![](/images/0.gif) |
![](/images/0.gif) |
![](/images/0.gif) | ![](/images/0.gif) | Мужчина и женщина садятся друг напротив друга, например, на диван и начинают игру в карты. Выигравший в первой игре сам снимает с проигравшей стороны одну деталь туалета. Так продолжается до тех пор, пока не проиграет участник, на котором не осталось совершенно ничего. В этом случае выигравшая сторона просит проигравшую выполнить какое-нибудь желание. Желание может быть ограничено только наличием одежды на выигрывающем, т.е. если на выигравшем имеются, к примеру, трусы, то секса, извините, в этом раунде уже не будет, т.к. снимать на время одежду, кроме случая проигрыша, запрещено. | ![](/images/0.gif) | ![](/images/0.gif) |
|
![](/images/0.gif) |
![](/images/0.gif) |
![](/images/0.gif) | ![](/images/0.gif) | Я пошел в зал она уже сидела там в халате. Увидев меня она встала и сняла халат на ней ничего не было. Я подошел к ней и поцеловал взасос в это время мои руки ласкали ее грудь я подтолкнул ее к дивану. Она села на него и слегка раздвинула ноги. Я начал сосать и теребить языком ее грудь, одной рукой я ласкал ее грудь а второй полез к ее киске. Она была уже мокрая. Я нащупал ее клитор и начал его теребить. Мама начала ерзать бедрами и стонать, через минуту она громко застонала и кончила. Я смотрел как она лежит зажав между ног мою руку и смотрит на меня. | ![](/images/0.gif) | ![](/images/0.gif) |
|
![](/images/0.gif) |
![](/images/0.gif) |
![](/images/0.gif) | ![](/images/0.gif) | "Не какой-нибудь, а самый что ни есть настоящий, проткнутый пидорёнок" - оскалился Антон. "Пошел ты на хуй!" - Гарик с силой оттолкнул мужчину и отскочил от него. "Ладно-ладно, пошутил я, ты что, шуток не понимаешь, ну, иди ко мне, ну, успокойся" - сказал Антон. "Все! Поехали давай". "Ну, ладно-ладно. Мир?". Гарик улыбнулся, ссориться с мужчиной ему не хотелось. И тут же оказался на земле, Антон одним прыжком сшиб его с ног, его жадный рот впился к губам паренька... Через какое-то время Гарик обмяк, он лежал с закрытыми глазами и чувствовал, как сухие горячие губы любовника гуляют по его лицу, шее, груди. Вот они припали к соску, влажный скользкий язык начал облизывать, совершать круговые движения, потом Антон уделил внимание второму соску. Постепенно голова мужчины стала опускаться ниже и ниже, кончиком носа он поводил по пупку и, в конце концов, уткнулся в пах. Гарик, не в силах поверить тому, что творится, замер. Когда горячий язык Антона коснулся головки его возбужденного члена, паренек шумно и глубоко ахнул, по всему его телу пробежала судорога наслаждения. А любовник уже вовсю целовал и облизывал его дружка, потом взял в рот. "Боже!" - вырвалось у Гарика. Сколько раз он предлагал своим девчонкам сделать ему минет, ни одна ни разу не согласилась. А тут... взрослый мужик, такой сильный, такой крутой... То, что он проделывал своим ртом, приводило паренька в экстаз. Запрокинув голову, закрыв глаза, он водил ставшим непослушным языком по своим моментально обсохшим губам и стонал... Кончил Гарик бурно - громко всхлипнул, вытянулся стрункой и забился. Антон сглатывал извергающуюся из его члена густую вязкую жидкость с каким-то упоением, аппетитно причмокивая и урча от удовольствия. Начисто облизав ствол Гарика, он улегся на него и поцеловал, обхватив голову руками. Паренек впервые познал слегка солоноватый вкус собственной спермы и удивился, что ему не стало противно. Какое-то время они полежали, Антон перебирал волосы юного друга, потом сказал: "А теперь твоя очередь, если не хочешь в попку, отсоси у меня", и, скатившись на спину, рукой направил голову Гарика вниз. В нос пацана ударил ядреный запах мужского члена. Он уткнулся в курчавые рыжеватые волосы, обильно покрывающие весь пах мужчины и в нерешительности замер. "Давай же, смелей, я уже изнемогаю", - услышал он и неумело поцеловал вздыбленный член Антона. Потом еще, еще и еще. Взяв рукой за основание этого мощного ствола, он слегка приподнял его и невольно залюбовался. Темный, бугристый, перевитый узлами вен, он вызывал восхищение и внушал страх. Настоящее олицетворение силы и мощи, самое прекрасное из творений природы, этот член притягивал к себе как магнит, от него невозможно было отвести взгляд. Гарик несколько раз провел по нему руку - от основания до обнажившегося сизо-красного набалдашника головки. Этот живой, твердый кусок плоти был поистине великолепен! Увидев, что из дырочки выдавилась капелька матово-блестящей жидкости, он нагнулся и слизнул. Антон застонал. Прикрыв глаза и затаив дыхание, Гарик несмело взял головку в рот... | ![](/images/0.gif) | ![](/images/0.gif) |
|
![](/images/0.gif) |
![](/images/0.gif) |
![](/images/0.gif) | ![](/images/0.gif) | Мозг: - Стоп! Отставить негатив! Мыслить позитивно! Давай, мой хорошенький! Ну вот вспомни, каким красавцем ты был недельки две назад! Редко когда сразу двух девочек удается оставить ублаженными по полной программе! Это ж ты постарался, умничек мой! | ![](/images/0.gif) | ![](/images/0.gif) |
|
|
Рассказ №873
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Вторник, 19/12/2023
Прочитано раз: 50171 (за неделю: 39)
Рейтинг: 89% (за неделю: 0%)
Цитата: "Ночью мне приснился сон. Антонина Михайловна, в качестве моей ученицы, сидела за фортепиано и играла инвенцию Баха. Играла плохо. Я захлопнул крышку инструмента, едва не прищемив ей руки, и велел, чтоб она убиралась вон. Она ударилась в плачь, одновременно снимая с себя платье.Спустив колготки, Антонина опустилась на колени и уткнулась лицом в ковёр, а я, невесть откуда взявшимся ремнём, без жалости стал полосовать её вдоль и поперёк по широкой голой заднице......"
