Рассказ №8234

     Она невольно вскрикнула, ощутив как ключ входит в её замок, и тут же закусила губу, мечтая изобразить отстранённое равнодушие. Однако получилось не слишком хорошо. Невольница к её годам уже привыкает к грубому обращению, но ведьма, чародейка Вагаду, у всех вызывающая почтение и страх, наверняка ни разу не испытывала подобного унижения.
     Я сжал её груди - замечательно упругие, словно огромные виноградины из райского сада и задвигался быстрее. Колдунья не выдержала и тихо ойкнула. Из уголков зажмуренных глаз побежали слёзы. Склонившись ниже, я легонько укусил её правый сосок, вызвав новый стон. Ну-ну, не так на самом деле всё плохо. Даже кровь не выступила.
     Хотя, дело ведь было не только в боли. Ручаюсь, во время мистических странствий, без которых не стать чародеем, она прошла через более серьёзные испытания. Дело в остром, как лезвие ножа осознании поражения - более полного, чем просто пленение. Мне досталось не только её свобода, но и её тело.
     Впрочем, о философии я в тот момент не задумывался, как и о чём-либо другом.
     Хотя это второе сражение тоже было колдуньей проиграно, она время от времени снова начинала биться, мотая головой, словно в попытке отогнать кошмарные ведения. Помочь освободиться это ей уже не могло, а мне только доставляло удовольствие: бархатистая пещера, гостем которой я нынче стал, содрогалась, против желания своей госпожи, нежно массируя мой скипетр.
     Сдерживаться долее не осталось сил - эта нежная кожа, подпрыгивающий при каждой моей новой атаке груди, пухлые губы, скривленные в страдальческой гримасе и плоский, похожий на бронзовое зеркало, живот могли вызвать оргазм одним своим видом. А уж то, что сокрыто от взоров:
     Я вздрогнул, выгибая спину, и с силой выдохнул. Кайге, наблюдавший за мной внимательней, чем искусная любовница, догадался, что его звёздный час тоже уже недалёк, и начал снимть плащ.
     - Ты такая сладкая: прошептал я, склоняясь к тёмной раковине ушка и только сейчас замечая красивую золотую серьгу с рубином. Поклянись быть ласковой, и другие тебя не получат.
     - Сдохни: шакал. Прохрипела она и закашлялась.
     - У тебя был выбор.
     Я поднялся, оправляя кильт. В теле - необыкновенная лёгкость, словно вскрыли невидимый нарыв. Опасения, заботы - всё вышло наружу вместе с семенем. До чего же прекрасно побеждать!
     - Ну что, красавица, гляжу, ты знакомы эти танцы. Замурлыкал Кайге. Уверен, твой ротик умеет многое. В Вагаду знают, как сделать любовь искусной. Разве не там построен храм Химйам, самый большой во всех окрестных землях?
     Она не ответила - лишь выразительно стиснула зубы, когда предводитель чако стащил набедренную повязку и присел рядом.
     - А, вот как? Если тебе не глянулся я, может, понравятся мои друзья? Они не такие утончённые, зато весьма неутомимые.
     При этих словах ведьма дёрнулась и испуганно обвела глазами столпившихся вокруг монстров. Многие из них были обнажены, а набедренные повязки чуть более цивилизованных, не скрывали вздыбленного естества. Ростом чако не вышли, но их палицы могли испугать и старую, повидавшую виды портовую девку.
     - Ну что?
     Мгновение-другое колдунья колебалась, но потом снова зажмурилась и резко отвернулась, рассыпав волосы по земле.
     - Знаешь, от тебя не много останется после их забав. С другой стороны, как же, моим молодцам уйти, ни разу не спустив тетивы: Им такое совсем не по вкусу придётся Кайге сделал вид что раздумывает. Я с интересом прислушивался, гадая, что он собирается выкинуть, чтобы обезопасить своё главное сокровище от стль красивых, но острых зубов.
     Угроза мучительной смерти здесь явно не поможет. М-м-м, ты пришлась по душе моему товарищу, да и мне тоже: так что вот как: придётся отдать чако твоего дружка. Зад у него не такой привлекательный, как твой, но они против не будут.
     Ведьма бросила на него недоверчивый взгляд. Довольный, что снова привлёк её внимание, Кайге повернулся к сторожившим воина монстрам.
     - Давайте, можете развлечься с ним.
     Чако заурчали, общими усилиями перевернули отчаянно сопротивляющуюся и изрыгающую проклятия жертву на живот, разодрали набедренную повязку и стали совещаться на своём гортанном языке. Насколько я понял, они прикидывали, как ослабить путы, чтобы и добраться до чёрного входа нашего друга, и излишней опасности себя не подвергнуть.
