,
несостоявшийся педераст...
Пили...
а рядом, в соседнем доме,
под одеялом членом играя,
мальчик
Андрюша о мальчике Роме
думал и думал... и, замирая,
слушал
Андрюша стенания вьюги, -
выла она, лютовала за стенкой...
Мальчик
Андрюша думал о друге,
под одеялом сжимая коленки...
2. КСТАТИ...
бывает нечто,
о чём говорят... "смотри, вот это новое" ,
но это было уже в веках, бывших
прежде нас*...
Адам,
воспылавший к Еве,
сотворённой из его ребра...
Христос,
тридцатитрёхлетний,
выделявший ученика Петра...
Зевс,
влюбившийся страстно
в отрока по имени Ганимед...
Солон...
Гиппократ... Гораций -
Страницы: [ 1 ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ]
Читать также:»
»
»
»
|
