Рассказ №9456

     В монастыре жизнь текла своим чередом. Судебным исполнителям не пришло в голову искать виновницу гибели Стаффорда в монастыре. До сих пор, хотя с момента страшной смерти сэра Шелли прошло больше 500 лет, место это словно пребывает под каким-то заклятием, заворожившим умы местных жителей, которые живут в мире грез наяву. Вся округа изобилует сказаниями, "нечистыми местами", суевериями. Говорят, до сих пор в округе в полнолуние появляется собака-волк и призрак сэра Шелли со своими охотниками.
     Впрочем, матушка приняла свои меры безопасности. Джейн сидела в подвале, радуясь одиночеству, монастырскому пиву и вкусному свежему хлебу. Матушка Изольда, исповедав грешную привратницу, решилась отложить наказание, чтобы преподать за одно новенькой труднице урок монастырского послушания.
     ** Глава седьмая. Наказание привратницы
     Джейн, освобожденная из подвала, занялась ревизией кухни. Ох, и досталось от нее послушницам, не проявляющим должного рвения
     - Вы не моете котлы должным образом, вот и пиво скисает и мутнеет! - Шумела она. - В печке зола не выметена! Так только мышей и тараканов разводить!
     Впрочем, только одной угрозой доложить матушке Изольде о творящихся безобразиях хватило, чтобы те со всем рвением принялись наводить матросскую чистоту.
     - Только не жалуйтесь! Матушка выпорет!
     Джейн знала, что для воспитания в монастыре использовались розги, и реже, треххвостая плетка. Матушка Изольда оправдывала частое применение розог, ссылками на Библию.
     - В библейской трактовке грехопадения, - проповедовала она сестрам, - Ева нарушила заповедь, данную Богом, и склонила к греху Адама. Именно ее, а не мужчину, смог прельстить змей-дьявол. Большую виновность женщины доказана и тем, что Господь определил большее наказание именно ей - в скорби и болезнях рожать детей. А мы принимаем покаяние с помощью молитв и терзания грешной плоти.
     Приспособлений для наказания было всего три: кольцо, ввинченное в потолок трапезной, старая дубовая скамейка, и аналой в церковном алтаре, принимающий на себя провинившихся в особенно торжественных случаях.
     Порка несчастной привратницы, заснувшей на посту, особой торжественностью не отличалась: матушка Изольда решила, что розог, и кольца в пололке будет вполне достаточно.
     - Грешниц полезно пороть в положении стоя, - матушка Изольда руководила процессом подготовки привратницы к наказанию, - как говорили отцы иезуиты, ex necessitate! [по необходимости - лат. ] Кстати, они были большие мастера в этом деле! [В Англии силы инквизиции в те времена уже ослабели. ]
     Линда, недавно присланная в монастырь, еще ни разу не получала публичной порки, и дрожала от страха. Глазами, круглыми как пуговки она с ужасом смотрела на мокрые длинные прутья, связанные в тонкие пучки, кольцо в потолке и цепи, предназначенные для ее тела.
     - Я не позволю бить себя! - Гордая осанка и взгляд выдавали в ней отпрыска голубых кровей, но в монастыре все равны.
     - Раздеть грешницу! - Коротко приказала матушка, увидев, что послушница не собирается раздеваться сама.
     Джейн, присутствующая при наказании тоже впервые, увидела, как три монахини ловко быстро выполнили приказ. Лишившись бесформенного монашеского одеяния, послушница оказалась хорошенькой девушкой лет шестнадцати.
     - Virgo intacta [Непорочная девушка - лат. ] - поняла Джейн.
     Волосы на голове, рыжие и непослушные, огненным дождем спадали на плечи. Оставшись в костюме Евы, послушница стыдливо прикрылась от сестер руками. Ее лобок был по монастырскому обычаю выбрит.
     - А теперь цепи и кольцо! - Приказала настоятельница.
     Стараниями помощниц девушка вытянулась в струнку так, что пальцы на ногах едва касались пола.
     Джейн показалось, что юная девушка, подтянутая к потолку, вытянулась так, что стала выше, чем была. "Мне дедушка Карл показывал точно такое же кольцо в пыточной зале, - вспомнила Джейн, - туда сер Шелли, да примет Господь его душу, постели ковры и поселил свою мавританку! Говорят, с его помощью не нем не только секли, но и вешали!"
     Монашки встали вкруг и молились, перебирая четки.
     "Господи, прости ее грешную!" - монашки шептали молитвы.
     Пока Линду подтягивали к потолку, связывали вместе ноги, Матушка Изольда взяла в руки универсальный воспитательный инструмент, всех времен и народов, розгу.
     - Говорят, - Матушка Изольда улыбнулась, - в античные времена розгу и порку воспевали в стихах, когда она с размаха ложится раз за разом на попу негодной девчонки, с помощью боли пробуждая ум и кротость. Не даром в Библии в качестве наказания неоднократно упоминается розга! - Матушка Изольда делилась своими воспитательными соображениями со всеми присутствующими, включая подвешенную к потолку Линду. В короткой послеобеденной проповеди матушка доходчиво, как ей казалось, разъяснила всем важность регулярных телесных наказаний монашек для их же благополучия.
     - Как известно, библейское событие грехопадения считается крайне важным. Это привело человека к падшести и богооставленности. Последствия грехопадения плачевны: человек стал смертен, навеки потерял райское блаженство, утратил божественное знание природы вещей, лишился чистоты, приобретя взамен склонность к греху. А теперь всем женщинам надо отвечать за первородный грех! Сорок девять ударов! - Матушка подытожила проповедь. - Джейн будет считать!"
     "Мой дедушка Карл драл меня ремнем без всяких проповедей! - Джейн вспомнила воспитательную практику деда. - Заслужила, так получи! Бывало, по три дня сесть не могла!"
     Она потупила взор, решив не показывать отношение к философским теориям настоятельницы в данное время и в данном месте. Несчастной Линде пришлось выслушать проповедь в подвешенном виде. Девушке было явно не до молитв. Ей хотелось только одного: чтобы это страшное и позорное наказание осталось позади.
     Прочитав "Богородицу", матушка приступила практике.
     Тут Джейн увидела, что соски, на грудях приговоренной напряглись и приподнялись!
     "Прямо, как у меня, перед свиданием с дедушкиным ремешком! - подумала она. - Не повезло девчонке!"
     - Простите меня! - Крикнула Линда, поняв, что произойдет через секунду.
     Вся ее спесь куда-то делась.
     - Бог простит! - Ответила матушка, встав, справа и позади от приготовленной жертвы.
     Прут свистнул в воздухе, тело девушки вздрогнуло, задергалось как червяк на крючке у рыболова, и в трапезной раздался первый крик. Она вскрикнула и напряглась, инстинктивно приготовившись к новому удару.
     - Раз! - Четко сказала Джейн и посмотрела на след. Ей впервые пришлось наблюдать порку со стороны.
     С непривычки Линда сжала ягодицы, не зная, что для нее это будет значительно хуже, чем расслабить их. Матушка не торопилась, позволяя Линде успокоиться на привязи.
     - Нет! - Линда обернулась и увидела, как матушка размахивается во второй раз.
     - Два! - Джейн увидела, как на попе Линды вспухают первые полосы.
     "Это же из-за меня ее наказывают! - подумала она. - Не постучись я в калитку в ту ночь, этого бы ничего не было! Ну, я попрошу матушку изменить Линде послушание и отправить ко мне на кухню. Я научу ее варить пиво!"
     Матушка Изольда, женщина добрая, хоть и строгая, видимо, не хотела применять на все инквизиторские способы воспитания с пристрастием. Кончики прутьев каждый раз ложились на середину дальней от матушки ягодицы.
     Джейн с удивлением заметила, что при таком способе кончик не просекает кожу до крови, а полоса наливается ровным красным цветом.
     - Ее наказывают не за сон, а за то, что она не исполняет своего послушания так, как положено! - Розга снова просвистела в воздухе и с размаху врезалась в Линдину попу.
     - Три! - Джейн считала, но ее голос был перекрыт отчаянным визгом Линды.
     Полосы уже начали наливаться кровью. Матушка Изольда, как поняла Джейн, берегла силы, да и не старалась превратить наказание в инквизиторскую пытку, поэтому била умеренно, без оттяжки.
     "Меня в замке и в лесу драли куда как сильнее!" - Джейн вспомнила ночное приключение. - С той поры еще не все полосы исчезли с ее тела.
     - Четыре!
     Матушка не спешила, делая длинные паузы между ударами, чтобы боль успевала разлиться по всему телу наказываемой. Основной удар она нанесла по правой, ближней к матушке, ягодице, лишь обжигая кончиком прута серединку левой. После десятого удара пауза была такой длинной, что монашки успели прочитать "Богородицу". Матушка Изольда перешла на левую строну, чтобы разделить поровну порцию полос и боли на "расколотой луне". Девушка ревела, дергаясь на привязи.


Страницы: [ 1 ] [ 2 ]

Читать из этой серии:

Читать также: