 |
| |
| | Схватив старуху двумя руками за волосы и заставив её, вскрикнув, сильно запрокинуть голову назад и выгнуть спину. Жестокий половой акт продолжался ещё минут сорок, за это время пожилая женщина несколько раз обмочилась, а когда струя горячей спермы ударила у неё в кишечнике, тело старухи выгнулось и забилось в судорогах оргазма. Если бы Хозяин не держал свою мать за бёдра и волосы, то раба повалилась бы на пол. Удержав старуху навесу, он чувствовал, как сжимаются мышцы, сжимая его член. Мышцы пожилой женщины ослабли и член сына высклезнул из её зада. Тело пожилой рабы обмякло, она снова обмочилась. Мужчина отпустил тело своей матери, и голая старуха тяжело повалилась на пол. Сев на кровать, он закурил, разглядывая свою жертву. | | |
| |
|
| |
| | Мы поужинали, курили в зимнем саду, стали смотреть кино, которое он предложил мне выбрать. Вот думаю, началось. Сейчас откроет шкаф, а там полон шкаф гей-порнухи. Нет девочки, не угадали. Мы смотрели "Сибирский цирюльник" и "Эвиту". Потом я стал зевать и ушел в душ. Выхожу, везде притушен свет. Захожу в спальню. | | |
| |
|
| |
| | Инна теперь желала только одного - чтоб в ее дырочку ворвался толстый, раскаленный, упругий член и пронзил ее до самого нутра, разорвав напополам! Но ласковый истязатель не торопился. Он видел, что она готова. Нужен был завершающий аккорд. Вряд ли это ей муж делал. Лучинский присел на корточки и, стянув трусики до самых щиколоток, безжалостно вонзил свой язык в пылающий розовый зев. Она застонала громче. Его шершавый горячий язык пронзал электрическим током ее тело. Он то легко пробегался вверх-вниз по щелке, то погружался в вулканическую лаву вульвы, и, выйдя из жаром объятой вульвы, взлетал вверх и тормозил у клитора. Тогда губы брали волшебный бугорок в плен и всасывали его в рот, потом выпускали и легкими быстрыми и ласковыми касаниями приводили его в восторг. Не забывал язык и коричневое колечко. Фаза возбуждения все нарастала. Оргазм был не за горами. Андрей ускорил процесс. | | |
| |
|
| |
| | Верно говорят, что женщину лучше чувствует женщина, чем мужчина: первой под воздействием как раз женского языка добралась до оргазма Валя: знакомо заскулила. Из занимаемой мною позы можно было видеть зад Вали, которая опустилась на Нинино лицо, прижавшись к нему вагиной, завздрагивала, и, наверное, замотала головой, как обычно. Есть! Валя сползла в сторону и затихла. | | |
| |
|
Рассказ №8547
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Вторник, 15/04/2025
Прочитано раз: 59647 (за неделю: 8)
Рейтинг: 62% (за неделю: 0%)
Цитата: "Отпросился у другого вожатого и повел мою писаршу в палату к мальчикам. Девочка была вся такая тихая, послушная, милая. Просто прелесть. Завожу в пустую палату. Мозг в нужном направлении работает лихорадочно. Раскладываю стенгазету на кровати. Сажусь на стул, девочке предлагаю сесть мне на колени. Садится! Диктую текст. Этого мне мало. Делаю ей строгое замечание, чтоб не мяла коленями газету. Моя девочка РАЗДВИГАЕТ НОГИ. Забыл сказать: на ней юбочка и толстые колготки. Пишет. Обнаглев, я начинаю гладить ее ноги и с трепетом дохожу до промежности. Чувствую выпуклость. Глажу. Она не сопротивляется! Я, задыхаясь, диктую. Ей трудно сидеть широко раздвинув ноги. Но стоит ей хоть немножко их сдвинуть, как я грозно командую- Ноги раздвинь! Так повторяется много раз...."
Страницы: [ 1 ]
Случилось это в пионерлагере в середине 80-х. Я проходил педагогическую практику и вынужден был стать на пару месяцев вожатым. Оказаться среди десятков девчушек-пионерок, было для меня потрясением. Я был весьма закомплексован, а тут в первый же день подходит этакая худющая дылдочка и, сгорая от стыда, проситься в туалет. Словом, началась новая жизнь. Как будто мне дана такая власть, что я решаю отпустить ли девочку или пусть мучается.
Мелочь, а приятно. Отпустил, конечно. А теперь о более "крупном". Нет, я не лишил себя или кого-то девственности, но произошедшее было для меня грандиозным. Но, по порядку. Задали мне нарисовать отрядную газету. Рисую я, как говорят, весьма неплохо. Но почерк у меня неровный. Рисую какого-то сказочного персонажа, типа Пяточка.
Девочки наши облепили меня. Восхищались, как у меня здорово получается. А текст я писать отказываюсь. Проходит неделя, гуляет наш отряд на улице, подходит ко мне симпатичная девчушка-пионерка и говорит, что у нее красивый почерк и она может написать текст. Я моментально возбудился.
Отпросился у другого вожатого и повел мою писаршу в палату к мальчикам. Девочка была вся такая тихая, послушная, милая. Просто прелесть. Завожу в пустую палату. Мозг в нужном направлении работает лихорадочно. Раскладываю стенгазету на кровати. Сажусь на стул, девочке предлагаю сесть мне на колени. Садится! Диктую текст. Этого мне мало. Делаю ей строгое замечание, чтоб не мяла коленями газету. Моя девочка РАЗДВИГАЕТ НОГИ. Забыл сказать: на ней юбочка и толстые колготки. Пишет. Обнаглев, я начинаю гладить ее ноги и с трепетом дохожу до промежности. Чувствую выпуклость. Глажу. Она не сопротивляется! Я, задыхаясь, диктую. Ей трудно сидеть широко раздвинув ноги. Но стоит ей хоть немножко их сдвинуть, как я грозно командую- Ноги раздвинь! Так повторяется много раз.
В конце я говорю: Когда я нажму тебе сюда (жму на бугорок) -сразу раздвигаешь. Поняла? Надавливаю.
Слушается! Работа завершена. Газета вся написана. Но остановиться нет сил.
Я даю ей бумажку и диктую какую то чушь, лишь бы протянуть время. Пальцами трогаю и нажимаю милый бугорок. В корпус забегают нагулявшиеся пионеры. Я резко отодвигаю стул и встаю, сбросив с себя девчушку. Она прыгает на пол не успев сдвинуть ноги.
Страницы: [ 1 ]
Читать также:»
»
»
»
|