Страницы: [ 1 ] [ ]
"Вы знаете, Антонина Михайловна, я должен Вам сказать, возможно, не очень приятную вещь.Вы только не расстраивайтесь.Дело в том, что заниматься с Настей я больше не смогу. Так начал я, после очередного урока, приватный разговор с мамой своей ученицы по музыке.
-Господи! Да что случилось?! Владимир Алексеевич!Вы меня без ножа режете! Почему не сможете? Вам мало этих денег? Так давайте я ...
-Не в деньгах дело, -перебил я , просто Настя, по моему, сама не жаждет общаться с инструментом, так что ж здесь можно поделать? Я как цербер не хочу над ней стоять. Приходит из раза в раз неподготовленная. Спрашиваешь:почему не выучила? Отвечает:я учила.
Но я-то знаю, когда человек занимался, а когда нет. Так что...смотрите сами, как вам дальше...
-Да что уж смотреть, -вздохнула Антонина Михайловна, - девочка ведь способная, усидчивости только у неё нет, но это мы поправим, это мы исправим.Вы только уж не отказывайтесь совсем от нас, Владимир Алексеевич, голубчик.Пожалуйста, жалко ведь как, девочка музыкальная, Вы и сами это говорили!-искательно заглянула она мне в глаза.
- Ну, что ж, конечно, способности есть, я этого никогда не отрицал, только ленивая очень!-произнёс я наконец нужное слово, которое по деликатности ранее не использовал.
-Это мы исправим, это мы поправим, -повторила Антонина Михайловна, наморщив лоб, будто у неё в голове уже зрели конкретные меры по борьбе с патологической ленью своей 11-летней дочери.
-Ну, хорошо, давайте попробуем продолжить, -вяло произнёс я. Мне не хотелось больше заниматься с Настей, но переубеждать Антонину не хотелось ещё больше. Да и жаль было эту простую женщину с измученным лицом, в одиночку воспитывающую единственного ребёнка.
-Уж как-нибудь, ладно... -подумал я, провожая из своей квартиры мамашу.
В назначенный день ко мне на урок пришла Настя. Это была невысокая, но плотно сбитая светловолосая девочка, в глазах которой поблескивала хитринка.
- Ну что, ругала, небось, мама-то тебя?-спросил я её после обмена приветствиями.
- Ага. Ругалась. И не только.
- Что не только?
- Выдрала!
- Как это?-я был немного озадачен.
- Да очень просто. Велела снять штаны и лечь на диван. И как начала ремнём стегать! Сказала, если Вы ещё раз мной будете недовольны, она с меня шкуру спустит.
- Настенька-лапочка! -воскликнул я, -прости пожалуйста! Уж не думал я, что такие последствия будут серьёзные. Что ж твоя мама, так-то вот с тобой строго?! Мне очень жаль, но...
- Да не переживайте Вы , Владимир Алексеевич, не в первый же раз это всё!
- Ах, вот даже как, -недоумённо произнёс я, присаживаясь в кресло. Да-а, у мамы твоей , однако, не забалуешь!
-Это точно. На прошлой неделе задержалась у подружки в гостях допоздна, так уж она меня лупцевала, пока из сил не выбилась. И кричать не разрешает.Говорит, ты меня позорить перед соседями ещё вздумаешь, паршивка!Молчи, говорит, негодная девка! А сама хлещет ремнём со всей мочи. Больно -ужас!
-Ох, Настя...Не знаю, прям, что и сказать! Не дело, вобщем это, конечно... Ну, ладно, давай заниматься. Садись. Чего сегодня принесла?
- Баха, -ответила Настя, усаживаясь за фортепиано.
- Ну, давай, начинай.
Зазвучала двухголосная инвенция Баха. Поначалу всё шло неплохо, но потом моя ученица стала ковыряться и, в результате, вообще остановилась.
-Ну, в чём дело Настя? Давай ещё раз сначала.
