 |
 |
 |  | Мы пришли к соглашению, раз мы действительно хотим трахнуться, то должны заключить "договор" не делать этого. Если когда-либо один из нас возымеет сильное желание заняться любовью, сказала Нэнси, то другой должен просто помочь ему незамедлительно кончить с помощью орального секса или еще как. Оба мы кончали по многу раз. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Саша словно ждал этой рекомендации. Он стал долбить меня в рот своим шлангом, учащая свои движения, увеличивая свою активность. Он беззастенчиво засовывал свой кол как можно глубже, манипулировал моей головой, как ему заблагорассудится. Сначала он ее запрокинул, потом прижал к стене, взял меня одной рукой за подбородок, а другой надавил на лоб. Я лизал, сосал, глотал, работал руками, помогая ему всем своим существом. Его член при этом становился все тверже и длиннее, головка стала стальной и проваливалась в мое горло, не встречая никакого сопротивления. Она терлась о стенки рта, проходила дальше, устремляясь к пищеводу и желудку. Саша вот-вот должен был достигнуть пика наслаждения. Он тяжело и часто дышал, его руки и тело дрожали, он весь вспотел и капли пота, сливаясь между собой, образовывали струйки и ручейки, падавшие на мое лицо. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Сказать, что это очень больно - ничего не сказать! На глазах навернулись слезы и посыпались искры, показалось, это была не розга, а раскаленный прут! Оставшиеся четыре розги, я получил в полубессознательном состоянии, из глаз, ручьем, текли слезы, в ушах звенели колокола. Нина освободила мою голову и я, с трудом, слез с лавки. Встав на колени перед Екатериной Ивановной, я начал неистово целовать ее руки и искренне благодарить за отличную порку. Погладив меня по голове, она сказала: "А теперь, попроси Ниночку, что бы она высекла тебя." На четвереньках, я подполз к Нине, взял ее руки и нежно целуя их, произнес: "Милая Ниночка, очень прошу Вас, высеките меня!" "Как мама?" - уточнила Нина. "Нет, именно как Ниночка!" - попросил я. "Ну ты и лис! Ладно, иди ложись. Я тебя высеку, как Ниночка! Мама, зажми ему голову." Нина стала перебирать розги и я заметил, у нее в промежности, на трусах влажное пятно. Такое же пятно я увидел и у Екатерины Ивановны, когда она зажимала мою голову. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Я стал посасывать его пенис, лизать головку, одной рукой помогая себе кончить. Через пару минут приятное чувство заполнения в заду, онанизм, сделали своё дело, я кончил, а до этого кончил Рахат спустив мне в рот изрядную порцию спермы. |  |  |
| |
|
Рассказ №9937
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Вторник, 30/12/2025
Прочитано раз: 30383 (за неделю: 12)
Рейтинг: 78% (за неделю: 0%)
Цитата: "Томящий жар желания, полыхающий внизу живота, приятно и стыдно разливался по телу. Она уже не могла терпеть его, да и не хотела терпеть - очень хотелось, чтобы дядя Боря снова увидел ее как тогда - на дне рождения, в лифчике и трусиках, чтобы смотрел на нее, на ее груди, и чтобы не только смотрел. Ей мучительно захотелось вдруг, чтобы его руки крепко, до боли стиснули и мяли ее ноющие, набухшие груди, чтобы руки его скользнули по животу и нырнули в плавки, жадно шарили и щупали там. Чтобы он стащил с нее трусики и смотрел на ее набухшее желанием влагалище, смотрел, как липкая, скользкая влага стекает по ее губкам на бедра: дождавшись, когда он вышел из комнаты, Люда стукнула дверью и вернувшийся дядя Боря увидел, как она, поджавшись, присела на диван всем видом показывая невыносимую боль. Глянув на дядю Борю прошептала..."
Страницы: [ 1 ]
День Рождения: Этот день всегда сулит что то новое, неизведанное, иногда чуточку тревожное, но всегда радостное. Становишься сразу на целый год старше, и кажется, что все смотрят на тебя уже совсем не так, как раньше. А в этот день она поняла вдруг, что она уже взрослая девушка, и мужчины могут смотреть на нее не как на девочку-подростка, а как на женщину! Как всегда День Рождения ребенка - повод для взрослых гульнуть как следует. Когда Люда пришла домой веселье кипело уже вовсю - собралось гостей со всех волостей, иные и не знали толком, за что пьют - лишь бы наливали. Окинув взглядом привычную картину, она повела подружку в свою комнату, чтобы там готовиться к приему гостей - сверстников. Она слышала, как хлопнула входная дверь, впуская очередного гостя, и вскинулась радостно - приехали дядя Боря и тетя Валя. Она знала их с самого раннего детства, знала хорошо, их приезд всегда радовал ее, да и они относились к ней с неподдельной теплотой и приветливостью.
Она как раз скинула платье, оставшись в трусиках и бюстгальтере, когда дверь в ее комнату распахнулась и вошел дядя Боря. Нисколько не смутившись нарядом ее подошел, приобнял легонько за плечи, и ласково чмокнув в щечки, поздравил с Днем Рождения. Зардевшаяся от смущения Люда смутилась еще больше, когда дядя Боря, отступив на шаг, окинул ее взглядом - ее заметно выросшие груди, фигурку ее стройную, задержавшись взглядом на лоне, вновь вскинул глаза на груди.