     - Нет: нет! Не делайте этого! - Впервые в голосе неукротимой амазонки зазвучали умоляющие нотки. Определённо, этот Нсинда ей небезразличен.
     Не надо:
     В Гинене к содомии относятся плохо. Лесбиянки и бисексуалки не вызывают ни у кого отвращения, а вот мужчина, предпочитающий мужчин, считается осквернённым. То, что в нашем случае речь шла не о предпочтениях, а о насилии, ничего не меняло. Вообще-то, попасть в плен воителю не зазорно, особенно к колдуну. А мне, конечно, до знаменитого Гбонки или Вагамбе далеко, но тайными силами я ведь тоже владею. Пленный полководец может быть уважаемым заложником, по-прежнему важной фигурой в политической игре. Но изнасилованный, да ещё грязными чако, он становится ниже последнего раба. Даже если ему удаётся бежать, пользы от этого будет мало. Свои станут обращаться с ним хуже, чем зеки в тюрьме с "опущенным".
     - Не надо. Я: я сделаю, всё как ты хочешь: пожалуйста:
     - Только постарайся. - Сладким голосом предупредил Кайге, взмахом руки приказывая стражам остановиться. - Мне же непросто будет сдержать своих ребят. А если ты решишь меня покалечить: Колдун - вот он - умеет излечивать что угодно. Кроме смерти. Я видел, как он новую руку отрастил одной придворной даме: которая как-то приглянулась крокодилу. Так что мои горести скоро закончатся, а вот что мы сделаем с вами: Понимаешь?
     - Да, да. Пожалуйста.
     - Отпустите её. Она слишком умна, чтобы бежать, верно?
     Чако разжали лапы и отступили на пару шагов. Чародейка встала, как-то растерянно озираясь, потом шмыгнула носом и медленно опустилась на колени перед Кайге, удобно рассевшемся на каменной глыбе.
     - Не делай этого! Не сдавайся им! Взревел Нсинда.
     Ещё интересней! Похоже, ему, в свою очередь, тоже не всё равно, чем обернётся пленение для спутницы. Какая захватывающая интрига: и какие возможности для игры здесь открываются! Небезызвестный маркиз был бы счастлив
     Она даже не повернула головы, только едва заметно ссутулилась. Потом нагнулась, и грива иссиня-чёрных волос накрыла бёдра Кайге.
     Кто-то говорил, что делающая минет девушка - самое сексуальное зрелище на свете - с одним условием: она непременно должна быть босой. Но наша пленница выглядела отлично и в своих лёгких сандалиях.
     Её головка поднималась и опускалась в самом упоительном на свете ритме, и Кайге, откинувшись назад, издал сладострастный стон. Похоже, красотка, и впрямь хороша. Теперь, когда первый шаг в нужном направлении сделан, укрощать её станет легче.
     Чувствуя вновь нарастающее возбуждение, я подумал, что стоит на будущее обезопасить себя от её магии и обеспечить покорность. Есть один ритуал: в моём поместье в Исамба живёт несколько невольниц. Все удивительно послушны: я могу спокойно уснуть среди них, оставив на видном месте обнажённый кинжал. И вовсе не потому, что меня нежно любят.
     Уже тогда я, наверное, знал, что, в конце концов, заберу колдунью себе.
     Хотя не мог предвидеть, к чему это приведёт.
     Кайге застонал громче, обхватил ладонью затылок девушки и несколько раз сильно нажал, погружаясь как можно глубже. Потом замер и обмяк.
     - А-ах. Недурно. Химйам действительно не обделила тебя своим огнём. Что скажешь, Дан?
     - Дай-ка мне место?
     - Что? - Он поднял бровь.
     - Отойди в сторонку.
     - А, тоже хочешь попробовать? Давай. Он соскочил с камня.
     Колдунья обречёно посмотрела на меня снизу вверх и вытерла губы тыльной стороной ладони. Я распутал шнурок кильта - по правилам мне следует быть абсолютно обнажённым и нагнулся.
     - Ты слышала о Сереке? О Седом Волке, духе воины и боли? Знаешь, как можно воспользоваться его могуществом?
     В глазах её промелькнул ужас - о Сереке она, определённо, слышала. Не дав чародейке опомнится, я толкнул её вперёд, бросил лицом вниз на валун, где только что сидел Кайге, прижав шоколадные груди к шершавому камню. Она затрепыхалась, но сил и воли к борьбе осталось у неё немного.
     Заломив одну руку пленнице за спину, я пристроился сзади. Вид отсюда открывался не менее захватывающий, чем с фронта. Пот сбегал по эбеновым ягодицам, задерживаясь в двух очаровательных ямочках над ними, возникших, когда она выпрямилась, пытаясь освободиться: и щедро увлажняя дивно-узкое ущелье запретных наслаждений - так что прорваться туда оказалось не сложно.


Страницы: [ 1 ] [ 2 ]

Читать из этой серии:

Читать также: