Рассказ №9442

     Я понял все. Девушка уже решилась на более близкие отношения, и теперь для меня самым главным было ничего не испортить. "Другого раза не будет, или сегодня, или никогда. Все-таки, надо было взять шампанского!" Моя избранница, очевидно, не знала, что водка заметно снижает потенцию. Скорее всего, она действовала из лучших побуждений и, вполне возможно, она хотела, прежде всего, как-то раскрепоститься сама, чтобы решиться на смелый поступок. "Ну, что ж, - решил я, - Постараемся справиться".
     
     Мы выпили "за кооператив", "за КМО", "за встречу", "за любовь".
     
     - А чай? - напомнил я.
     - Ах, да, чай.
     
     Потом мы пили чай с пирогами и печеньем.
     
     - Давай потанцуем, - предложил я, когда за окном начало смеркаться.
     - Давай.
     
     По моему глубокому убеждению, танцы - это легальный способ обнять и потискать женщину. Мы достали грампластинки и завели музыку. Я обнял Валентину за талию, а она обняла меня своими обнаженными руками за шею. Мы медленно переминались с ноги на ногу в такт музыке, и все плотнее и плотнее прижимались друг к другу. Я плавно и нежно гладил девушку по спине, на уровне талии, позволяя себе спуститься все ниже и ниже. Она не сопротивлялась, а только все крепче прижималась к моему лицу своей горящей щекой. "Все вместе будет стакан водки, - прикинул я все наши тосты, - Если она решила мне отдаться, то сейчас - самое время, иначе, она просто уснет". Я начал ее целовать. Сначала в мочку уха, потом в шею, в щеку. Наконец, мои губы сошлись с ее губами. Мы стали целоваться. Какая это прелесть, пухлые девичьи губы!
     
     - Хочешь, чтобы я тебе дала? - прошептала Валентина. Ее вопрос не показался мне ни грубым, ни пошлым.
     - Да, - прошептал я в ответ.
     - Я сейчас, - Валентина отстранилась и, двигаясь как в тумане, сняла покрывало с кровати, а потом выключила свет. - Ложись, я скоро.
     
     Она вышла из комнаты. Я остался один в полутемной комнате с расстеленной кроватью передо мною. "Сейчас все произойдет", - радостно подумал я, разделся и лег в кровать. Я столько раз об этом думал, столько раз заранее представлял всю картину нашей первой ночи, что теперь старался действовать предельно осторожно и нежно, чтобы ничем не спугнуть девушку, решившую мне "дать".
     
     Через некоторое время Валентина вернулась в комнату. В полумраке было заметно, что она уже не в прежнем халатике, а в белой ночной рубашке. "И наверно без трусиков", - догадался я.
     
     - Иди сюда, - нежно позвал я свою любимую.
     
     Она сосредоточенно и неторопливо забралась в кровать, легла у стенки и застыла, положив руки поверх одеяла.
     
     Я повернулся к ней. Мы некоторое время молча глядели друг другу в глаза в полумраке. Потом я начал гладить ее волосы, живописно рассыпавшиеся по подушке, целовать в лоб, в нос и, наконец, в губы. Она повернулась и обняла меня. Я стал прижимать к себе ее гибкое тело, провел рукой поверх ночной рубашки по талии, потом ниже, пока не добрался до края рубашки и не стал гладить по обнаженному бедру. Затем я проделал рукой тот же путь обратно, но по телу. Трусиков на ней не оказалось. "Заранее сняла", - радостно констатировал я и стал гладить ее все выше и выше, пока не добрался до груди. Рубашка скомкалась и стала мешать.
     
     - Господи, я тоже человек, я тоже этого хочу! - простонала Валентина и стала торопливо снимать рубашку с себя сама.
     
     Я воспользовался паузой в ласках, чтобы снять с себя трусы.
     
     Теперь мы оба лежали обнаженные. Со времени моего развода с женой прошло несколько месяцев, и у меня давно уже созрело острое желание раздеться перед женщиной. Очевидно, те же самые чувства испытывала и Валентина. Я обнял и крепко прижал к себе девушку, коснувшись гениталиями треугольника волос на ее лобке. Сладкое щекотливое чувство шевельнулось где-то в глубине души, но мы продолжали обниматься, ничуть не смущаясь взаимным прикосновением наших интимных мест. Теперь она была моя. Я гладил Валентину там, где хотел, постепенно исследуя новое для меня тело, и она делала то же самое, осторожно подбираясь к главному моему достоинству.
     
     - О, какое у тебя хозяйство, - прошептала она, добравшись, наконец, до него. Ее тонкие пальчики приятно теребили мошонку и начавший набухать член.
     
     Я гладил Валентину рукой, время от времени запуская пальцы в кучерявые волосы внизу живота, а затем, слившись с девушкой в томном поцелуе, попробовал исследовать ее ниже.
     
     Хозяйство Валентины было уже влажным. Все было готово, момент настал.
     
     - Я люблю тебя! - прошептал я срывающимся шепотом и решил: "Сейчас!"
     
     Осторожно и плавно я стал гладить с небольшим давлением по внутренней стороне бедер девушки, как бы предлагая ей их раздвинуть. Валентина порывисто задышала, поняв, что я сейчас начну, но не спешила открыться, оттягивая сладострастный момент. Ее тело, охваченное истомой, тихо извивалось, то слегка напрягаясь, то расслабляясь. Наконец, она сдалась и медленно раздвинула ноги. Теперь на ее промежности умещалась вся моя ладонь. Я стал гладить ее между ног, слегка погружая палец в складки половых губ. Наше дыхание стало прерывистым, а сердца учащенно забились. Сгорая от страсти, я медленно приподнялся над Валентиной, устроился между ее раздвинутых ног и дотронулся своим достоинством того места, куда только что погружались мои пальцы.
     
     - Ну же, - нетерпеливо выдохнула Валентина, приглашая меня войти.
     
     "Как хорошо!" - поплыло у меня в голове. Я с наслаждением почувствовал, как головка члена медленно входит туда, куда я давно уже стремился попасть, как заворачивается крайняя плоть, раздвигая половые губы Валентины, и я, стараясь растянуть блаженство, стал заходить в нее небольшими толчками.
     
     - Давай! - требовала девушка, - Еще, еще, глубже!
     
     Наконец, я вошел в нее весь.
     
     - Ах! - воскликнула Валентина.
     - Не больно?
     - Нет, не больно. Не останавливайся.
     
     "Давай, дружок, давай!" - я начал ритмично работать "дружком", то ускоряя, то замедляя темп и безумно радуясь тому, что "дружок" опять при деле после нескольких месяцев простоя.
     
     - Как хорошо! - застонала Валентина.
     - Как хорошо! - вторил я.
     
     Валентина лежала подо мной, обняв меня руками за шею, разведя ноги и слегка согнув колени. Я лежал на ней, взяв ее за пухлые ягодицы, и ритмично делал рывки вперед, как бы насаживая женщину на себя. Нам было действительно хорошо. Время от времени, я страстно проводил по ее телу рукой, чтобы ощутить ее широкие бедра, тонкую талию и упругую грудь и убедиться, что это не сон. Как же она была хороша!"Свершилось!" - пела моя душа. Я старался удержаться еще немного и еще, но наивысший момент нашего соития неумолимо приближался.
     
     - Подожди, еще чуть-чуть! - застонала Валентина.
     - Я люблю тебя! - ответил я, и вышел из нее, чтобы хоть как-то сбить напряжение.
     - Ну, давай же, еще, не останавливайся! - требовала Валентина.
     
     Я снова вошел в податливое женское тело и с новым приливом страсти принялся работать, стараясь не пропустить момент, когда мы могли бы вместе кончить. Дыхание Валентины становилось все более и более частым, она прижималась ко мне изо всех своих сил, а ее бедра с нарастающей силой двигались в такт с моими. "Будь, что будет", - решил я, и, не имея больше никаких сил сдерживаться, стал спускать, дрожа от блаженства и напрягаясь всем телом. Бедра Валентины при этом несколько раз резко и судорожно дернулись мне навстречу и вдруг обмякли. Мы оба затихли, усталые и потные.
     
     - Ты кончил? - спросила Валентина.
     - Да, - честно признался я, - А ты?
     - И я тоже.
     - Теперь мы стали мужем и женой, - прошептал я.
     - Мне так хорошо, - ответила моя новая жена, - Я самая счастливая женщина на свете!


Страницы: [ 1 ] [ 2 ]

Читать из этой серии:

Читать также: