 |
| |
| | Все закончилось, когда он выплеснул в эту мягкую податливую глубину мощную струю горячей спермы и обессилено откинулся на диван, рядом с изнеможенной жертвой... | | |
| |
|
| |
| | В нашем детстве наступил новый этап. Мы научились ценить друг друга за эти минуты телесного сближения. Я довольно часто просил тебя снять трусики, и ты почти никогда этому не противилась. Я часто на уроках думал о том, как приду домой и снова увижу твою так дорогую мне письку. Думаю, что и ты в школе вспоминала о моём торчащем, как палка, горячем члене. Опыт с Муриком, видимо, убедил тебя, что "от добра добра не ищут", и ты никогда не откликалась на чьи-либо предложения, хотя они и поступали (какой мальчишка не мечтает о сладкой девчачьей письке!". Мы придумывали различные позиции, пробовали соединять наши письки то в такой, то в другой позе. Это нас веселило, иногда забавляло. Помню, как ты в позе сверху никак не могла попасть своей писькой на мой торчащий член: приседала и промахивалась. Наконец, раздосадованная, легла на спину и сказала: "Ну, всё! Не хочу больше! Сделай мне как обычно, а то я устала! . . " И, когда я тебе засунул, ты прикрыла глаза и прошептала: "Совсем другое дело... И почему некоторые девчонки любят сверху? . . " | | |
| |
|
| |
| | Я с удивлением чувствую внезапный укол ревности - чувства, мне не свойственного. Другие кандидатки... Понятно, что ты не мальчик, и все-таки, сколько их было у тебя - тех, которые растворились в сутолоке дней? И тут же одергиваю себя: ведь и я не страдаю излишним целомудрием. А ты же не переживаешь по этому поводу... | | |
| |
|
| |
| | Я засунул руку в трусы и поправил положение своей письки, чтобы не попасть в нелепую ситуацию. Затем я не мог удержаться, делал вид, что смотрю телек, а сам вовсю ласкал животик и бедра сестры сквозь легкое платьице. Минуты через 3 я осмелел и запустил руку под ей платье и нащупал трусики. По дому Ксюшка все время бегала в трусиках, и уже давно успел рассмотреть их. Они были такие кружевные, невесомые, прозрачные и на них был изображен Микки-Маус или какой- то другой мультгерой. Минуту я подержал руку на трусиках, поглаживая попку сестренки, и смотрел во все глаза , чтобы она не проснулась. Но она спала спокойно-спокойно, как только могут спать дети. Затем я начал потихоньку одной рукой водить ее головой по своему паху, а другой забрался под трусики и засунул пальчик в дырочку ее заднего прохода. Там было немного мокро я понял что она не подмылась. Это меня возбудило еще больше, я достал свой палец и начал его нюхать и уже вовсю двигал тазом под ее головой. Я понял что мне нужно разрядиться. Я пошел в ванную, заглянул в стиральную машину, где лежали грязные вещи и нашел другие ее трусики. Они были сзади в коричневых разводах , а впереди было еще желтое пятнышко, но пахло это все восхитительно. Я одел их на свое лицо, лизал их, вдыхал их аромат и мастурбировал, затем взял их в руку и ими тер о свой член. Я кончил прям на них, мне их пришлось потом постирать и повесить на балконе. Так произошло так первое интимное знакомство с моей сестренкой. | | |
| |
|
Рассказ №970
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Четверг, 09/05/2002
Прочитано раз: 23733 (за неделю: 7)
Рейтинг: 89% (за неделю: 0%)
Цитата: "Луна затопила ночь и пустынный пляж мерцающим светом. Она была спокойна и обещала вечный покой своим детям. Она звала и притягивала к себе, вытянув сверкающую дорогу сквозь ночь. Так хотелось нырныть и поплыть через сверкающий поток к этому холодному и вечно светящему камню, повисшему в чёрной бездне. Холодный свет укутывал и поднимал, охлаждая тело, но всё больше горяча сердце.
..."
Страницы: [ 1 ]
Надо пользоваться
единственным и последним
случаем, благо час поздний...
Луна затопила ночь и пустынный пляж мерцающим светом. Она была спокойна и обещала вечный покой своим детям. Она звала и притягивала к себе, вытянув сверкающую дорогу сквозь ночь. Так хотелось нырныть и поплыть через сверкающий поток к этому холодному и вечно светящему камню, повисшему в чёрной бездне. Холодный свет укутывал и поднимал, охлаждая тело, но всё больше горяча сердце.
Вода тихо плескалась возле ног, а лунная дорога была устремлена в небеса. Порой водная гладь была настолько тихой, что, казалось, стоит ступить, и ты пойдёшь к луне и к звёздам. Лишь изредка появлявшаяся рябь на поверхности говорила о том, что это всего лишь иллюзия, созданная больным воображением уставших от жизни людей.
Их обоих манила ночь. Они дорожили каждой минутой этого благословенного времени суток. Всю жизнь они жили в потёмках, и ни один лучик света и счастья никогда не пробивался к их истерзанным жизнью сердцам.
Парень с девушкой стояли вдвоём у самой кромки воды и смотрели на лунную дорогу, притягивающую их как магнит. Один только шаг... но холодные волны накатывали на берег и разбивались у самых ног, обдавая мелкими брызгами. Но всё же это была волшебная ночь...
Лунный свет хлынул на них и попытался пробиться в потёмках души.
Казалось, это не люди. Нет. Это морской бог, вышедший их тёмных пучин, и прекрасная нимфа тонут в объятиях друг друга. Остались только сплетённые воедино тела и лунный свет. Горячие, ненасытные рты, рвущиеся к полному слиянию тела и души. Обжигающие поцелуи, соприкосновение раскалённой кожи. Лунный свет затопил их и разлился счастьем в их сердцах. И они нырнули в ночь. Тела потеряли вес, а души обрели небывалую легкость. Они плыли вместе, касаясь друг друга, и поднимались всё выше, рассекая телами столбы мистического света. Они были среди звёзд, среди окутывающей их черноты, и ночь приоткрыла им завесу своей тайны. Она приняла их, и эти двое увидели гораздо больше, чем могли видеть все остальные смертные. Больше, гораздо больше...
Ожили вокруг сатиры и русалки, нимфы и боги, герои старинных мифов и преданий. Все плясали вокруг них и огромного, пылающего неземным светом, чёрного огня, который разожгла их тёмная любовь.
И теперь эти двоё иногда поднимают глаза к небу, они всегда видят луну и вспоминают тот чёрный огонь, опаливший сердца. Не рассеявший темноту, а только ещё больше сгустивший сумерки и поселивший вечный мрак в любящих сердцах.
Страницы: [ 1 ]
Читать также:»
»
»
»
|
