 |
| |
| | Наступило утро... обычное утро обычного будничного дня середины зимы. В предрассветной темноте загорелись окна домов, на остановках начал собираться народ, открылись станции метро и толпы пролетариев хлынули вниз, торопясь к началу утренней смены. Прошёл ещё час, и из подъездов показались ондатровые шапки чиновников. Когда почти совсем рассвело, настал черёд студентов и школьников.
| | |
| |
|
| |
| | Ты наверно пошла в меня. Я очень люблю точить ножи и щекотать при этом себе пипу. А еще я поняла что носить панталоны очень приятно, и панталонами щекотать пипу -это особое наслаждение, сказала мама. После этого моя мама сказала мне- доченька садись возле меня, я буду точить этот кухонный нож, а ты пощекочешь пипу себе панталонами. С этими словами мама начала крутить колесико и очень плавно с нежным нажимом неторопливо начала водить лезвием ножа по каменному колесику. Звук был изысканно тонкий, в маминых руках нож пищал и звенел как самый звонкий колокольчик. Я не вытерпела и начала водить панталонами по своему клитору. Ощущение от панталон было невероятно приятное, я не могла вынести и у меня был сильнейший оргазм. И я поняла почему моя мама носит панталоны и меня заставляла их одевать. | | |
| |
|
| |
| | После этого я аккуратно вынул наконечник из ее попки и велел ей забираться на стол для колоноскопии, и лечь в ту же позу, в которой она лежала под клизмой. Она послушно выполнила это распоряжение, забравшись на высокий стол и улегшись на левый бок с поджатыми ножками. Я взял на палец еще вазелина и обильно смазал ей задний проход. Врач тоже надел перчатки, вынул из стерильного раствора гибкий черный шланг колоноскопа, подключил один конец оптического прибора к соответствующему гнезду в аппаратуре, а другой конец, кроме "головки" прибора, обильно смазал вазелином на довольно большую длину. Затем он раздвинул девушке ягодицы и осторожно ввел ей гибкий толстый черный шланг неглубоко в попку. Я наблюдал за этим и нашел эту картину необыкновенно эротичной и дразнящей, даже гораздо более эротичной, чем клизма: девочка, лежащая с толстым черным шлангом, торчащим из ее нежной попки, смотрелась необыкновенно возбуждающе. Врач, однако, больше смотрел не на девочку, а на экран монитора, разглядывая там картину слизистой прямой кишки девушки и время от времени что-то бормоча себе под нос. Затем врач начал осторожно продвигать шланг глубже, рассматривая на мониторе меняющуюся картину. Я в это время следил за тем, чтобы девочка лежала спокойно и не дергалась, поглаживая ее и раздвигая ей попку, чтобы она не сжималась при продвижении шланга колоноскопа. | | |
| |
|
Рассказ №8547
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Вторник, 15/04/2025
Прочитано раз: 59333 (за неделю: 25)
Рейтинг: 62% (за неделю: 0%)
Цитата: "Отпросился у другого вожатого и повел мою писаршу в палату к мальчикам. Девочка была вся такая тихая, послушная, милая. Просто прелесть. Завожу в пустую палату. Мозг в нужном направлении работает лихорадочно. Раскладываю стенгазету на кровати. Сажусь на стул, девочке предлагаю сесть мне на колени. Садится! Диктую текст. Этого мне мало. Делаю ей строгое замечание, чтоб не мяла коленями газету. Моя девочка РАЗДВИГАЕТ НОГИ. Забыл сказать: на ней юбочка и толстые колготки. Пишет. Обнаглев, я начинаю гладить ее ноги и с трепетом дохожу до промежности. Чувствую выпуклость. Глажу. Она не сопротивляется! Я, задыхаясь, диктую. Ей трудно сидеть широко раздвинув ноги. Но стоит ей хоть немножко их сдвинуть, как я грозно командую- Ноги раздвинь! Так повторяется много раз...."
Страницы: [ 1 ]
Случилось это в пионерлагере в середине 80-х. Я проходил педагогическую практику и вынужден был стать на пару месяцев вожатым. Оказаться среди десятков девчушек-пионерок, было для меня потрясением. Я был весьма закомплексован, а тут в первый же день подходит этакая худющая дылдочка и, сгорая от стыда, проситься в туалет. Словом, началась новая жизнь. Как будто мне дана такая власть, что я решаю отпустить ли девочку или пусть мучается.
Мелочь, а приятно. Отпустил, конечно. А теперь о более "крупном". Нет, я не лишил себя или кого-то девственности, но произошедшее было для меня грандиозным. Но, по порядку. Задали мне нарисовать отрядную газету. Рисую я, как говорят, весьма неплохо. Но почерк у меня неровный. Рисую какого-то сказочного персонажа, типа Пяточка.
Девочки наши облепили меня. Восхищались, как у меня здорово получается. А текст я писать отказываюсь. Проходит неделя, гуляет наш отряд на улице, подходит ко мне симпатичная девчушка-пионерка и говорит, что у нее красивый почерк и она может написать текст. Я моментально возбудился.
Отпросился у другого вожатого и повел мою писаршу в палату к мальчикам. Девочка была вся такая тихая, послушная, милая. Просто прелесть. Завожу в пустую палату. Мозг в нужном направлении работает лихорадочно. Раскладываю стенгазету на кровати. Сажусь на стул, девочке предлагаю сесть мне на колени. Садится! Диктую текст. Этого мне мало. Делаю ей строгое замечание, чтоб не мяла коленями газету. Моя девочка РАЗДВИГАЕТ НОГИ. Забыл сказать: на ней юбочка и толстые колготки. Пишет. Обнаглев, я начинаю гладить ее ноги и с трепетом дохожу до промежности. Чувствую выпуклость. Глажу. Она не сопротивляется! Я, задыхаясь, диктую. Ей трудно сидеть широко раздвинув ноги. Но стоит ей хоть немножко их сдвинуть, как я грозно командую- Ноги раздвинь! Так повторяется много раз.
В конце я говорю: Когда я нажму тебе сюда (жму на бугорок) -сразу раздвигаешь. Поняла? Надавливаю.
Слушается! Работа завершена. Газета вся написана. Но остановиться нет сил.
Я даю ей бумажку и диктую какую то чушь, лишь бы протянуть время. Пальцами трогаю и нажимаю милый бугорок. В корпус забегают нагулявшиеся пионеры. Я резко отодвигаю стул и встаю, сбросив с себя девчушку. Она прыгает на пол не успев сдвинуть ноги.
Страницы: [ 1 ]
Читать также:»
»
»
»
|
