Рассказ №8844 (страница 3)

     
     - Вот, блин, попали. Выебут и высушат. И бежать некуда. И офицер у них тоже пидор. Хуясе армия!
     
      Я прикурил от истлевшей сигареты еще одну.
     
     - Блядь, это ж больно, наверное, хуем в жопу. И как после этого на гражданке жить.
     
      Из угла послышался шорох. Это подошёл и встал у меня за спиной Пашка.
     
     - Знаешь, Тём, - негромко сказал он, - ты только не думай... ну, . . мы с Тохой у себя в деревне иногда баловались: девок не было, а, сам понимаешь, хочется: Если осторожно, то это и не больно почти. А потом даже приятно.
     
     Я замер, переваривая эту информацию.
     
     - То есть, вы что, друг с другом? . .
     - Ну да. Иногда. Я чего говорю, если первый раз осторожно, то потом нормально. Нас для этого капитана оставили, а кто знает, какой он. Может, пока мы здесь одни:
     
     Я едва сдержался, чтобы не двинуть ему с разворота, но, видимо, события этого дня что-то сильно изменили во мне. Ни говорить, ни что-то сделать я просто не мог. Еще через минуту, не дождавшись ответа, Пашка положил руку мне на плечо.
     
     - Ты, главное, не бойся.
     
     В следующий момент его рука начала опускаться по моей спине, потом перешла на грудь, немного задержалась на соске и двинулась вниз. Сам он придвинулся ко мне вплотную, и я почувствовал касание его горячего тела. Левой рукой он обнял меня за грудь, а правая, едва касаясь, минула заросли волос и дошла до промежности. Нет смысла говорить, что член к тому времени стоял как штык. Но Пашка старательно обходил его, легкими касаниями лаская низ живота, приподнимая яички и поглаживая внутреннюю поверхность бедер. Я от возбуждения уже ничего не соображал и, двигая тазом, пытался попасть членом в его ладонь, но он умело избегал этого. И вскоре стало понятно, почему. Антоха подошёл к нам и сел на корточки передо мной. Впервые в жизни я ощутил на своём члене горячее дыхание. А еще через мгновение рот Антона коснулся моей головки. Короткое движение языка прямо по уздечке было как удар тока. Ещё и ещё одно. Я застонал так громко, что Пашке пришлось зажать мне рот. Я почувствовал, что просто обязан кончить немедленно, и попытался помочь себе рукой, но Пашка перехватил её и прошептал мне на ухо: "Тём, не так быстро". Тогда я завел свою руку за спину и схватил его член. Он был немного тоньше моего, но это не имело никакого значения. Это был первый член, который я держал в руках кроме собственного, и сначала я так яростно его дёргал и выкручивал, что Пашка не выдержал. Он вывернулся из моей ладони и, крепко прижавшись ко мне всем телом, шепнул: "Тише ты, бешеный". Какое там тише! То, что Антошка делал языком с моим членом лишало меня возможности соображать. Теперь он еще и помогал себе руками, раздвинув ладонями мои ноги и лаская промежность. Я почти терял сознание и напрочь забыл, где нахожусь. Я даже не заметил, в какой момент Пашка за моей спиной разжал свои объятия и опустился на колени, а уже мгновение спустя его язык раздвинул мои ягодицы. Я даже не подозревал, что такие ощущения существуют. Каждое прикосновение языка - как удар молнии. Я разрядился прямо в рот Антошки и это продолжалось, наверное, целую минуту. У меня подкосились ноги, и если бы не Пашка, я бы упал. Он осторожно перенёс меня на матрас и лег рядом. Мне казалось, что после такого я мгновенно усну, но судьба на этот день явно имела другие планы. К Пашке с другой стороны "валетиком" пристроился Антон и братья начали сосать друг другу. Это зрелище в сочетании со звуками из соседней комнаты не могло оставить меня спокойным. Я перегнулся через Пашку и сначала взялся рукой за член Тошки, а потом, вытащив его из Пашкиного рта, потянулся к нему губами. Острый запах давно не мытого тела мне даже понравился. А вкус: уже облизанный Пашкой член почти не имел вкуса. Немного солоноватый и поразительное ощущение живого, отзывающегося толчками на каждое действие твоего языка, пальцев и губ.
     
     Тянуться через Пашку было неудобно, и он это сразу почувствовал. Он выскользнул из под меня и, придерживая за бёдра, помог занять наиболее удобную позу - на четвереньках над Антоном, который сдвинулся на матрасе так, чтобы пристроиться к моему, уже снова почти затвердевшему члену. Паша снова придвинулся к моему уху: "Не напрягайся и не зажимайся. Я очень осторожно" , и прежде чем я успел понять, о чём он, Пашка оказался сзади меня и, смочив палец слюной, начал водить его мне в анус. Ничего приятного в этом не было, но и особой боли я не почувствовал. Тем более, что он был осторожен, а я с Антошкой тем временем осваивал новую для себя игру. Я начал повторять движения его языка, он это понял и в свою очередь начал показывать своими действиями, что было бы приятно ему. Это было совершенно новым для меня и отвлекало от действий Пашки. Я вспомнил о нём только когда понял, что входящая в меня плоть уже далеко не похожа на палец. Сначала я инстинктивно сжался, но Пашка сразу остановился, а потом его поглаживания и тихий шёпот успокоили меня, и он продолжил. В какой-то момент стало действительно больно, но тут заговорил раньше молчавший Антошка: "Надо потужиться, как будто посрать пытаешься". Я послушно сделал это, и тут же член Пашки проскользнул в меня на всю глубину. Я даже вскрикнул от боли, но уже через несколько секунд она отступила. Тем более, что двигаться он начал очень и очень медленно. Мой член к тому времени уже опал, да и сосать Антошке уже не хотелось. Я прислушивался к новым ощущениям. То, что в тебе другой парень - возбуждало как-то по-другому. И осторожные толчки внутри меня были приятными по-новому. Антон выбрался из под меня, а Пашка, вытащив свой член, перевернул меня на спину, взял за щиколотки, закинул их себе на плечи и снова вошёл в меня - на этот раз намного легче и быстрее. Не переставая двигать тазом, рукой он провёл по моему животу и погладил мой член. На этот раз он быстро отозвался на ласки и напрягся. Паша стал дрочить его в темпе своих толчков, которые становились всё быстрее и резче. Антон пристроился членом к его рту, руками лаская свою грудь и задницу, и уже через минуту его дыхание стало прерывистым, мышцы живота начали сокращаться, в какой-то момент его член выскочил из Пашиного рта, и белые струи вылетели из него на лицо и грудь Пашки. Это было уже слишком для меня. Мой член в Пашкиных руках окаменел и выстрелил мне на живот. Всё время, пока я кончал, Пашка продолжал толчки, и это добавляло к оргазму какие-то совершенно невероятные ощущения.
     
     Нет, одновременно все втроём мы не кончили - Пашка потом дрочил, стоя надо мной на коленях, но этого я почти не помню. Меня била дрожь, или от холода - я забыл закрыть форточку, или от всех воспоминаний этого дня. Но, уже падая в пропасть сна, я понял, с кем же трахался сержант в привокзальном клоповнике на безвестной станции то ли Ударник, то ли Новострой.
     
     Продолжение следует.


Страницы: [ 1 ] [ 2 ] [ 3 ]

Читать также: