 |
 |
 |  | Я продолжил раздвигать ноги, и вот уже моему взору предстало долгожданное зрелище. Я медленно провелся рукой по внутренней стороне бедра, подбираясь к интимной цели. Второй рукой я стал давить на нее, прижимая ее к кровати. Поначалу она немного сопротивлялась, а потом сдалась и легла на диван. Так как халатик был на молнии, то мне быстро удалось снять его с нее. После этого провелся рукой по животу, подбираясь к груди. Подобравшись к груди, я стал обеим руками массировать ее груди. От этого Наташа, задышала чаще, при этом при-крыв глаза. Сняв с нее лифчик, я припал к соскам губами. У нее были на удивление большие соски, которые моментально затвердели. После сосков я стал целовать ее живот, поиграв языком с ее пупом. Наташа положила мне на голову руки, стала гладить волосы, по ее телу пробежали судороги удовольствия. Но я на этом не остановился - я снял с нее трусики, после чего пробежался губами по ее лобку и стал вылизывать ее клитор. Я играл языком с ее клитором, слегка покусывал его зубами. От этого из нее потек самый сладострастный сок - сок возбужденной женщины. После клитора я переключился на половые губы. Слегка облизав их, я понял, что пора. |  |  |
|
 |
 |
 |  | Андрей подумал о том съеденном лярвами женщинами американце. Рэндоле Митчеле. Он не смог помочь ему. Он в том мире, всего лишь сторонний наблюдатель и посетитель. А Рэндол был жертвой. И он не мог ему помочь. Это было все вне его возможностей и всех правил, существующих там в том загробном мире, мире второго плана. Именно оттуда приходит Изуфуиль и занимается с ним Андреем любовью. Либо он в своих тех загробных снах приходит к ней в ее тот на огромном черном озере дворец из камня и железа. Она демон. Но добрый демон. По отношению к нему Сурганову Андрею. Она приходила к нему совсем молодой еще девочкой лет тринадцати или четырнадцати, потом уже взрослой молодой женщиной. И всегда была очень красивой. То брюнеткой то блондинкой. Меняя цвет кожи волос и даже глаз. Он любил ее. Как любил и тот, кто был его вторым Я. |  |  |
|
 |
 |
 |  | Таня, как и была, без трусов, приоткрыв входную дверь, вышла на лестничную площадку, освещённую слабой сорокаваттной лампочкой. Она помахала мне вслед рукой, когда я спустился на полпролёта, и, пройдя два этажа вниз, я услышал, как она зашла к себе и захлопнула дверь. Я вышел из подъезда: темнота - хоть глаз выколи, дождь немного затих, но всё же капает, на улице не души. Дошёл до дороги - машин нет, пришлось идти дальше, до перекрёстка, где и остановился. "Да уж, приключения ночные!" Мимо прошли два сильно пьяных мужика, опёршись друг об друга. Минут пятнадцать потратил на то, чтобы поймать "тачку", и вот, наконец-то, я еду домой! Трусы мокрые, в сперме, в голове сумбурные мысли сменяют друг друга. До дома добрался около трёх часов ночи. |  |  |
|
 |
 |
 |  | Потом так и остались лежать, пока мой член не остыл и не выскочил из нежного Сашенного домика. |  |  |
|
|
Рассказ №8234
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Понедельник, 02/04/2007
Прочитано раз: 44140 (за неделю: 93)
Рейтинг: 88% (за неделю: 0%)
Цитата: "Её головка поднималась и опускалась в самом упоительном на свете ритме, и Кайге, откинувшись назад, издал сладострастный стон. Похоже, красотка, и впрямь хороша. Теперь, когда первый шаг в нужном направлении сделан, укрощать её станет легче...."
Страницы: [ 1 ] [ ]
Она невольно вскрикнула, ощутив как ключ входит в её замок, и тут же закусила губу, мечтая изобразить отстранённое равнодушие. Однако получилось не слишком хорошо. Невольница к её годам уже привыкает к грубому обращению, но ведьма, чародейка Вагаду, у всех вызывающая почтение и страх, наверняка ни разу не испытывала подобного унижения.
Я сжал её груди - замечательно упругие, словно огромные виноградины из райского сада и задвигался быстрее. Колдунья не выдержала и тихо ойкнула. Из уголков зажмуренных глаз побежали слёзы. Склонившись ниже, я легонько укусил её правый сосок, вызвав новый стон. Ну-ну, не так на самом деле всё плохо. Даже кровь не выступила.
