 |
| |
| | Разве что выбор фалоимитаторов и вибраторов был побольше, да эротическое белье здесь предлагалось не на женщин, а на мужчин. Но оно Олега особо не заинтересовало. Гораздо интереснее ему показались полки с видеодисками, на обложках которых красовались красивые обнаженные парни с эрегированными членами и однополые пары в откровенных позах. Вот от этого зрелища у Олега вдруг вспотели ладони рук, щеки загорелись от необъяснимого жара, а член в его штанах вдруг ожил и стал стремительно набухать. "Не фига себе, - подумал парень. - Чего это со мной? А интересно, можно посмотреть здесь один из таких дисков?" С этим вопросом он, переборов смущение, и обратился в к миловидной даме за стойкой. А та ему очень вежливо объяснила, что, конечно же, сделать это можно, например, в отдельной кабинке, где сам выбираешь программу и постоянно кормишь деньгами автомат, чтобы он показывал фильм. | | |
| |
|
| |
| | После чего встала и ругаясь сняла трусы, свернула их в клубок и положив в карман кофты в которой была одета подошла к мужику. Теперь буду пиздой светить -сказала она присаживаясь рядом к мужику. Мужик засмеялся. Я что пизды твоей никогда не видал? -сказал он, похлопав её по заднице. Женщина села рядом с ним облокотившись на иву. Наливай - сказала она, ещё по капельки, за трусы, и громко засмеялсь. Мужик быстро налил и что то хотел сказать, но потом махнул рукой выпил. | | |
| |
|
| |
| | Помедлив, я покорно направилась в чулан сама. Совсем не такой представляла я встречу с моим парнем. Сейчас он увидит меня и сразу же узнает, что я бью посуду взаправду, а не для выяснения отношений. Станет ли Оля меня наказывать в его присутствии, размышляла я. В чулане никого не было. Мне стало очень больно, причём я вдруг осознала, что эту боль я ощущаю уже некоторое время. Саша! Где он? Я выскочила в коридор; мои мысли путались, я не могла составить себе никакого плана действий.
Девочка пробегала с подносом, я на автопилоте спросила её:
- Где Саша?
Возвращаясь ныне к этому вопросу, я удивляюсь: ну откуда бы девочке знать, что за Саша, и кто я такая, и где он может быть.
- Сашу дядя Джон увёл в спортзал.
У меня реально болело сердце, я не могла тогда даже внятно сформулировать себе, что это я "беспокоюсь о Саше". Мне хотелось оказаться с ним рядом, вот что! Всё остальное не имело никакого значения.
Я вышла через запасной выход, около кухни, в сад. Он ослепил меня своей красотой и ароматом, но это было несущественно; мне требовались красота и аромат моего парня.
Я пробралась узкой аллеей, отводя от лица тисовые ветки, к бассейну и свернула к гардеробу, за которым, как я предполагала, размещался спортзал.
Так и есть: пройдя мимо шкафов раздевалки, я вступила в пустой спортивный зал с раскрашенным деревянным полом. В углу была дверь, как я понимаю, нечто вроде тренерской. Я обошла стопку матов и рванула дверь на себя.
Саша был привязан скакалками к чёрному кожаному коню, а дядя Джон был без трусов. Он смазывал свою маленькую письку прозрачным гелем из флакона, который он встряхивал и рассматривал на свет.
Уважаемая Мария Валентиновна! Отдаю себе отчёт, что надоела Вам уже со своими цитатами из речей мальчиков. Всё-таки позвольте мне в завершающей части сочинения привести ещё одну, Сашину:
"Женька, ты такая вбежала в тренерскую и с порога ударила по мячу; забила Джону гол. Отбила педерасту хуй."
Неужели события развернулись столь стремительно? Мне казалось, что я вначале осмотрелась в помещении, затем, поразмыслив немного, составила план действий.
Дело в том, что я ненавижу баскетбол; вздорное изобретение люмпенов; к тому же у меня все пальцы выбиты этим жёстким глупым мячом, которым нас заставляет играть на физкультуре наш физрук Роман Борисович.
Поэтому оранжево-целлюлитный мяч у входа в тренерскую как нельзя лучше подходил для выплёскивания моих эмоций: дядя Джон собирался сделать с Сашей то, что Саша сделал со мной!
Я была поражена. Как можно сравнивать Джона и Сашу! Саша - мой любимый, а Джон? Как он посмел сравниться с Сашей? С чего он взял, что Саше нужно то же, что и мне?
Я пнула мяч что есть силы. Хотела ногой по полу топнуть, но ударила по мячу.
