 |
 |
 |  | Он поглаживал ее теплое бедро, медленно двигаясь пальцами вверх под юбку. Ее внимание было так сосредоточено на том, что она планировала со своими собаками, что она, казалось, не замечала ничего вокруг. Его рука поглаживая круговыми движениями медленно поднималась все выше, пока не коснулась нежных волосиков, которые покрывали ее девственное лоно. . |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Вот - лето... к нам в гости приехали родственники, и с ними смазливый, на девчонку похожий Славка - их сын; мы со Славкой ровесники, - вечером Славку, который мне сразу же понравился, определяют спать со мной вместе - на одной тахте, благо тахта в моей комнате широкая-преширокая, и, едва наши мамы выходят, пожелав нам спокойной ночи, Славка тут же придвигается ко мне близко-близко, отбрасывая в сторону свою простыню; "Ты с кем-нибудь долбишься?" - шепчет он, блестя в темноте глазами; вопрос застаёт меня врасплох, - я ни с кем не долблюсь, но сказать об этом Славке честно у меня почему-то не поворачивается язык, и я неопределённо хмыкаю в ответ - хмыкаю так, чтоб это хмыканье не было похоже ни на утверждение, ни на отрицание; но Славку такой мой невнятный ответ явно не удовлетворяет, и он, совершенно не церемонясь с моими чувствами, спрашивает снова - переспрашивает, поясняя: "Я не понял, что ты сказал"; хуже всего, когда правду не скажешь сразу, а тебя начинают пытать - начинают выспрашивать-уточнять, и тогда приходится изворачиваться... вот это хуже всего!"Я сказал, что да... было несколько раз", - вру я, чтоб не выглядеть в Славкиных глазах полным отстоем; "Я тоже... ну, то есть, тоже - несколько раз, - шепчет Славка, обдавая моё лицо горячим дыханием; я лежу на спине, повернув к Славке голову, в то время как он, приподняв голову - опираясь щекой о подставленную ладонь, нависает надо мной, глядя на меня сверху вниз. - А когда нет девчонки - когда без девчонки... ты в таких случаях что делаешь?" - неугомонный Славка бесцеремонно атакует меня новым вопросом: вдруг выяснятся, что смазливый Славка на девчонку только похож, а характер у него напористый, мужской - в характере Славкином ничего девчоночьего нет; "Я? Ничего я не делаю... а ты?" - я, пробормотав первые пять слов, возвращаю Славке его же вопрос, и голос мой, когда я спрашиваю "а ты?", звучит уже совершенно по-другому - отчетливо и внятно; "Когда нет девчонки? Ты это имеешь в виду?"- горячим шепотом уточняет Славка, глядя мне в глаза; "Ну-да, - шепотом отзываюсь я. - Когда нет девчонки... "; и здесь Славка произносит то, что я в то время не смог бы выговорить ни под какими пытками, - всё так же глядя мне в глаза, Славка говорит: "Когда нет девчонки, я это делаю с Серёгой... " - Славка, мой ровесник, лежащий рядом, говорит мне "я это делаю с Серёгой", и я чувствую, как у меня от неожиданности приливает к лицу кровь; "Как - с Серёгой?" - шепчу я вмиг пересохшими губами; член мой, наполняясь саднящей сладостью, начинает стремительно затвердевать; "Обыкновенно, - шепчет Славка. - Так, как будто с девчонкой... "; я молчу, невольно сжимая мышцы сфинктера, - я смотрю Славке в глаза, пытаясь осмыслить то, что он только что сказал; "А Серёга... это кто?" - не узнавая своего голоса, я выдыхаю шепотом один из миллиона вопросов, которые хаотично возникают - роятся - в моей пылающей голове. "Серёга? Мой одноклассник. Мы дружим с детского сада, - отзывается Славка и тут же, не давая мне времени осмыслить эту новую информацию, задаёт свой очередной вопрос: - А ты что - никогда не пробовал?"; "Что - не пробовал?" - шепчу я, не слыша своего голоса; "Ну, как я... с пацаном, - Славка смотрит в мои глаза неотрывным взглядом; и горячее его дыхание щекотливо касается моего лица. - Никогда не пробовал?"; "Никогда", - еле слышно отзываюсь я; член мой, распираемый изнутри, в трусах гудит, и я, глядя Славке в глаза, то и дело с силой сжимаю мышцы сфинктера - мне хочется сжать, стиснуть горячий член в кулаке, но Славка лежит рядом, и делать это при нём мне кажется совершенно невозможным; "Мы можем попробовать... если ты хочешь", - шепчет Славка таким тоном, как будто предлагает мне прокатиться на велосипеде; я лежу на спине со сладко гудящим членом, и сердце моё колотится так, что мне кажется, что бьётся оно у самого горла; я снова - делая это непроизвольно - облизываю горячие сухие губы; "Ты что - пидарас?" - шепчу я, причем слово "пидарас", обращенное мной к лежащему рядом смазливому Славке, возбуждает меня почти так же сильно, как само Славкино предложение, - в интонации моего голоса нет ни обвинения, ни насмешки, ни страха, а только одно обжигающе горячее, почти телесно ощущаемое любопытство; "Почему пидарас? Я делаю так, когда нет девчонки... и ты так можешь делать, когда нет девчонки. Любой так может делать, когда нет девчонки, - объясняет мне Славка, и я, глядя ему в глаза, не могу понять, говорит он про девчонок серьёзно или это у него такая уловка. - Что - хочешь попробовать?" - шепчет Славка; я невольно облизываю пересохшие губы; "Ну, давай... если ты сам хочешь", - отзываюсь я, причем последние три слова я добавляю исключительно для того, чтобы вся ответственность за подобное поведение была исключительно на Славке; но Славку, кажется, совершенно не волнует, на ком будет "вся ответственность", - сдёргивая с меня простыню, он тут же наваливается на меня своим горячим телом, вжимается в меня, раздвигая коленями мои ноги, и я чувствую, как его напряженно твёрдый - волнующе возбуждённый - член через ткань трусов упирается в мой живот... ох, до чего же всё это было сладко! Ни орального, ни анального секса у нас не было, и даже более того - сама мысль о таких более интимных формах наслаждения нас почему-то ни разу не посещает, - две недели дядя Коля, тётя Света и Славка гостят у нас, и две недели мы со Славкой каждый вечер перед сном, приспуская трусы, поочерёдно трёмся друг о друга возбуждёнными члениками, мы обнимаем и тискаем друг друга, содрогаясь от мальчишеских оргазмов... и что это - форма совместной, ни к чему не обязывающей мастурбации или один из явно "голубых" эпизодов на пути к будущей идентификации себя как любителя своего пола - я особо не думаю, - делать то, что делаем мы, в кайф, и это - главное; главное - удовольствие, а не слова, которыми оно называется... |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Теперь мы оба лежали обнаженные. Со времени моего развода с женой прошло несколько месяцев, и у меня давно уже созрело острое желание раздеться перед женщиной. Очевидно, те же самые чувства испытывала и Валентина. Я обнял и крепко прижал к себе девушку, коснувшись гениталиями треугольника волос на ее лобке. Сладкое щекотливое чувство шевельнулось где-то в глубине души, но мы продолжали обниматься, ничуть не смущаясь взаимным прикосновением наших интимных мест. Теперь она была моя. Я гладил Валентину там, где хотел, постепенно исследуя новое для меня тело, и она делала то же самое, осторожно подбираясь к главному моему достоинству. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Погибнуть в страсти очаровательнейшей из принцесс!!! Сперва нежные прикосновенья. Наших губ! Просто лишь прикосновенья. Как будто бы мы обои не решались никак начать, уже чувствуя взволнованное дыханье друг-друга! Уже зная, что этот третий наш поцелуй, конечно же, никак не будет исключеньем и унесёт нас просто невообразимо, как далеко: В сладостную неизбежность! И так до тех пор, пока Викочка, детка, сама уже не приоткрыла посильнее свой нежный ротик и не попросила у меня этого поцелуя, как голодный вот прямо птенец!!! |  |  |
| |
|
Рассказ №9231
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Суббота, 13/05/2023
Прочитано раз: 52252 (за неделю: 2)
Рейтинг: 89% (за неделю: 0%)
Цитата: "Кожа у нее покрылась пупырышками, было холодно. Татка накинула халатик и отправилась переселяться. Снизу она принесла охапку трусиков, другого женского белья и закинула в один из пустых шкафов. На этом переселение закончилось...."
Страницы: [ 1 ] [ ] [ ]
Этот рассказ полностью вымышлен. Любые совпадения героев с реальными лицами являются случайными.
