 |
| |
| | Как бегут года! Вспоминаю Алену. Так хорошо ее помню, будто разошлись прошлым летом. Когда я познакомился с ней, ей было ровно восемнадцать. Мы прожили вместе два года. Получается, что ее нет со мной уже около трех лет!
| | |
| |
|
| |
| | Катя, так звали женщину, усевшись в кресло и отдав свои безупречные ступни Наташе, закурила длинную, тонкую сигарету и взяла в руки лежащий дежурный журнальчик. Выдержав не большую паузу, Катя отложила журнальчик, сделала глубокую затяжку и обратилась к Наташе: | | |
| |
|
| |
| | Она задергалась, но я, схватил карандвш "Гигант" (помните такие - по советскому строю), который был в вазе на письменном столе, вогнал его ей во влагалище. | | |
| |
|
| |
| | Ладони мои тянутся к твоим грудям, охватывают их снизу, как бы поддерживая. Они, вообще-то, не нуждаются в поддержке, и без того задорно вздымают розовые носики сосков, но так приятно ощущать их в ладонях - тяжёлые, тёплые, мягко-упругие... Я охватываю их плотнее, чуть приподнимаю, большими пальцами глажу от ложбинки к соскам, осторожно сдавливаю. Твоё дыхание прерывается, я чувствую как в глубине, под мягким, женским, на-прягаются мышцы. Ты мотаешь головой, раскрываешь рот и с низким грудным не то стоном, не то криком устремляешься вперёд, раздвигая в стороны мои руки. Я откидываюсь назад, не могу удержать равновесия и перекатываюсь дальше, на спину, а ты падаешь на меня. Я громко, как-то восторженно выдыхаю, чувствуя тебя всю, целиком в моих руках. Ты полно-стью опускаешься, распластываешься на мне, твои груди так мягко и так сладко прижимают-ся к моему лицу, что я просто тону в них, я не понимаю, как мы лежим, где чьи руки и ноги, у меня голова кружится в самом прямом смысле - вот уж чего никогда не было. Прямо возле уха я слышу твоё сердце, слышу дыхание не снаружи, а внутри тебя, чувствую тепло и что-то ещё, помимо тепла. Твой правый сосок оказывается возле моих губ, и я целую его, обни-мая языком, ощупывая малейшие неровности. Ты снова стонешь, тем же глубоким голосом, от которого где-то в груди возникает горячая волна и хочется с каким-то диким боевым кли-чем схватить тебя и брать, брать раз за разом, незатейливо и яро. Но твоя талия, такая тонкая после груди, ямочка над приспустившейся резинкой трусиков, твоя грудь под моими губами - требуют совсем иного обращения, и ярость каким-то странным образом превращается в нежность, такую же выплёскивающую через край, без рассудка и границ, и я целую тебя в грудь и шею, глажу руками, прижимаю к себе ещё плотнее, чем прижимает тяжесть твоего тела, оказавшаяся неожиданно лёгкой... | | |
| |
|
Рассказ №968
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Вторник, 07/06/2022
Прочитано раз: 27908 (за неделю: 30)
Рейтинг: 89% (за неделю: 0%)
Цитата: "Квартира, задуманная как гнездышко, но напоминающая логово. Звонок в дверь.
..."
Страницы: [ 1 ]
21.00
Квартира, задуманная как гнездышко, но напоминающая логово. Звонок в дверь.
- Привет. Хорошо выглядишь, - сказал Он, открывая, - Я соскучился.
И подумал: "Нет. Поручать обе фуры Степанычу не буду. Поворовывать стал, сукин кот..."
- Спасибо, - сказала Она, снимая плащ, - А у тебя усталый вид. Что-нибудь случилось?
И подумала: "Не забыть потом заскочить в дежурную аптеку. Аспирин, валидол и эти... как их..."
- Случилось. Моя киска опоздала на пять минут - и мир стал крениться набок, - сказал Он, доставая бутылку вина, - Еще семь минут, и стало бы одним "Титаником" больше...
"А кому, кроме Степаныча?.. Чужим - боязно, среди своих он лучше всех..."
- Прости, Котик... - сказала Она, забираясь в кресло по-детски, с ногами, - Я ведь у тебя деловая женщина...
"Как же называются эти таблетки?.. Надо позвонить маме, спросить еще раз..."
- Просить прощенья на коленях тебе, рабыня, суждено... - промурлыкал Он, наливая полные бокалы, - Но прежде... Вот... Твое вино...
"А со Степанычем поговорить за бутылкой водки, набить морду по-дружески, не сильно, может, и исправится... Решено. Завтра же... Чтобы товар не стоял..."
- Ах, государь, - Она потешно заломила руки, - И без вина душа раскаянья полна...
"Мама что-то совсем расклеилась. Надо сегодня пораньше вернуться... А завтра повожу ее по нормальным докторам, хватит уже в поликлинике уродоваться..."
- И все же - выпей для начала. А потом приступим к покаянным процедурам, - Он подал ей личный пример, двумя глотками осушив свой бокал.
"Дрянь вино... А девчонка хороша... А Степаныч - сукин кот, завтра с ним разберусь"
- За тебя, Котик... Расти большой... - Она тоже выпила залпом и закурила, ожидая опьянения, как поезда в метро, чтобы продремать на лавке до конечной.
"Сладкое вино, тьфу... Сколько раз ему говорила, что не люблю такое!"
- Еще? - Он потянулся за бутылкой.
"Тихо сидим. Надо музыку поставить..."
- Конечно, милый. Ты же знаешь, как я люблю сладкое! - Она взяла бокал в свободную от сигареты руку и чередовала бесполезное с неприятным, улыбаясь.
"А Котик, похоже, и впрямь устал... Напрасно приехала... И в аптеку не заскочила..."
22.30
Весь подъезд, от охранника на первом этаже до уборщицы на чердаке, слушает Гарри Мура. Наши герои допили вторую бутылку вина и только что устали танцевать.
- Ну, что ж, - сказал Он, садясь в кресло, - Время покаяния пришло...
И подумал: "Надеюсь, сегодня она не будет кусаться..."
- Я готова, мой господин, - Она опустилась на колени в позе кающейся грешницы. И даже сложила ладони вполне благопристойным образом. Только кусочек живого теста, который она принялась раскатывать, был из другой оперы.
"В лесу родилась... елочка... в лесу она... росла... росла... так... так..."
- Съешь меня, - улыбнулся Он. - Так, кажется, говорил пирожок?
"Надо сделать музыку потише... Мешает..."
- Да. Вот только понять бы, какая сторона - уменьшительная, а какая - увеличительная... - Она лизнула его "пирожок", больше похожий на гриб, сначала с одной, потом с другой стороны шляпки...
"Пора подстричься. Надоело отплевываться от собственных волос..."
- С какой стороны ни лизни - увеличится... С какой ни укуси - уменьшится..., - пробормотал Он севшим голосом...
"Господи, какая пошлость... гадость... дрянь... Любимая сказка дочки..."
22.45
Возня на полу в кромешной тишине.
- Милая, родная моя... - прошептал Он, жмурясь от света в конце тоннеля, по которому толчками вел своего крота...
И подумал: "Милая, родная моя..."
- Милый, родной мой... - эхом откликнулась Она, сочась сладкой берестой вокруг его ствола...
И подумала: "Милый, родной мой..."
23.15
Бокал вина "на посошок", сигарета просто так, тишина. Слышно, как охранник на первом этаже трахается с уборщицей под Гарри Мура.
Домовой, задуманный, как птенчик, глядит из-под дивана желтыми волчьими глазами.
- Мне хорошо с тобой... - прошептал Он. - Придешь завтра?
И подумал: "Хотя, какое, к черту, завтра... Со Степанычем надо разбираться..."
- Постараюсь. - сказала Она. - Я тебе днем перезвоню. Мне с тобой тоже очень, очень хорошо...
И подумала: "На метро успеваю. В аптеку завтра с утра забегу, перед работой... Не забыть днем позвонить сюда и сказать, что не смогу..."
- Хруммм, - сказал Диван.
И ничего не подумал.
"Когда они угомонятся, наконец?.." - подумал Домовой.
И ничего не сказал.
© Mr. Kiss, Сто осколков одного чувства, 1998-1999гг
Страницы: [ 1 ]
Читать также:»
»
»
»
|
