Рассказ №9989

     Элитный московский ресторан. Стоял полумрак, играл живой оркестр, а рядом журчал настоящий родник. В просторном мраморном бассейне красиво плавали настоящие зеркальные карпы, каждого из которых могли поймать и приготовить по твоему желанию. Со мной за столиком сидел мой давний конкурент - обрусевший поляк Родинский. На нём был очень дорогой элегантный костюм, а над правой бровью белел небольшой шрам. Он начинал гораздо раньше меня, будучи в начале 90-х рэкетиром. В одной из стычек получил удар ножом в лицо, который едва не лишил его глаза. Теперь, спустя шестнадцать лет, это владелец сети фирм, которые занимаются таким же дизайном, как и я.
     - Я слышал о крупном контракте, который ваша фирма собирается заключить на днях, - говорил он, а я напрягалась от его слов с каждой секундой, - только от меня зависит состоится он или нет. Видите ли, я перекупил всю партию мебели, которую собирались приобрести вы. Чисто физически вы не сможете заключить этот контракт, не правда ли?
     Женщине иногда нелегко в бизнесе, сама жизнь не предусматривает того, чтобы женщина надолго покидала кухню. Но если она смогла добиться всего сама, здесь ей нет равных. В неё не будут стрелять, она сможет выйти из любого самого затруднительного положения своими, женскими методами!
     Я выходила из него в дорогом отеле. За окном была ночная чернильная Москва река. Университет отбрасывал в воду свой красивый оранжевый лик. Я лежала на животе, на большой мягкой постели, рассеяно изучая рисунок на стене, пока Родинский занимался моей попкой. Мне было абсолютно всё равно, что его член торчит глубоко во мне, а его грубые бандитские губы целуют мою спину. Я вспоминала, как этим летом мы отдыхали с Лёлей в Сингапуре. Мы бежали по берегу моря, взявшись за руки, а вокруг был просто рай! Потом мы лежали с ней на мягком белом песочке очень дорогого пляжа, и она спросила меня, полушутя:
     - Ты бы хотела жить в этом раю?
     - Только с тобой, - ответила я.
     - Я хочу тебя, - тихо прошептала она мне: К её красивой груди пристали крохотные белые песчинки, и я стряхивала их, невольно её лаская: Родинский ускорил свои движения, и через секунду кончил. Он был эстет и не стал рычать, как грубые и неотёсанные мужики.
     - Ты просто прелесть, - прошептал он вместо этого. Меня слегка подбросило от накатившего оргазма.
     Я перевернулась на спину, выгнулась кошечкой.
     - Ты тоже ничего, - промурлыкала я. Редкий случай, когда удалось совместить приятное с полезным. Он не стал утомлять меня своим присутствием. После душа он положил на стол свой контракт.
     - Вот, эта партия мебели теперь твоя, - сказал он, - удачной сделки! Я знала, что бизнес это не честная игра, и многие бизнес-леди превращались в довольно дешевых потаскух, решая таким же способом проблемы. Но я была уверена в том, что Родинский человек слова, иначе я не стала бы ему давать. Он тоже это прекрасно понимал, хотя может быть кого-то другого на моем месте он просто опустил бы от души, чтобы впредь была наука, а контракт бы не отдал. Так поступить было вполне в его силах.
     Я тоже приняла душ и вышла из гостинницы. Моя машинка обрадованно пикнула, и я села за руль. Ночная Москва заливала меня светом фонарей, и эти оранжевые огоньки будто бы очищали меня своим праздничным светом: До чего же я люблю тебя, моя Москва!
     Мне никогда не нравилось работать на хозяина. После института я сменила несколько мест работы. И почти в каждом месте ко мне приставал хозяин, а работать было так скучно, что и описать нельзя. Просиживая юбку за компьютером, я считала часы до конца работы и чувствовала, что теряю понапрасну время, что даже на десятую часть мой потенциал не реализуется на такой работе. Когда появилась возможность, я не преминула воспользоваться и уйти: Никого не было со мной рядом, чтобы поддержать или помочь, и опять я действовала сама. Взяла кредит, открыла фирму. Иногда, когда я не могла отдать долги вовремя меня охватывала паника, хотелось лечь на кровать и закрыть голову руками. Родная мама каждый день упрекала меня тем, что я работаю себе в убыток, что ушла с насиженного тёплого местечка младшего менеджера по закупкам:
     И тогда мне очень хотелось, чтобы Лёлька пришла, села рядом. Мне казалось вместе с ней мы пробьём все преграды, добьёмся всего. Но время шло, а она всё не приходила. Ей нужно было всё и сейчас, а я не могла ей этого дать. Наверное её не было рядом, чтобы я поверила в себя. Я стала сильнее, сама пробила все преграды, казавшиеся неприступными, сама встала на ноги. Лёлька пришла, но уже на готовое, когда моя фирма процветала. Когда я уже справилась сама, и вобщем-то она мне была не нужна. Конечно я взяла её, но уже не своей равноправной помощницей, как мечтала все трудные годы, а простой секретаршей. Она почувствовала во мне хозяйку и стала подчиняться. В одной из командировок мы снова занялись сексом, а потом стали вместе жить в моей квартире на Кутузовском, которую я теперь могла себе позволить:
     