Мой друг Павел Петрович сделал блестящую карьеру в крупной корпорации, человек двести у него было в подчинении, но жизнью своей оказался недоволен. В тридцать три года он решил начать ее заново. Накопленные сбережения позволили ему основать собственную небольшую фирму. Доход она приносила, через год он пригласил меня на новоселье. Коттедж оказался очень симпатичным, большой участок был с прудиком, соснами, тропиночками, беседочками на высоком берегу красивой реки. Гости разъехались, мы с Петровичем, так его называли друзья, уселись у камина, и у нас состоялся совершенно фантастический разговор.
Петрович объяснил, что все последние годы готовился к реализации некоей отличной идеи. Он решил поймать журавля в небе, а не иметь синицу в руках. Сейчас наступил последний этап. Даже коттедж построен для этого. Один Петрович идею был реализовать не в состоянии, он нашел еще трех отличных работников. Кроме необходимости дохода, фирма была затеяна именно для их поиска. Петровичу был нужен хороший экономист, хороший программист и просто грамотный аккуратный сотрудник. Предстояло набить коттедж электронным оборудованием и запереться в нем на три месяца. Работать придется в неимоверно интенсивном режиме. Всех взятых кредитов на большее время не хватит, в случае неудачи Петрович становился бомжом. Мне он предложил стать пятым членом команды, трех остальных он уже нашел.
- А я то вам зачем? - удивился я, с Петровичем друзья мы были со школы, но деловые интересы у нас никогда не пересекались.
- А затем, что все остальные примерно двадцатишестилетние девушки. Душа и тело у них свое потребует. При неимоверной работе их придется ублажать!
- А ты? - опять удивился я. Петрович всегда был жутким бабником, по сравнению с ним я был невинным ягненком!
- Я давно перебесился, и потом это будет мешать работе. Лишние конфликты мне ни к чему. К тому же у меня времени не останется на них внимание обращать. А девушек надо развлекать. На время работы сухой закон, снотворным и транквилизаторами пользоваться нельзя, надо быть готовым к работе в любой момент днем и ночью, за пределы участка выходить нельзя, тут любой может свихнуться. А ты известный дамский угодник, в беседке пообнимаешься при лунном свете, цветочки подаришь, шашлычками угостишь. И потом хозяйственные обязанности у тебя иногда будут, с внешним миром надо общаться, в город изредка ездить придется.
- Почему изоляция, - спросил я, - все так секретно?
- Секретность есть, но это не главное. Любая простуда проект под удар поставит, а на улице и пьяный может привязаться, под машину можно попасть, бутылку из окна какой-нибудь идиот бросит. Заменимых людей в нашей команде нет. Почему ты? Тебе я доверяю. Потом ты из другой сферы деятельности, самим проектом заниматься не будешь. Бездельничать тоже не будешь, своя работа у тебя есть, ноутбук возьми и работай хоть в беседке. Каналы связи у меня отличные. Вот только жить тебе придется в мансарде, коттедж маловат оказался.
Последний аргумент оказался решающим. Тогда семейные обстоятельства сложились так, что мне было негде жить, а мансарда Петровича была просто дворцом по сравнению с любой съемной квартирой. На работе у меня был шестимесячный отпуск для написания диссертации, я был свободен и согласился провести конец весны и начало лета в чудесном месте, ублажая трех молоденьких по сравнению со мной девушек. Зарплату я получать отказался:
- Тогда я полным мальчиком по вызову окажусь! А так буду бабником вроде тебя.
- Но ты не очень обольщайся, - засмеялся Петрович, - конкурс красоты совсем не для них, я девиц выбирал по другим качествам. Зато умненькие и совсем не стервозные.
На следующий день я познакомился с городским участником нашего проекта, это был симпатичный врач Олег, мой ровесник. Он быстренько организовал полный медосмотр и обучил работать с медицинским оборудованием. Я должен был исполнять обязанности доктора, снимать все возможные кардиограммы у девушек и передавать ему телеметрию. На прощание он засмеялся:
- Все девушки не девственницы и захотели спиральки поставить!
Он посмотрел на меня то ли с завистью, то ли с сочувствием и пожелал удачи.
В коттедж я приехал через неделю после начала программы. Так захотел Петрович.
- Девушки должны по тебе соскучиться, - объяснил он, - и потом внесешь разнообразие в монотонную жизнь. Все трое тебя ждут, они сказали, что ты очень похож на знаменитого актера в роли доктора Ватсона.
К домику я подъехал только ночью. Пришлось помотаться по магазинам, машина была битком набита всякой всячиной. На воротах висела табличка "Дерни за веревочку, дверь и откроется". Это была шутка, Петрович серьезно относился к безопасности. Я дернул за веревочку, и открылась панелька супернадежного замка. В прихожей висел плакатик: "Нас не тревожь, мы заняты. Располагайся в любой комнате для гостей. Петрович". Ниже была приписка: "Приветствуем тебя незнакомец! Ритуля, Татка, Анюта". Я помнил, что комнат для гостей было четыре, и осмотрел их по очереди. В трех стояли большие кровати, и было разбросано явно женское белье. Четвертая комната больше всего напоминала медпункт. Стало очевидно, что спать сегодня мне придется или с Ритулей или с Таткой или с Анютой. Я полежал в ванне, потом еле добрался до первой попавшейся кровати, она приятно пахла женщиной, и мгновенно заснул. Голенькая женщина прижалась ко мне в самом начале рассвета. На ощупь она понравилась, и сразу возникло желание.
- Здравствуй, меня зовут Ритуля, - шепнула она приятным голосом, - у нас сегодня жуткий день был, но если хочется, то повтыкайся.
Она от меня отвернулась и подставила попу. На удивление легко я погрузился в приятное влагалище. Женщина помогала мне легкими движения, кончили мы одновременно. Ритуля довольно засмеялась и шепнула:
- Вот и познакомились.
Обессиленная Ритуля сразу заснула. Я прижался к теплому телу, подумал, что она мне понравилась, и снова заснул.
Второй раз я проснулся уже поздним утром. Ритуля что-то недовольно пробормотала во сне, едва я от нее осторожно отстранился. Когда я вышел из душа, то сразу столкнулся с другой девушкой. Она выходила из соседней ванной.
- Привет, - сказала она, - я Татка. А ты с кем ночевал? Пойдем ко мне познакомимся?
Татка повернулась, я пошел за ней следом. Она была очень высокая, не меньше метра девяносто, и худющая. На ней были только пижамные штанишки. В светлой комнате она дала мне возможность рассмотреть себя со всех сторон. Короткие рыжеватые волосы обрамляли довольно невзрачное, но свеженькое и покрасневшее личико. Смотреть на него мне пришлось снизу вверх. Большие серо-зеленые глазки смотрели на меня явно испуганно. Ключицы заметно выступали. Груди были самыми маленькими, при которых еще чувствуется, что они женские. Животик был сильно впалый. Тонкие бедра и длинные ноги были прикрыты пижамными штанишками. Но сосочки торчали как фасолинки в огромных коричневых кружочках.
- Как я тебе понравилась? - вызывающе спросила Татка.
Несмотря на худобу, мне она показалась очень сексапильной. Мне жутко захотелось потрогать крохотные груди и стянуть штанишки.
- Очень понравилась, - честно ответил я.
- Все ты врешь! - расстроилась Татка.
- У мужчин есть безошибочный индикатор, - указал я на сильно оттопыренные трусы.
- Ах, мой милый индикатор, - Татка через трусики приласкала мой индикатор и виновато добавила, - я тоже хочу, но придется подождать часа два. Во время оргазма я себя не контролирую и сильно кричу. Мы всех разбудим, а вчера был трудный день, особенно для Петровича и Ритули, им надо поспать.
Первый раз я попал в такую ситуацию. Было такое, что женщина говорила мне: "Подожди, не все заснули", но ждать пока все проснутся, еще не доводилось. Затем женская логика проявила себя во всей красе, Татка надела пижамную кофточку, заявив, что женщина она не железная и без кофточки сразу мне отдастся. Мне этого неимоверно хотелось.
- А тебе понравилась Ритуля? - Татка начинала светский разговор, а мой член дымился.
- Очень понравилась, но я даже ее не видел, мы познакомились в темноте, - засмеялся я и погладил грудь через пижамку.
- О, нравы XXI века! - укоризненно посмотрели на меня красивые глазищи.
Послышались несколько фраз, произнесенных по внутренней связи компьютерным голосом на языке, похожем на английский. Татка меня сразу оттолкнула:
- Идет атака на серверы! - и убежала. Босые ноги протопали по лестнице на первый этаж.
Почти сразу в дверь просунулась заспанная мордочка.
- Вы уже знакомитесь? - сказала она слегка хрипловатым голосом, - Меня зовут Анюта. Не вздумай называть меня Анной или Аней. Жутко обижусь! А за Анку убью. Татка часа три будет с атакой разбираться, пошли ко мне! Мы взрослые люди, знаем, чем надо заниматься.
Страницы: [ 1 ] [ ] [ ]
Читать также:»
»
»
»
|