Настя заиграла сначала, но на том же месте вновь застопорилась и жалобно посмотрела на меня.
-У меня не получается!-промямлила она.
-Сколько мы эту инвенцию уже мусолим, ты должна давно её наизусть играть!-я почувствовал, как во мне подымается раздражение.
-Вот что, собирай свои ноты и иди домой, не хочешь заниматься - не занимайся! Мне моё время дорого, -я поднялся с кресла.
- Ну Владимир Алексеевич, ну пожалуйста! Я выучу, обязательно выучу, -дрожащим голоском уверяла меня нерадивая ученица, повернувшись на стуле вполоборота ко мне.
- Вот когда выучишь, тогда и приходи!- я был непреклонен.
-Да нельзя мне домой сейчас! Мать убьёт меня! Она ведь сказала, ещё раз Вы меня отправите с урока и всё- как сидорову козу отдерёт! Она ж меня, наверняка, внизу у подъезда караулит!
Я устало вновь опустился в кресло. Начал массировать себе виски-заболела голова.
-Как же ты мне надоела, Настя, -тихо проговорил я. Что мне с тобой делать?
-Владимир Алексеевич, простите, я больше не буду...то есть буду. Буду учить.
-Ты уже так обещала, -я скривил губы.
- Ну, хотите, я...хотите...накажите меня(я поднял голову).Мама всё грозилась, что попросит Вас меня... высечь. Говорит, узнаешь тогда, каково это, мужской рукой-то тяжёлой когда порют.
-Ты-ы... серьёзно это что ли, мама твоя так сказала?-я был изумлён, и вместе с тем, после Настиных слов, почувствовал, как в моих чреслах начались определённые процессы. Мне вдруг стало стыдно.Но я совладал с этим и громко произнёс:
- А ведь это хорошая мысль! Может действительно ты начнешь после этого получше заниматься! Что ж! Иди-ка сюда!
Настя встала из-за фортепиано, подошла ко мне и уверенно, как будто делала это уже много раз, улеглась ко мне на колени.
Я несильно шлепнул её по заду. Она не шелохнулась. Я шлёпнул ещё, посильнее.
-Так и будете, что ль, через одежду пороть?-насмешливо спросила Настя.
Её тон мне не понравился.
- Ах вот значит ты как?! Ну, держись, голубушка, сейчас я тебе всыплю! -воскликнул я, задирая ей подол и спуская колготки вместе с исподнем.
Моему взору открылась чудная картина. Полненькие белые ягодицы словно взывали о том, чтобы их поскорее "обработали", да хорошенько!На этих ягодицах ещё заметны были следы от ремня Антонины Михайловны.
Я начал сильно шлёпать Настю по заднице, приговаривая: Будешь учить!Будешь заниматься!
Она ерзала у меня на коленях сначала молча, а потом со стонами, которые постепенно делались всё длиннее и громче. И неудивительно:я разошёлся и прикладывал Настю от всей души, только и слышился звон.
Настя уже кричала в голос.
-Не ори, дрянь такая, не позорь меня!- я уже заговорил языком Антонины Михайловны. И в этот момент меня прошиб стыд.
Настя обернулась ко мне-в её глазах стояли слёзы.
Я опомнился. Жалость к наказанной девочке резко заполнила меня всего.
-Встань, Настюш, приведи себя в порядок, -проговорил я, пряча от неё глаза.
Она быстро выполнила то, о чем я ее просил и, сев за инструмент сразу заиграла Баха.
Я хотел остановить свою ученицу(до того ли было), но, услышав, как "течёт-переливается" инвенция, стал слушать. Настя без запинки прошла одно трудное место, затем другое и устремилась к коде. Наконец прозвучал заключительный аккорд. Анастасия торжествующе устремила на меня свой взор. Я подошёл к ней и поцеловал в лоб.
-Можешь сказать своей маме, что я сегодня очень тобой доволен!-ласково произнес я, вручая Насте её ноты. Она мило улыбнулась в ответ.
Уже в прихожей, после положенных церемоний прощания, я спросил:
-А вот если бы в следующий раз наизусть инвенцию, а?
Настя, уже шагнувшая за порог, оглянулась, и я увидел, как выражение очаровательного лукавства посетило её круглое лицо.
-Постараюсь, Владимир Алексеевич. Выучу. Да-да, выучу наизусть! А если не выучу, то...Вы уж знаете, как надо... Рука-то у Вас тяжелая какая!
-Это, Насть, потому, что я в юности академической греблей занимался, -пошутил я, -ну, беги!Маме привет.
-До свидания!
Закрыв входную дверь я поспешил на кухню- готовить бутерброды(я проголодался). И не успел ещё допить свой чай, как услышал телефонный звонок. Это была Антонина Михайловна. Каким-то влажным, певучим тембром она приносила мне сердечную благодарность за всё, что я сделал для её дочери.
-Вы ж ей, теперь, как родной отец, дорогой Вы мой, Владимир Алексеевич! Я так рада, так рада!-чуть ли не рыдала она в трубку.
- Догадалась, что ли, обо всём?-подумал я, после того, как повесил трубку.
Страницы: [ 1 ] [ ]
Читать также:»
»
»
»
|