Рассказ №9884

     - Нет... - Раечка покупала стринги совсем не в сельпо, а уже здесь, в городе, но сегодня забыла надеть; аккуратно подбритая в широкую стрелочку шёрстка тёмно-рыжего цвета показалась из-под задранного края платья и тут же скрылась обратно. - Всё? Тётя Зина! . .
     Она умоляюще-преданно ради прекращенья своих мучений поглядела в глаза своей домохозяйке.
     - Прелесть какая ты! Так не считается! Ты б ещё жопу включила мне в счёт, за которую я случайно заделась на улице! - "тётя Зина" оказалась совсем не из дур идти на внепаритет-компромисс. - Ты хорошо покажи - в развёртке, наполную! А такую я и так у тебя посмотрю, когда в баню все вместе пойдём! Разверни коленки-то! Шире поставь и показывай! . .
     Раечка отвернулась, чтоб не сгореть со стыда, и заново потянула подрагивающими от волненья ладошками собирающуюся каёмку ткани наверх. Дотянув до пупка, она зашевелилась коленками и заново вздрогнула, когда силные руки Синицы развели её худые, стройные бёдра до ощущенья лёгкой ломоты в сладко занывшей промежности...
     - Вот так! . . Умница! - Синица Ивановна впёрлась к ней между ног и своим широко расставленными коленями зафиксировала раскрытые девичьи ляжки. - А я подрочу...
     От этого известия Раечка чуть не схлопнулась обратно через мощные упирающиеся ей в коленки столбы тёплых тёть Зининых ног. Проиграв краткомоментное сражение двух пар коленок, Раечка отвернулась головой почти на сто восемьдесят, успев однако заметить и напряжённую позу полуприсевшей Синицы, и её румяное от волненья лицо, и засунутую уже по локоть в трусы-рейтузы руку домохозяйки...
     - Ну чего ты? . . Чего? . . Моя сладкая... Ну-ка, за уши её потяни... Потяни, раскрой руками пизду! Раскрой пальчиками...
     Раечка скользнула ладошками вниз и всеми пальчиками старательно раскрыла розово-алые створки вагины.
     - Ротик какой! Мальдивская ранняя, первый сорт! Ух ты цветик какой - ох же и цвиркану щас... Блядь...
     Синица Ивановна шаркнула правой ногой, добыв из-под кровати дюралевый тазик под себя, и ухватилась свободной рукою за грудь.
     - Ты чего - всё стесняешься? . . - она начинала жарко дышать.
     Пунцовая, будто мак, Раечка старательно удерживала головку во взгляде за собственное плечико.
     - Смотри на неё - пизду розовую мне показывает и стеняется! Пошире-пошире ушки расставь... Вот - чтоб дыру было стало видать! . . Молодец, я люблю как стесняются! Постесняйся ещё...
     Раечка жалобно всхлипнула...
     - О, дырень-то красавица у тебя! Что ли целик? - Синица Ивановна дрочила столь ожесточённо, что трясущиеся коленки её полусогнутых сильно дёргали в стороны раскрытые ножки Раечки, и из-под мягкой коричневой шёрстки девушки выглянул розово-малиновый маленький клитор. - Гляди - секелёк! Ой ты, умница! . . Не стыдно тебе с таким баловнем в целках в твои годы ходить?
     - Я натяжная... - попыталась обидеться и оправдаться Раечка, бросив короткий рассерженный взгляд на Синицу.
     Синица Ивановна увлечённо всматривалась в её растянутое розовое очко и в три погибели согнувшись отрадно дрочила. Одна рука её поочерёдно тискала и сминала большие отвисшие сиськи через бюстгальтер, другая вовсю шуровала под трусами в пизде, а по раскрасневшемуся в страсти лицу сбегали крупные капли пота...
     - Натяжная??? - Синица задохнулась в восторге. - Не пизди давай, шире раскрой... Потяни за целик! . . Ох, хорошая!!!
     Синицу Ивановну уже непрестанно трясло в возбуждении.
     - Ох, цвиркану щас! - она торопливо бросила сиськи и с силой оттопырила насторону промежность рейтуз вместе с короткой штаниною; вздутые губы пизды уставились в пол. - Ох ты ж... ох, моя девочка!!!
     Раечка в изумлении обернулась на её дикий вскрик, и одного этого её взгляда на раскоряченную перед ней домохозяйку оказалось достаточным для той - Синица стала кончать.
     - Ох! . . Ох! . . Ох! . . - из больших выпяченных в прореху трусов губ ударила тугая серебрянная струя в подставленный тазик. - Ох, пиздец! . . Ох ты сладкая! . . Ох, ебать тебя в рот чем получиц. . ца!! Ох, пизда! . . Ох, хорошая, вкусная, лакомая! . .
     С каждым страстным своим причитанием Синица исторгала новый упругий поток, звонко бившийся тазику в дно.
     - Ох и ох... - она заметно устала и подобрела до счастья лицом, - а теперь и поссать...
     За серебряными струями вслед хлынул обильный жёлто-прозрачный поток мочи и заплескался, разбрызгиваясь по ногам Синицы и Раечки...
     - Прошма ты всё-таки... - Синица Ивановна свела вместе ноги, стянула и заотжимала трусы над тазиком. - Ноги-то вместе сведи - ишь растопырилась! . .
     Она вынула из кармана валявшегося на кровати халата мобильник и щёлкнула вспышкой, сунув его Раечке между ног, а затем наклонилась и поцеловала в приоткрытый рот свою новую постоялицу пытающуся свести вместе затёкшие до лёгкого озноба коленки.
     - Тётя Зина, а душ у вас работает? - Раечка облизнула губки, собирая в кучу глаза и соображая понемногу, что терзавшая её последнюю неделю проблема квартироустройства неожиданно легко разрешена на ближайших три месяца точно...
     ***
     Тем же вечером Раечка познакомилась с Лорой - троюродной падчерицей Синицы Ивановны от позапрошлого мужа.
     - Это, блядь, Традисканция! - без особых сантиментов представила Синица, вращаясь жопой у плиты на кухне в приготовлениях ужина, раздобытую себе днём юную жиличку. - Пизда прелесть - я видела! Будет жить у нас со своими учебниками, познакомься, моё солнышко...
     Маленькое очаровательное существо с карими чуть раскосыми глазами и туго стиснутой на затылке смоляной косичкой протянуло Раечке узкую смуглую ладошку:
     - Глория... Лора...
     Раечка в нечаянном приступе лёгкого смущения коснулась её жарких, будто пылающих, пальчиков.
     - Рая... Раечка...
     Лора левой ладошкой нежно стиснула её правую грудку и мимолётно взглянула снизу вверх в Раечкины глаза. Через мгновенье она уже исчезла в своей комнате, бросив "Ма, я у себя буду ужинать! Принесёшь?". Синица Ивановна всё так же топталась у газово-балонной печки и по ходу перманенто ворчала ("Я те, блядь, принесу! . . Яичницу с зеленью будешь? . . Сегодня вообще твоя очередь по кухне скакать! . . Скажи спасибо, что опоздала - шароёбилась где знамо-незнаемо! . . Тебе бутерброды с икрой? . . ") . А Раечка, обернувшись к кухонному умывальнику, третью минуту уже толкалась ладошками в чугунный гремящий сосок, изображая дежурное ополаскивание, а глаза её были потеряны в маленьком зеркальце напротив, в котором она по-прежнему видела карий исходящий глубинно-нежной тоской раскос глаз Лоры - Раечка нечаянно влюбилась, вода в горшке умывальника кончилась...
     ***
     А Семён возник лишь через три дня, уже почти в самую ночь - голодный, злой и лохматый, как кентерберийский дикообраз.
     - Синаида, я три раза ёб вкусно твою мать во влагалище, где в этом доме чистый рушник для героя трудовых буден?! - шумел, громыхая сапогами по кухне, и пугливо прислушивающаяся из своей комнаты Раечка, листая конспекты, никак не могла взять в толк отличие конгруэнтного от сенситивного типов познания.
     - Обрушила б я тебе! Где-где - в пизде! Где и всегда же висит, чё - зажмурило с счастья великого?! - в тон реагировала Синаида Ивановна, протягивая мужу полотенце. - Зачинил там дыреней навыворот? Пиздапраёб хуев сын... И не ори - у нас девочка в свободной живёт теперь! Садись, стащу сапоги - совсем заебался-устал? . .
     - Девочка? - Семён снизил гуд голоса, перекосился в натуге мысли по диагонали в лице и грузно опустился сракой на жалобно скрипнувший подвернувшийся стул. - Снова, значит, ученью свет и в ванной сантехпрофилактика? Бля, Си, а побухать-переговорить по душам ты подумала - не могла притащить мне напарника? Ой, дурдом, а не дом...
     Синаида Ивановна отставила его сапоги ("Не пизди! Она очень хорошая!") , освободила ширинку в мотне ("А бухать уже не актуально - всё равно б напарника не получилось! . . ") и ухватила губами за балду стояка, вопросительно взглянув широко раскрытыми глазами наверх ("Или может сначала поешь? Всё готово... ") .
     - Крепче! Красиво соси... - услышала Раечка приглушённый голос мужа домохозяйки и вынуждена была лечь спать, не пописяв, потому что крайне опасалась выйти из своей комнаты и показаться на кухне.
     ***
     Раскрутил её Семён тем же утром. Вместо "доброе утро" он сказал "я тебя люблю", и она почему-то поверила.
     Раечка едва успела хорошенько отоссаться в ванной-уборной и в ночнушке ещё заправляла свою кровать, когда дверь в её комнату открылась и на пороге возникло нечто громадно-лохматое и первобытное. Она ещё попыталась сначала изобразить испуг на полупроснувшемся личике, но уже через минуту заново терзала свои простыни, склоняясь над кроватью в полупрозрачной ночнушке. Тонкая ткань ночнушки сильно вминалась между её худенькими ягодицами, край в изгибе сильно задирался над голыми ямочками коленок, и присевший позади за стол Семён удовлетворённо попыхивал полевой самокруткой.


Страницы: [ 1 ] [ 2 ]
Сайт автора: http://lastonka.narod.ru

Читать из этой серии:

Читать также: