 |
| |
| | Она надеялась, что не стонала во весь голос, как она это любит. Опасаясь разоблачительных взглядов других женщин Катя пулей покинула бассейн. На следующий день утром Катя обнаружила следующее послание: "Дорогая Катенька, ты просто прелесть! Я без ума от тебя. В тебе столько страсти, такой темперамент! Теперь я мечтаю перенести наш роман в мою постель. Поверь, моя киска истекает желанием не меньше, чем вчера твоя. Кстати, ты отлично исполнила мою просьбу насчет твоей киски. Теперь ты в точности как в моих грезах. Приглашаю тебя снова в бассейн в эту субботу. Когда отправишься плавать, оставь вещи в кабинке 99 и установи код Л999. Кстати, моя подруга Н. теперь тоже без ума от тебя. Она шлет тебе небольшой сюрприз. Твои Л. и Н. " Кроме записки Катя нашла три фотографии, сделанные вчера в бассейне и отпечатанные на домашнем принтере. На одной фотографии Катя жалась в угол между душевыми перегородками, сбривая волосики на лобке. | | |
| |
|
| |
| | Таксист велел Екатерине перебраться на заднее сидение, там раздвинуть ноги пошире и натирать клитор прямо через ткань трусов. А сам мужчина дал ей облизать два провонявших табаком пальца, а затем грубо вставил их в дырку и начал быстрыми движениями трахать. Женщина аж завизжала от удовольствия, даже не смотря на то, что иногда пальцы делали ей больно. Она даже не стала возражать, когда таксист свободной рукой достал телефон и стал снимать её. | | |
| |
|
| |
| | - Витек в наглую смотрел на ошалевшую бабку, куря перед ней сигарету. Что было вообще наглостью, наши покойные отцы в доме никогда не курили. Злая мадьярка, Витькина мать, которая курила одна из наших баб, тоже выходила смолить сигарету на крыльцо а нам и по давно не позволено было курить дома, да ещё в наглую при бабке. Но сейчас Витек был прав а баба Зоя не права. Она отобрала у нас паспорта чтобы мы не сбежали с хутора и не отпускала от себя ни на шаг. И вот по её вине мы вынуждены были дрочить, вместо того чтобы ебать девчонок в городе. | | |
| |
|
| |
| | У порога стояла молодая девушка, от одного взгляда на которую у него привычно засосало под ложечкой: уж он-то знал толк в таких делах. Кофточка из тонкого желтого хлопка не только не скрывала форм, но, обтягивая то, на что она была надета, делала это еще болеё притягательным и соблазнительным. Её тело манило, обещая блаженство.
| | |
| |
|
Рассказ №8547
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Вторник, 15/04/2025
Прочитано раз: 60083 (за неделю: 48)
Рейтинг: 62% (за неделю: 0%)
Цитата: "Отпросился у другого вожатого и повел мою писаршу в палату к мальчикам. Девочка была вся такая тихая, послушная, милая. Просто прелесть. Завожу в пустую палату. Мозг в нужном направлении работает лихорадочно. Раскладываю стенгазету на кровати. Сажусь на стул, девочке предлагаю сесть мне на колени. Садится! Диктую текст. Этого мне мало. Делаю ей строгое замечание, чтоб не мяла коленями газету. Моя девочка РАЗДВИГАЕТ НОГИ. Забыл сказать: на ней юбочка и толстые колготки. Пишет. Обнаглев, я начинаю гладить ее ноги и с трепетом дохожу до промежности. Чувствую выпуклость. Глажу. Она не сопротивляется! Я, задыхаясь, диктую. Ей трудно сидеть широко раздвинув ноги. Но стоит ей хоть немножко их сдвинуть, как я грозно командую- Ноги раздвинь! Так повторяется много раз...."
Страницы: [ 1 ]
Случилось это в пионерлагере в середине 80-х. Я проходил педагогическую практику и вынужден был стать на пару месяцев вожатым. Оказаться среди десятков девчушек-пионерок, было для меня потрясением. Я был весьма закомплексован, а тут в первый же день подходит этакая худющая дылдочка и, сгорая от стыда, проситься в туалет. Словом, началась новая жизнь. Как будто мне дана такая власть, что я решаю отпустить ли девочку или пусть мучается.
Мелочь, а приятно. Отпустил, конечно. А теперь о более "крупном". Нет, я не лишил себя или кого-то девственности, но произошедшее было для меня грандиозным. Но, по порядку. Задали мне нарисовать отрядную газету. Рисую я, как говорят, весьма неплохо. Но почерк у меня неровный. Рисую какого-то сказочного персонажа, типа Пяточка.
Девочки наши облепили меня. Восхищались, как у меня здорово получается. А текст я писать отказываюсь. Проходит неделя, гуляет наш отряд на улице, подходит ко мне симпатичная девчушка-пионерка и говорит, что у нее красивый почерк и она может написать текст. Я моментально возбудился.
Отпросился у другого вожатого и повел мою писаршу в палату к мальчикам. Девочка была вся такая тихая, послушная, милая. Просто прелесть. Завожу в пустую палату. Мозг в нужном направлении работает лихорадочно. Раскладываю стенгазету на кровати. Сажусь на стул, девочке предлагаю сесть мне на колени. Садится! Диктую текст. Этого мне мало. Делаю ей строгое замечание, чтоб не мяла коленями газету. Моя девочка РАЗДВИГАЕТ НОГИ. Забыл сказать: на ней юбочка и толстые колготки. Пишет. Обнаглев, я начинаю гладить ее ноги и с трепетом дохожу до промежности. Чувствую выпуклость. Глажу. Она не сопротивляется! Я, задыхаясь, диктую. Ей трудно сидеть широко раздвинув ноги. Но стоит ей хоть немножко их сдвинуть, как я грозно командую- Ноги раздвинь! Так повторяется много раз.
В конце я говорю: Когда я нажму тебе сюда (жму на бугорок) -сразу раздвигаешь. Поняла? Надавливаю.
Слушается! Работа завершена. Газета вся написана. Но остановиться нет сил.
Я даю ей бумажку и диктую какую то чушь, лишь бы протянуть время. Пальцами трогаю и нажимаю милый бугорок. В корпус забегают нагулявшиеся пионеры. Я резко отодвигаю стул и встаю, сбросив с себя девчушку. Она прыгает на пол не успев сдвинуть ноги.
Страницы: [ 1 ]
Читать также:»
»
»
»
|
