 |
| |
| | Мама Вишенка встала на колени и поцеловала папин писюн в самый кончик. Потом папа Карабасов укладывал маму Вишенку на кровать, ложился сверху и двигал попой - поднимал и опускал. Еще в детском садике девочки рассказывали Мальвине, что так взрослые делают детей. Мальчик Буратино никогда не посещал детского садика и ему никто не показывал, как тети и дяди делают детей. В другой раз Мальвиночка видела, мама Вишенка встала на четвереньки и сильно выставила попу. Папа Карабасов прижался к ней животом и толкал, толкал, толкал. А мама громко охала и говорила: | | |
| |
|
| |
| | В бане стоял жар! Раскалённая печь заправлялась снаружи и пришлось ставить светодиодный фонарь чтобы ничего не снести впотьмах. В его белом свете мы казались какими-то потусторонними существами. По всем этическим нормам, мужчина с гордо стоящим членом и девочка-подросток, сидящие рядом на лавке, представляли собой нарушение всех запретов. Но нам было всё равно. Когда мы изрядно прогрелись, я взял загодя заваренный веник. Мила понятливо легла на лавку кверху попкой. Через пять минут она весело попискивала, потом перевернулась, вытянувшись так, что стали видны рёбрышки и блаженно прищурилась, как довольная домашняя киса. | | |
| |
|
| |
| | Наверно бы и дальше так кончал, да вот все как-то в раз то ли подустали, то ли киношку какую-нибудь всем захотелось по телеку посмотреть, ведь Новый год же неожиданно вспомнилось всем как-то за непрекращающимся развратом и еблей. В общем все уже дружно переместились на разложенный в зале перед телеком диван. Людмилка тоже уже устало лежала на боку, а кто-то уже лениво, не столько её трахал, сколько держал свой член в её ротике, который она тоже уже лениво, лениво лишь посасывала, также лениво отсутствующими стеклянными глазами поглядывая в телек. А кто-то также уже и лениво не столько трахал, сколько держал свой хер в её писенке. А я, как муж, чтобы хоть как-то еще приятно сделать своей Людмилке, нежно наминал её сисечки, стараясь ставить колком её соски: | | |
| |
|
| |
| | - До войны в каждом хозяйстве имели свою баньку, и раз в неделю всей семьёй мылись. Была и у нас баня, небольшая, но справная. По субботам мы все вместе ходили мыться. Заходили все разом и отец нас по очереди парил, а потом мать уже домывала каждого из нас. Все были голые, но никого это не удивляло. Тогда все было просто, если кто-то из детей позволял себе что-то такое, пошутить или сделать что-нибудь пакостное, отец мог запросто отвесить подзатыльника, поэтому мы вели себя спокойно. | | |
| |
|
Рассказ №7173
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Понедельник, 10/04/2006
Прочитано раз: 69281 (за неделю: 45)
Рейтинг: 89% (за неделю: 0%)
Цитата: "(НОВОГОДНЯЯ ИСТОРИЯ
..."
Страницы: [ 1 ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ]
(НОВОГОДНЯЯ ИСТОРИЯ
О БЕДНОМ МОНТЁРЕ
И НЕ ТОЛЬКО
О НЁМ...)
risu inepto res ineptior nulla est...
поехали?
1. ВСТРЕЧА В ПУТИ
Я оказался
в случайной компании...
О голубых зашел разговор...
тема избитая! . .
но - один парень
заволновался, - типичный монтёр!
Забеспокоился...
Нервный... субтильный, -
право, такому лучше не пить! -
он то смеялся...
то гневался сильно...
и всё порывался кого-то убить...
Кого? . .
Мы сидели под Петербургом
в деревне глухой, занесённой снегом...
а за окном
бушевала вьюга...
и мат прерывался взрывами смеха...
Тема -
избитая?
В пьяном угаре
под Петербургом семь молодцов
"тему избитую"
вновь избивали -
дым содрогался от злых голосов...
Громко
кричали о пидарасах,
пьяно смеясь над каким-то Серёжей...
"Пидоры
все!" И я соглашался,
не признаваясь им, что я тоже...
"Все!"
(кроме этих, тесно сидящих
вечером поздним под Санкт-Петербургом?) , -
нервно кричал
возбудившийся мальчик...
А за окном куролесила вьюга...
Я думал
о них... о себе... и о многих,
живущих и живших под вечной Луной...
и что
у монтёра стройные ноги...
и что он такой же, как я, голубой...
и что
его тёмная ненависть - это
неясное чувство, что он за бортом...
Звенели стаканы
в дыму сигаретном...
вопило в монтёре его естество...
кричал он -
пристрастно, угарно и пьяно...
а в этот момент австралийский моряк
на сухогрузе,
идущем в Панаму,
юнге ломал пацанячий целяк...
Громко
смеялись они... а в Маниле
в эти мгновения - что за страна? -
неутомимо
друг друга любили
два черноглазых, как ночь, пацана...
С жаром
кричали... а в это же время
члены в сушилке стояли упруго -
в воинской
части южнее Тюмени
два новобранца ласкали друг друга...
Шумно
они возмущались... а где-то
в эти минуты в далёком Чикаго
старший
кадет молодого кадета,
изнемогая, в гостинице трахал...
Слушал я
молча... а в Сан-Себастьяне
в эти минуты французский матрос,
голубоглазый,
весёлый и пьяный,
лапал мальчишку, целуя взасос...
"Пидор!" -
кричали... и в эти минуты
парню Серёже где-то икалось, -
смачно
его обсуждали, как будто
в нём было дело... Вьюга металась
под
Петербургом... а в Кисангани
в это же - в это же самое! - время
трахались в зад
африканские парни...
трахались парни южнее Тюмени...
дёргалось тело
смазливого юнги...
жарко сопели два голых кадета...
я - в это время! -
под Санкт-Петербургом
весело думал, дымя сигаретой,
что
у сидящего рядом монтёра
стройные ноги... и что их на плечи
я бы
забросил, и - до упора...
вмиг бы забыл он дурацкие речи!
Никем
не согретый
в задроченном детстве, -
я таких в жизни видел не раз, -
он оказался
со мной по соседству,
несостоявшийся педераст...
Пили...
а рядом, в соседнем доме,
под одеялом членом играя,
мальчик
Андрюша о мальчике Роме
думал и думал... и, замирая,
слушал
Андрюша стенания вьюги, -
выла она, лютовала за стенкой...
Мальчик
Андрюша думал о друге,
под одеялом сжимая коленки...
2. КСТАТИ...
бывает нечто,
о чём говорят... "смотри, вот это новое" ,
но это было уже в веках, бывших
прежде нас*...
Адам,
воспылавший к Еве,
сотворённой из его ребра...
Христос,
тридцатитрёхлетний,
выделявший ученика Петра...
Зевс,
влюбившийся страстно
в отрока по имени Ганимед...
Солон...
Гиппократ... Гораций -
Страницы: [ 1 ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ]
Читать также:»
»
»
»
|