Мяч почему-то полетел дяде Джону в пах, гулко и противно зазвенел, как он обычно это делает, отбивая мне суставы на пальцах, и почему-то стремительно отскочил в мою сторону.
Я едва успела присесть, как мяч пронёсся надо мной, через открытую дверь, и - по утверждениям Саши - попал прямёхонько в корзину. Стук-стук-стук.
Вообще я особенно никогда не блистала у Романа Борисовича, так что это для меня, можно сказать, достижение. От значка ГТО к олимпийской медали.
Дядя Джон уже сидел на корточках, округлив глаза, часто дыша. Его очки на носу были неуместны.
Я стала отвязывать Сашу. Это были прямо какие-то морские узлы.
В это время в тренерскую вбежала Оля и залепила мне долгожданную пощёчину. Вот уж Оля-то точно мгновенно сориентировалась в ситуации.
Одним глазом я начала рассматривать искры, потекли слёзы, я закрыла его ладонью, а вторым глазом я следила за схваткой Оли и Саши.
Спешившись, Саша совершенно хладнокровно, как мне показалось, наносил Оле удары кулаками. Несмотря на то, что он был младше и ниже ростом, он загнал её в угол и последним ударом в лицо заставил сесть подле завывавшего Джона.
Я уже не успевала следить за своими чувствами: кого мне более жаль, а кого менее.
Саша о чём-то негромко беседовал с обоими.
- Вам что же, ничего не сказали? - доносилось до меня из угла. - Вас не приглашали на ночной совет дружины заднефланговых?
"Не приглашали" , подумала я, "да я бы ещё и не пошла; дура я, что ли; ночью спать надо, а не шляться по советам."
Мне вдруг захотелось спать, я начала зевать. Возможно, по этой причине дальнейшие события я помню, как во сне.
Дядя Джон, вновь прилично одетый и осмотрительно-вежливый, вновь сопроводил нас, широко расставляя ноги при ходьбе, до гардероба, где в шкафчиках висела наша одежда, с которой начались наши сказочные приключения.
Для меня-то уж точно сказочные.
Я с сожалением переоделась, Саша с деланным равнодушием.
Обедали мы уже в лагере, Саша в столовой степенно рассказывал своим друзьям о кроликах и о том, как фазан клюнул меня в глаз. Я дождалась-таки его ищущего взгляда и небрежно передала ему хлеб. Он сдержанно поблагодарил и продолжил свою речь; но я заметила, что он был рад; он улыбнулся! Он сохранил тайну.
Я планировала послесловие к моему рассказу, перебирая черновики, наброски и дневники на своём столе, но звонкая капель за окном вмешалась в мои планы, позвала на улицу.
Я понимаю всецело, Мария Валентиновна, что звонок для учителя, но разрешите мне всё же дописать до точки и поскорее сбежать на перемену; перемену мыслей и поступков, составов и мозгов, и сердечных помышлений и намерений, а также всяческих оценок. | | |
| |
|
| |
| | Она подошла к штанам Вани, растебнула их и достала что сосать. И начала это делать уверенно и методично. Высосав содержимое. Она проглотила Ванино излияние. И посмотрела просящими прощения глазами. | | |
| |
|
Рассказ №943
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Вторник, 17/01/2023
Прочитано раз: 180081 (за неделю: 3)
Рейтинг: 86% (за неделю: 0%)
Цитата: "Пережитый шок прошел не сразу. Стоило ей закрыть глаза, и как наяву она видела член, направленный ей между ног, и ощущала прикосновение к его гладкой, натянутой кожице. И капли горячей спермы, стекающие по ее губкам...
..."
Страницы: [ 1 ] [ ] [ ]
Пережитый шок прошел не сразу. Стоило ей закрыть глаза, и как наяву она видела член, направленный ей между ног, и ощущала прикосновение к его гладкой, натянутой кожице. И капли горячей спермы, стекающие по ее губкам...
Теперь она уже точно знала, что хочет Колю. Каждый раз, видя его, она заливалась краской, и взгляд сам собой устремлялся к бугорку на его штанах. Она сразу представляла, как ЭТО выпрямляется и входит в нее...
Мама, конечно, замечала, что с ней происходит. Однако, после пары проникновенных бесед, убедилась в том, что все вызвано авитаминозом и плохим самочувствием. Коля же, похоже, ничего не видел. Впрочем, она несколько раз замечала его взгляд, устремленный на ее грудь. Как-то раз они столкнулись в коридоре, и Коля случайно, выставив вперед ладонь, чтобы она не ударилась, схватил - вернее, придержал - ее за грудь. После этого он до вечера старался не смотреть в ее сторону, а она вообще стала избегать его - она чувствовала, что еще немного - и она будет кончать при одном взгляде на Колю.
От ежедневного онанизма Она похудела, ее грудь стала резко выделяться, и пацаны в школе все чаще роняли на уроках ручки на пол, чтобы нагнуться и заглянуть ей под юбку. Она стала прислушиваться к разговорам одноклассниц и поняла некоторые вещи. Поняла она и то, что сама порвала себе целку, однако это ее нисколько не огорчило, и она в этот вечер вставила в себя свечку, представляя, что это Коля вставляет ей и рвет все внутри.
А потом умерла мамина тетка, и мама на несколько дней уехала в деревню. Сначала мама хотела ехать с Колей - выходили как раз выходные - но Коле в субботу утром назначили совещание, и он не поехал. И в пятницу вечером они остались вдвоем - не считая бабушки.
Весь вечер Коля был какой-то странный. Он сам приготовил ужин - как часто это делал - и за ужином был то весел, то задумчив. Танюшка же совершенно не знала, что ей делать. Она целую ночь будет вдвоем - всего через дверь - с ним, но как ему сказать, что она его хочет? Самой придти к нему ей даже не приходило в голову - и вообще ей было страшно, так как то, что могло случиться, было уже серьезно. Часов в девять она не выдержала и сбежала в ванную, где быстро разделась и даже без свечки - одним пальцем - быстро-быстро кончила, не столько для удовольствия, сколько для того, чтобы снять напряжение.
Выскользнув из ванной, она расстелила постель. Коля сидел к ней спиной и смотрел хоккей. Она в задумчивости постояла, потом медленно расстегнула халат, сняла его и осталась в одних трусиках. Она не торопилась нырять под одеяло - ей доставляло необъяснимое удовольствие стоять почти голой в одной комнате с мужчиной. О том, что Коля видит ее отражение на экране телевизора, она не догадывалась. Танюшка уже засыпала, когда Коля выключил телевизор, подошел к ней, потоптался, потом наклонился и прошептал: - Спокойной ночи. Потом наклонился еще ниже и, видимо, хотел поцеловать ее в щеку, но Танюшка в этот момент повернула голову, и он чмокнул ее в губы. Танюшка зажмурилась - все ее тело как будто пронзило током, и сон как рукой сняло.
Коля скрылся за дверью и, судя по скрипу кровати, лег. Танюшка подождала - больше к ней подходить он, видимо, не собирался. Она понимала, что должна встать и зайти к нему в комнату, что если она это не сделает, то будет потом жалеть всю жизнь - но никак не могла решиться. Так она лежала около часа, поглаживая себя руками по груди, животу и лобку, а потом решительно стянула трусики и быстро-быстро, ничего не представляя и ни о чем не думая, отдрочила себя.
Когда она проснулась, было уже светло. Коля ушел на совещание, дома было тихо. Она приподнялась на локте и залилась краской - трусики валялись около кровати, а она сама была только чуть прикрыта сползшим одеялом - Коля явно видел и ее грудь, и живот, и ноги... Она начала представлять себе, чем это могло бы закончиться, и опять начала гладить клитор - но от вчерашних упражнений он болел. Тогда она как была голышом проскакала в ванную, залезла под горячий душ и достала свечку...
Когла утихли последние волны оргазма, она вдруг поняла, как и что она должна сделать. Прежде всего она разворошила мамино белье и нашла тонкие полупрозрачные трусики. Потом взяла отвертку и пассатижи и полезла под кровать.
Когда Коля пришел с совещания, все было готово - обед сварен, стол накрыт, а сама Танюшка ждала его в своем любимом летнем мини-платье и с слегка подкрашенными ресницами, что резко выделяло ее глаза на фоне длинных светлых волос. Увидев такой прием, Коля одобрительно пробурчал: - Ну-ну, и слегка шлепнул ее по попке - вольность, которую он в последнее время иногда позволял себе - отчего Танюшка покраснела и уже готова была кинуться ему на шею. За обедом она, как бы что-то вспомнив, сморщила носик и сказала:
- Коля, у меня кровать расшаталась, ты не посмотришь?
Она тут же поняла двусмысленность фразы - однокласснички тут же стали бы отпускать остроты по поводу раскачивания кровати - но Коля невозмутимо кивнул. Пообедав, он чмокнул ее в щеку - как она хотела бы, чтобы в губы - и нерешительно посмотрел на посуду.
- Я помою, - поспешно сказала она. - Потом, - добавила, испугавшись, что он наладит кровать, пока она будет мыть.