Она приехала к нему на работу не сознавая толком - зачем, почему родилось у нее это желание, не признаваясь себе в этом. Ждала от встречи чего то тайного, мучительно стыдного, но от этого еще более желанного. Втайне даже от себя сознавала все таки - очень хотелось вновь увидеть его восхищенный взгляд, вновь ощутить прикосновение рук, почувствовать себя женщиной, на которую смотрит мужчина - смотрит, восхищенный ее прелестью и желающий ее. А своим, уже женским чутьем, понимала прекрасно - она нравится ему - уже как женщина.
Томящий жар желания, полыхающий внизу живота, приятно и стыдно разливался по телу. Она уже не могла терпеть его, да и не хотела терпеть - очень хотелось, чтобы дядя Боря снова увидел ее как тогда - на дне рождения, в лифчике и трусиках, чтобы смотрел на нее, на ее груди, и чтобы не только смотрел. Ей мучительно захотелось вдруг, чтобы его руки крепко, до боли стиснули и мяли ее ноющие, набухшие груди, чтобы руки его скользнули по животу и нырнули в плавки, жадно шарили и щупали там. Чтобы он стащил с нее трусики и смотрел на ее набухшее желанием влагалище, смотрел, как липкая, скользкая влага стекает по ее губкам на бедра: дождавшись, когда он вышел из комнаты, Люда стукнула дверью и вернувшийся дядя Боря увидел, как она, поджавшись, присела на диван всем видом показывая невыносимую боль. Глянув на дядю Борю прошептала
- Я грудью на дверь налетела, ушибла сильно, болит очень:
Участливо глянув на девушку, он склонился к ней, отвел в стороны руки и медленно вздернул футболку
- Давай-ка посмотрим, а то может в больницу ехать надо - он осторожно снял с нее футболку и, вновь склонившись, расстегнул и снял лифчик. Смущение и стыд горячей волной обожгли ее - Люда залилась краской до корней волос - а он, казалось, не замечал этого, осторожно коснувшись ее грудей легонько сжал их, спросил участливо
- Не больно так? - его ладони, нежно сжимающие податливую плоть, замерли на мгновение и Люда, испугавшись, что он уберет руки, торопливо замотала головой. Вскинув на него затуманенные желанием глаза, откинулась медленно на спинку дивана, не скрываясь уже отдалась чарующим прикосновениям мужских рук. А руки эти, словно поняв ее, медленно скользили по телу, все крепче сжимая и тиская девичьи груди, пощипывали набухшие и отвердевшие соски. Прикосновения этих рук вызвали в ее теле новую, жаркую, томительно сладкую волну вожделения. Улетучился страх - она знала, что он никогда не обидит ее, не сделает ей ничего, чего бы не хотела она. Главное - она знала - не будет он рассказывать никому о происходящем. Поняв это, Люда вся отдалась ласке - совершенно не скрываясь теперь, наслаждалась ей. Ее ножки, словно распираемые припухшими губками влагалища, ползли в стороны и совершенно не сознавая Люда вскинула руки, поймав руку Бориса, прижала ее к себе и медленно сдвигала вниз. Поджав животик, просунула ее в трусики, и, широко рапахнув ножки, замерла, чувствуя как его пальцы скользят по ее влагалищу, нащупывают и осторожно трогают клитор, слегка прижав, скользят вдоль него, ласково перебирают губки: Словно решившись, Люда медленно опрокинулась на диван, так же медленно расстегивала юбку, стащив ее сдвинула вниз трусики и сняла их. Не открывая глаз, чувствовала его взгляд, его глаза щупали ее мокрое, залитое влагой желания влагалище. Вскинула, согнув в коленях ножки, еще шире распахивая их - чтобы смотрел он на нее, и раскрыв глаза, смотрела сама, как его пальцы медленно играют с ее губками, быстро бегая, ласково дрочат ее клитор. Неведомое ранее наслаждение разливалось по ее телу - стыдное и приятное, от этого еще более возбуждающее и она глянула на него умоляюще - прося и требуя безмолвно - и он понял! Расстегнув брюки, Борис извлек оттуда тугой, вздыбленный желанием стержень члена. Люда прильнула глазенками к желанному органу - ее рука, помимо воли, протянулась к нему, обхватила тугую плоть и сжала в ладони. Страстное, непреодолимое желание соития внезапно заполонило ее. Бурное дыхание рвалось из груди, а она, глядя на Бориса ничего не видящими глазами, тянула, валила его на себя, подсовываясь под него широко распахнутыми ножками, тянула к влагалищу его член, желая только одного - чтобы он погрузился в нее. Как во сне, а не наяву чувствовала она, как тугой стержень прижимается к ее промежности, как медленно начинает вдавливаться в ее чрево, очень медленно - не разрывая, а растягивая девственную плеву входит в нее головка, легкая боль - на удивление чарующе приятная вспыхнула в ней, и член Бориса глубоко вонзившись в нее замер. А Люда уже ничего не сознавая - только ощущая в себе этот восхитительный орган, вскрикнула и забилась под ним, насаживая себя на этот орган, она отдалась совокуплению со всей страстью и пылом юности, и ее первый оргазм, подхватив ее на свои крылья, выплеснулся воплем торжествующей плоти:
Владимир Сергеев wladimirsergeew@mail.ru
Страницы: [ 1 ]
Читать также:»
»
»
»
|