     * * *
     
     Я поднялась на лифте и открыла дверь своим ключом. На пороге меня встретила Лёлька в соблазнительном пеньюаре, раскрашенном по масти тигра. Он был такой коротенький, что почти не прикрывал ничего.
     - Здравствуй, моя милая, - сказала она, крепко меня обнимая, - устала сегодня?
     - Да, - усмехнулась я, потирая попку, - немножко. Мы прошли в кухню, где Лёлька уже накрыла на стол: Пахло кофе и сдобными круассанами, которые она бесподобно умела печь:
     Когда я вышла из душа, было уже очень поздно. Я вошла в нашу спальню и сняла шёлковый халат. В большом, почти во всю стену, окне было светло, как днём. Проспект под моим окном освещался тысячей ярких фонарей: Я шагнула босиком к кровати. Лёлька лежала на боку, повернувшись ко мне спиной. Я отогнула краешек шёлкового одеяла и скользнула к ней. Там было уже тепло, Лёлька всегда хорошо нагревает постель. Опустив голову на подушку, я придвинулась к ней. Прижалась грудью к её спинке, на которой всегда была поразительно нежная кожа: Я почувствовала своей киской её упругую попку и провела по ней рукой. Снизу вверх, огибая линии её прекрасного тела.
     - Любимая: - прошептала я ей. Она придвинулась ко мне попкой ещё сильнее. Я поцеловала её шейку, потом плечико, потом очень медленно я стала покрывать поцелуями её спину: Лёлька застонала, потёрлась о меня попкой. Она перевернулась на живот, а я легла сверху, очень жалея, что у меня нет своего члена, чтобы как следует засадить ей: И всё равно, мне очень нравилось тереться об её киску своей: Я легла грудью на её спину, продолжая медленно тереться, шепча ей на ушко, что она самая красивая. Лёлька перевернулась на спину, и обняла меня. Я провела рукой по её нежным бёдрам, обожаю это делать, лежа на ней сверху: Она придвинула моё лицо близко-близко к своему и поцеловала взасос. Её губки такие нежные, скользили по моим, а язычок, будто играл с моим, то убегая от него, то неожиданно набрасываясь и атакуя:
     - Я тебя хочу, - сказала я.
     - Я тебя тоже, - тихо прошептала она и замурлыкала. Я села ей на грудку, придвинувшись к её хорошенькому ротику киской, упёрлась руками в стену над изголовьем. Лёля приподнялась, коснулась меня там язычком. Волна дрожи пробежала по телу, снизу вверх: Я сжала руками небольшой коврик, который висит у нас над кроватью. А она ласкала меня всё смелее, проникая язычком глубоко-глубоко:
     А потом я развернулась лицом к её киске, легла грудью на её животик. Её киска, всегда гладко выбритая, казалась мне эталоном красоты: Я целовала её будто чашу цветка, то наполняя её своею слюной, будто росой, то осущая одним большим глотком: Лёля ласкала руками мою попку, крепко сжимая, быстро-быстро касаясь моего клитора самым кончиком языка: Мы застонали с ней одновременно, и волны восторга и возбуждения побежали по телу. Мы кончаем почти всегда одновременно, в самый последний момент ускоряя движения язычком до крайности, это наш маленький секрет: Поистине, только женщина может понять как можно доставить удовольствие женщине!:
     Волны дрожи бежали по телу одна за другой, я кончала, чувствуя, как мой сок течёт ей в ротик, а она глотает его, и он продолжает бежать по её прекрасному телу: Мощная волна оргазма заставила нас застонать, я попыталась сдвинуть вместе колени, но не смогла. Меня подкинуло, затем резко прижало к ней, потом опять приподняло. Это Лёля выгнулась, подняв бёдра вверх:
     - Боже, как хорошо! - стонала я, кончая ей в ротик.
     - Иди ко мне! - прошептала она, когда всё стихло. В наших отношениях активной частью всегда была я. И Лёля признавала это, покорно подчиняясь мне, как на работе, так и в сексе. Иногда, задерживаясь на работе вместе, мы занимались этим прямо в офисе, в офисной одежде, на офисном столе: Но других девушек из фирмы в это никогда не вовлекали. Это был наш маленький секрет: Как тогда в юности!
     Лёля обняла меня, прижалась грудью и прошептала: "я тебя так люблю!" Слышать это было так приятно... Я легла на спину, подняв колени, а она положила голову мне на плечо, как обычно делают верные жёны, когда спят со своими мужьями, и очень скоро засопела. А я ещё долго не могла заснуть. События дня пролетали перед глазами, выстраиваясь цепочками в длинные веренницы, как в каком-то сумасшедшем хороводе. До чего же ты прекрасна - жизнь деловой женщины!


Страницы: [ 1 ]

Читать из этой серии:

Читать также: