 |
| |
| | Сэм запустила пальцы в мои волосы и поцеловала меня в шею. Видно руки у нее давно чесались. Она тут же запустила руки под футболку, лаская мои соски через лифчик. Конечно она на этом не остановилась и залезла снизу под резинку лифчика. Следом резинка лосин и трусиков оказались на коленях, и и через минуту она уже резко входила в меня уже знакомым страпоном. Я кончил раньше, но она продолжала, что продлевало и мой оргазм, пока не кончила сама, и мы вдвоем повалились на кровать. С трудом заставив себя принять после этого душ, мы лежали обессиленные в обнимку. | | |
| |
|
| |
| | Мои яички почувствовали нежный, но властный язычок. Влажный кончик его то щекотал шары, то облизывал всю мошонку снизу-вверх. Иногда меня касались и губы, и тогда они слегка втягивали кусочки моего тела в рот, не переставая ласкать их языком. | | |
| |
|
| |
| | Она сама пришла к нему и не потому совсем, что хотела его увидеть, а потому, что ей всего-навсего нужна была книжка с рассказами Зощенко.
| | |
| |
|
| |
| | Она: Да пароли, прошлым летом на даче... причем не в доме, а на беседке... положивши грудью на стол и задравши мой тоненький сарафан до талии. Это первый раз когда мне при порке не сняли трусики. И хоть они были слишком условные что бы защитить от жгучих поцелуев орехового прута, но зато хоть как то прикрывали если не саму попку, то мою влажную киску, от малолетних мальчишек, которые пялились на меня из-за соседского кустарника. Но это не мешало им все остальное рассмотреть в малейших подробностях. Мне тогда было так стыдно, я кусала губы что бы не кричать, достойно лежать нагнутой над столом под розгой, что бы хоть в чем то остаться взрослой. Но при этом всем... я так возбудилась от одной мысли что они все видят, слышат мои стоны, видят как вздрагивает мое тело при каждом новом ударе, как вспухает новая алая полоса на уже сформировавшейся женской попке, что у меня текло по бедрам... и мне еще добавили горячих за похотливость. И малолетки слышали за что мне дали добавку, и сдавленно хихикали где то вдали за спиной. | | |
| |
|
Рассказ №7173
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Понедельник, 10/04/2006
Прочитано раз: 71284 (за неделю: 9)
Рейтинг: 89% (за неделю: 0%)
Цитата: "(НОВОГОДНЯЯ ИСТОРИЯ
..."
Страницы: [ 1 ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ]
(НОВОГОДНЯЯ ИСТОРИЯ
О БЕДНОМ МОНТЁРЕ
И НЕ ТОЛЬКО
О НЁМ...)
risu inepto res ineptior nulla est...
поехали?
1. ВСТРЕЧА В ПУТИ
Я оказался
в случайной компании...
О голубых зашел разговор...
тема избитая! . .
но - один парень
заволновался, - типичный монтёр!
Забеспокоился...
Нервный... субтильный, -
право, такому лучше не пить! -
он то смеялся...
то гневался сильно...
и всё порывался кого-то убить...
Кого? . .
Мы сидели под Петербургом
в деревне глухой, занесённой снегом...
а за окном
бушевала вьюга...
и мат прерывался взрывами смеха...
Тема -
избитая?
В пьяном угаре
под Петербургом семь молодцов
"тему избитую"
вновь избивали -
дым содрогался от злых голосов...
Громко
кричали о пидарасах,
пьяно смеясь над каким-то Серёжей...
"Пидоры
все!" И я соглашался,
не признаваясь им, что я тоже...
"Все!"
(кроме этих, тесно сидящих
вечером поздним под Санкт-Петербургом?) , -
нервно кричал
возбудившийся мальчик...
А за окном куролесила вьюга...
Я думал
о них... о себе... и о многих,
живущих и живших под вечной Луной...
и что
у монтёра стройные ноги...
и что он такой же, как я, голубой...
и что
его тёмная ненависть - это
неясное чувство, что он за бортом...
Звенели стаканы
в дыму сигаретном...
вопило в монтёре его естество...
кричал он -
пристрастно, угарно и пьяно...
а в этот момент австралийский моряк
на сухогрузе,
идущем в Панаму,
юнге ломал пацанячий целяк...
Громко
смеялись они... а в Маниле
в эти мгновения - что за страна? -
неутомимо
друг друга любили
два черноглазых, как ночь, пацана...
С жаром
кричали... а в это же время
члены в сушилке стояли упруго -
в воинской
части южнее Тюмени
два новобранца ласкали друг друга...
Шумно
они возмущались... а где-то
в эти минуты в далёком Чикаго
старший
кадет молодого кадета,
изнемогая, в гостинице трахал...
Слушал я
молча... а в Сан-Себастьяне
в эти минуты французский матрос,
голубоглазый,
весёлый и пьяный,
лапал мальчишку, целуя взасос...
"Пидор!" -
кричали... и в эти минуты
парню Серёже где-то икалось, -
смачно
его обсуждали, как будто
в нём было дело... Вьюга металась
под
Петербургом... а в Кисангани
в это же - в это же самое! - время
трахались в зад
африканские парни...
трахались парни южнее Тюмени...
дёргалось тело
смазливого юнги...
жарко сопели два голых кадета...
я - в это время! -
под Санкт-Петербургом
весело думал, дымя сигаретой,
что
у сидящего рядом монтёра
стройные ноги... и что их на плечи
я бы
забросил, и - до упора...
вмиг бы забыл он дурацкие речи!
Никем
не согретый
в задроченном детстве, -
я таких в жизни видел не раз, -
он оказался
со мной по соседству,
несостоявшийся педераст...
Пили...
а рядом, в соседнем доме,
под одеялом членом играя,
мальчик
Андрюша о мальчике Роме
думал и думал... и, замирая,
слушал
Андрюша стенания вьюги, -
выла она, лютовала за стенкой...
Мальчик
Андрюша думал о друге,
под одеялом сжимая коленки...
2. КСТАТИ...
бывает нечто,
о чём говорят... "смотри, вот это новое" ,
но это было уже в веках, бывших
прежде нас*...
Адам,
воспылавший к Еве,
сотворённой из его ребра...
Христос,
тридцатитрёхлетний,
выделявший ученика Петра...
Зевс,
влюбившийся страстно
в отрока по имени Ганимед...
Солон...
Гиппократ... Гораций -
Страницы: [ 1 ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ]
Читать также:»
»
»
»
|