Она рассчитала верно. Одновременно держать болт, на которых была собрана кровать, и крутить ее с другой стороны ключом было страшно неудобно. А в узкую щель между кроватью и полом Коля не пролез бы никак. Помучившись минут пять, Коля решительно отложил инструмент в сторону и взялся за край кровати. Танюшка с ужасом поняла, что он сейчас попросту ее перевернет.
- Давай, подержу, - она протянула руку к пассатижам.
- Как? Неудобно же.
- Да я залезу под кровать, и все, - боясь, что он откажет, она легла на спину и протиснулась под кровать. Она проходила свободно, но грудь... Коле явно было хорошо видно, как ее грудь с трудом протиснулась, на мгновение резко очертив напряженные соски. Танюшка вовремя это сделала - ее очень возбуждала ситуация, и она чувствовала, как ее охватывает ощущение, близкое к началу оргазма. Она зажала пассатижами головку болта, который сама же и вывинтила пару часов назад, и сказала: - Давай. В этом слове, и во всей ситуации, она интуитивно, по-женски, почувствовала начавшуюся игру. Она не знала, как действуют на Колю ее торчащие из-под кровати и плотно сжатые ноги, однако по его напряженному голосу сразу почувствовала, что он это заметил.
Завернув один болт, она, не вылезая из-под кровати, переместилась в сторону. При этом ее юбка, как бы случайно, задралась выше трусиков, и Колиному взору предстал ее пушистый бугорок, чисто символически скрытый за прозрачной тканью. Мама знала толк в белье, но Коле и в голову не пришло, что трусики мамины. Танюшка поняла, что что-то случилось, по тому, что Коля перестал греметь ключом. Она осторожно изогнулась и выглянула из-под кровати. Коля стоял на коленях перед кроватью, его лицо покраснело, он не отрываясь смотрел на ее ноги. Но главное - его брюки впереди настолько оттопыривались, что Танюшку невольно охватила гордость, что она способна так сильно возбудить взрослого мужика. Она опять спряталась под кровать и позвала:
- Коля! Ты чего там, заснул?
- Ага, сейчас, - невпопад ответил Коля и снова забрякал ключом.
Второй болт завинтился на удивление не скоро - Коля явно тянул время, и Танюшка охотно ему в этом подэгрывала. Перемещаясь к третьему болту, она как бы невзначай согнула одну ногу, а потом, устраиваясь поудобнее, отодвинула ее в сторону. Ткань трусиков плотно врезалась ей в тело, и она явственно представила себе, что видит Коля - а видел он ее едва прикрытые тканью поросшие светлыми волосками губки, и без того достаточно пухлые, а сейчас от возбуждения красные и пульсирующие. Коля вдруг бросил ключи, что-то сказал неразборчиво и куда-то отошел. Танюшка сначала ничего не поняла, осторожно выглянула из-под кровати. Коли не было в комнате. Судя по закрытой двери, он был в маминой комнате. Она осторожно встала, прислушалась, потом тихонько подошла к двери и заглянула в замочную скважину. И вовремя.
Коля стоял перед кроватью, из его расстегнутых штанов торчал внушительных размеров член. Плотно охватив его ладонью, Коля быстро водил рукой взад-вперед, сладострастно извиваясь при каждом движении. Пальцы другой его руки при этом массировали то яйца, то густо поросший волосами лобок. Танюшку тут же охватило жуткое похотливое возбуждение. Ее промежность моментально взмокла, и она почувствовала тот резкий запах, который всегда ощущала перед самым оргазмом. Ей захотелось ворваться в комнату и подставить Коле свою дырочку... или рот... - но досмотреть до конца ей тоже хотелось. Она знала, что это называется "дрочить", и хотя ей не нравилось слово, сама мысль об этом сильно возбуждала. По рассказам подруг, этим занималось большинство мальчишек, и она часто представляла себе, как они это делают - но вот так, вживую, видела впервые - если не считать той мимолетной картины в туалете.
Коля дрочил все быстрее. Красная головка его члена набухла и стала почти фиолетовой. Теперь он напряженно дышал, и это было слышно через закрытую дверь. Танюшка не выдержала и, сидя на корточках, отодвинула резинку трусиков в сторону и положила палец на щель. Там было очень мокро - в таком состоянии она вполне обходилась без дополнительной смазки в виде шампуня или вазелина. Она прекрасно понимала, что не должна сейчас этим заниматься - если она кончит, она просто выдаст себя криком - но удержаться не могла.
Страницы: [ 1 ] [ ] [ ]
Читать также:»
»
»
»
|