Хотя, дело ведь было не только в боли. Ручаюсь, во время мистических странствий, без которых не стать чародеем, она прошла через более серьёзные испытания. Дело в остром, как лезвие ножа осознании поражения - более полного, чем просто пленение. Мне досталось не только её свобода, но и её тело.
Впрочем, о философии я в тот момент не задумывался, как и о чём-либо другом.
Хотя это второе сражение тоже было колдуньей проиграно, она время от времени снова начинала биться, мотая головой, словно в попытке отогнать кошмарные ведения. Помочь освободиться это ей уже не могло, а мне только доставляло удовольствие: бархатистая пещера, гостем которой я нынче стал, содрогалась, против желания своей госпожи, нежно массируя мой скипетр.
Сдерживаться долее не осталось сил - эта нежная кожа, подпрыгивающий при каждой моей новой атаке груди, пухлые губы, скривленные в страдальческой гримасе и плоский, похожий на бронзовое зеркало, живот могли вызвать оргазм одним своим видом. А уж то, что сокрыто от взоров:
Я вздрогнул, выгибая спину, и с силой выдохнул. Кайге, наблюдавший за мной внимательней, чем искусная любовница, догадался, что его звёздный час тоже уже недалёк, и начал снимть плащ.
- Ты такая сладкая: прошептал я, склоняясь к тёмной раковине ушка и только сейчас замечая красивую золотую серьгу с рубином. Поклянись быть ласковой, и другие тебя не получат.
- Сдохни: шакал. Прохрипела она и закашлялась.
- У тебя был выбор.
Я поднялся, оправляя кильт. В теле - необыкновенная лёгкость, словно вскрыли невидимый нарыв. Опасения, заботы - всё вышло наружу вместе с семенем. До чего же прекрасно побеждать!
- Ну что, красавица, гляжу, ты знакомы эти танцы. Замурлыкал Кайге. Уверен, твой ротик умеет многое. В Вагаду знают, как сделать любовь искусной. Разве не там построен храм Химйам, самый большой во всех окрестных землях?
Она не ответила - лишь выразительно стиснула зубы, когда предводитель чако стащил набедренную повязку и присел рядом.
- А, вот как? Если тебе не глянулся я, может, понравятся мои друзья? Они не такие утончённые, зато весьма неутомимые.
При этих словах ведьма дёрнулась и испуганно обвела глазами столпившихся вокруг монстров. Многие из них были обнажены, а набедренные повязки чуть более цивилизованных, не скрывали вздыбленного естества. Ростом чако не вышли, но их палицы могли испугать и старую, повидавшую виды портовую девку.
- Ну что?
Мгновение-другое колдунья колебалась, но потом снова зажмурилась и резко отвернулась, рассыпав волосы по земле.
- Знаешь, от тебя не много останется после их забав. С другой стороны, как же, моим молодцам уйти, ни разу не спустив тетивы: Им такое совсем не по вкусу придётся Кайге сделал вид что раздумывает. Я с интересом прислушивался, гадая, что он собирается выкинуть, чтобы обезопасить своё главное сокровище от стль красивых, но острых зубов.
Угроза мучительной смерти здесь явно не поможет. М-м-м, ты пришлась по душе моему товарищу, да и мне тоже: так что вот как: придётся отдать чако твоего дружка. Зад у него не такой привлекательный, как твой, но они против не будут.
Ведьма бросила на него недоверчивый взгляд. Довольный, что снова привлёк её внимание, Кайге повернулся к сторожившим воина монстрам.
- Давайте, можете развлечься с ним.
Чако заурчали, общими усилиями перевернули отчаянно сопротивляющуюся и изрыгающую проклятия жертву на живот, разодрали набедренную повязку и стали совещаться на своём гортанном языке. Насколько я понял, они прикидывали, как ослабить путы, чтобы и добраться до чёрного входа нашего друга, и излишней опасности себя не подвергнуть.
- Нет: нет! Не делайте этого! - Впервые в голосе неукротимой амазонки зазвучали умоляющие нотки. Определённо, этот Нсинда ей небезразличен.
Не надо:
В Гинене к содомии относятся плохо. Лесбиянки и бисексуалки не вызывают ни у кого отвращения, а вот мужчина, предпочитающий мужчин, считается осквернённым. То, что в нашем случае речь шла не о предпочтениях, а о насилии, ничего не меняло. Вообще-то, попасть в плен воителю не зазорно, особенно к колдуну. А мне, конечно, до знаменитого Гбонки или Вагамбе далеко, но тайными силами я ведь тоже владею. Пленный полководец может быть уважаемым заложником, по-прежнему важной фигурой в политической игре. Но изнасилованный, да ещё грязными чако, он становится ниже последнего раба. Даже если ему удаётся бежать, пользы от этого будет мало. Свои станут обращаться с ним хуже, чем зеки в тюрьме с "опущенным".
- Не надо. Я: я сделаю, всё как ты хочешь: пожалуйста:
- Только постарайся. - Сладким голосом предупредил Кайге, взмахом руки приказывая стражам остановиться. - Мне же непросто будет сдержать своих ребят. А если ты решишь меня покалечить: Колдун - вот он - умеет излечивать что угодно. Кроме смерти. Я видел, как он новую руку отрастил одной придворной даме: которая как-то приглянулась крокодилу. Так что мои горести скоро закончатся, а вот что мы сделаем с вами: Понимаешь?
- Да, да. Пожалуйста.
- Отпустите её. Она слишком умна, чтобы бежать, верно?
Чако разжали лапы и отступили на пару шагов. Чародейка встала, как-то растерянно озираясь, потом шмыгнула носом и медленно опустилась на колени перед Кайге, удобно рассевшемся на каменной глыбе.
- Не делай этого! Не сдавайся им! Взревел Нсинда.
Ещё интересней! Похоже, ему, в свою очередь, тоже не всё равно, чем обернётся пленение для спутницы. Какая захватывающая интрига: и какие возможности для игры здесь открываются! Небезызвестный маркиз был бы счастлив
Она даже не повернула головы, только едва заметно ссутулилась. Потом нагнулась, и грива иссиня-чёрных волос накрыла бёдра Кайге.
Кто-то говорил, что делающая минет девушка - самое сексуальное зрелище на свете - с одним условием: она непременно должна быть босой. Но наша пленница выглядела отлично и в своих лёгких сандалиях.
Её головка поднималась и опускалась в самом упоительном на свете ритме, и Кайге, откинувшись назад, издал сладострастный стон. Похоже, красотка, и впрямь хороша. Теперь, когда первый шаг в нужном направлении сделан, укрощать её станет легче.
Чувствуя вновь нарастающее возбуждение, я подумал, что стоит на будущее обезопасить себя от её магии и обеспечить покорность. Есть один ритуал: в моём поместье в Исамба живёт несколько невольниц. Все удивительно послушны: я могу спокойно уснуть среди них, оставив на видном месте обнажённый кинжал. И вовсе не потому, что меня нежно любят.
Уже тогда я, наверное, знал, что, в конце концов, заберу колдунью себе.
Хотя не мог предвидеть, к чему это приведёт.
Кайге застонал громче, обхватил ладонью затылок девушки и несколько раз сильно нажал, погружаясь как можно глубже. Потом замер и обмяк.
- А-ах. Недурно. Химйам действительно не обделила тебя своим огнём. Что скажешь, Дан?
- Дай-ка мне место?
- Что? - Он поднял бровь.
- Отойди в сторонку.
- А, тоже хочешь попробовать? Давай. Он соскочил с камня.
Колдунья обречёно посмотрела на меня снизу вверх и вытерла губы тыльной стороной ладони. Я распутал шнурок кильта - по правилам мне следует быть абсолютно обнажённым и нагнулся.
- Ты слышала о Сереке? О Седом Волке, духе воины и боли? Знаешь, как можно воспользоваться его могуществом?
В глазах её промелькнул ужас - о Сереке она, определённо, слышала. Не дав чародейке опомнится, я толкнул её вперёд, бросил лицом вниз на валун, где только что сидел Кайге, прижав шоколадные груди к шершавому камню. Она затрепыхалась, но сил и воли к борьбе осталось у неё немного.
Заломив одну руку пленнице за спину, я пристроился сзади. Вид отсюда открывался не менее захватывающий, чем с фронта. Пот сбегал по эбеновым ягодицам, задерживаясь в двух очаровательных ямочках над ними, возникших, когда она выпрямилась, пытаясь освободиться: и щедро увлажняя дивно-узкое ущелье запретных наслаждений - так что прорваться туда оказалось не сложно.
Страницы: [ 1 ] [ ]
Читать из этой серии:»
Читать также:»
»
»
»
|