 |
| |
| | Это была моя последняя юбка. Падая, я оперлась руками об пол и теперь мои руки были по локоть в коричневой вонючей жиже. Роняя горькие слезы я торопливо вымыла их лимонадом и сняла юбку. Безнадежно! Я попытась намочить ее лимонадом и потереть. Кал только сильней впитывался в ткань. Из белой юбка стала грязно - коричневой. Домой мне предстояло возвращаться в трусах с торчащим из влагалища обрывком майки. В свой вагон я решила не возвращаться. Решила пройти в следующий, где меня никто не знает, упасть в ноги проводнице и попросить помощи. Открыв дверь, сверкая своими трусами я ринулась в соседний вагон. Какое счастье, следующий вагон оказался купейным, народу никого и о боже, открытый туалет. Я впорхнула в него и закрыла дверь. Воды не было и здесь. Зато валялся засохший обмылок. Изнемогая, я стала поливать юбку лимонадом и тереть мылом. Прошло часа два. В туалет всего пару раз стучались, но я молчала как рыба, стирая в кровь пальцы драила свое последнее прикрытие. Трижды мне пришлось отвлечься, залазя на унитаз и отправляя в небытие остатки злополучных пирогов. Через два часа я вышла из туалета в мятой, насквозь сырой, но более менее чистой юбке. Остаток дня я провела стоя в коридоре, смотря в окно, вспоминая и заново переживая все те унижения через которые мне пришлось перейти за этот долгий день. Поздно ночью я возвратилась крадучись в свой вагон и легла спать. Душу согревала мысль что утром моя станция, где мне предстояла пересадка на поезд до дома. | | |
| |
|
| |
| | Марина ждала нас, сидя обнаженной на просторном диване. Игорь представил меня: "Владимир". Как большинство девушек Игоря, Марина была невысокой и с развитой грудью. Наманикюренные пальчики; ярко-алые губы, голубые глаза. Светлые волосы неожиданно сочетались с загорелой, без следов белья, кожей; лобок был кокетливо выстрижен. То ли хвастаясь, то ли дурачась, Игорь приподнял ее ноги; я увидел спереди и сзади почти одинаковые отверстия. Пока я раздевался, Игорь успел уложить Марину на спину и пристроился ей между ног. Я нашел членом руку Марины; своей рукой накрыл ее ладошку и закрыл глаза, отдаваясь ощущениям. Игорь кончил первым, я следом. | | |
| |
|
| |
| | Тетка со стоном откинулась на спину, продолжая тереть клитор, а я, растянув ее ноги чуть ли не до состояния шпагата, принялся ее трахать, резко и сильно, даже не пытаясь сдержаться хотя бы поначалу. Мы оба в этот раз не заботились о партнере, думая только о себе. Я толкал в нее член как хотел, с разной скорость, меняя направление и ритм. Тетка терла себя не стесняясь, громко вскрикивая и тиская второй рукой грудь. Кончив, я еще некоторое время постоял рядом, наблюдая самую настоящую женскую мастурбацию, и не дождавшись окончания тихо покинул номер. | | |
| |
|
| |
| | Было видно, что фотограф очень сильно возбужден. Поначалу он старался скрыть от нас свое возбуждение, но потом, увидев, что мы заняты друг другом, он осторожно достал свой член из штанов и стал дрочить его. Он делал снимки все реже и реже, все интенсивнее надрачивая свой не очень длинный, но толстый член. Затем он вообще отложил фотоаппарат в сторону, сел на краешек кровати и стал аккуратно, наблюдая за моей реакцией гладить ножку моей жены. Он вопросительно посмотрел на меня, я посмотрел на Настю. Она взглянула мне в глаза, подмигнула мне и кивнула. Парень явно обрадовался разрешению, полученному от моей супруги. Он уже гораздо смелее гладил ее ножки, потом спинку и попочку. Возбуждение снимало запреты и мне стало даже интересно, что еще Настя разрешит ему. Может, разрешит помять грудь, или поцеловать себя или... Но то, что произошло дальше, я никак не мог ожидать. Настя, моя любимая Настенька, мой ангел и дьявол в одном лице, наклонилась к фотографу, стоящему на коленях и взяла его член в рот. Опять в моей голове происходила борьба ревности с возбуждением, одно дело, когда перед тобой танцует стриптизерша, но совсем другое, когда твоя супруга берет в рот у парня, которого даже не знает, как зовут. Уверен, что не многие способны выдержать такое зрелище. Я стал с остервенением трахать свою супругу, выливая свою энергию в сексуальное русло. А фотограф, видимо сначала опешивший от активных действий моей супруги, пришел в себя, взял фотоаппарат и стал снимать, как моя Настя сосет его член. Она делала это изумительно, причмокивала, вылизывала головку и ствол. | | |
| |
|
Рассказ №12657 (страница 2)
Название:
Автор:
Категории: , ,
Dата опубликования: Четверг, 14/04/2011
Прочитано раз: 53524 (за неделю: 8)
Рейтинг: 89% (за неделю: 0%)
Цитата: "Никита ничего не помнил, и получалось, что есть как бы два разных Никиты, существующих параллельно: один Никита - "ночной" - с упоением, кайфуя и наслаждаясь, предавался однополому сексу - трахался в рот и в зад, а другой Никита... другой Никита - "дневной" - об однополом трахе не имеет никакого понятия, искренне полагая-считая, что склонность к такому сексу ему совершенно не свойственна! Получалось, что он, Никита, не знал самого себя... а какой человек может сказать, что он знает про себя всё - досконально? Может ли быть такой человек в принципе - человек, который знает про себя всё?"Что было дальше?" - спросил Никита... это было и странно, и удивительно - не помнить о таком... и - глядя Никите в глаза, Андрей повторил, словно эхо:..."
Страницы: [ ] [ 2 ]
С минуту они молча смотрели друг другу в глаза... вдавливаясь в Никиту напряженно твёрдым членом, Андрей вновь шевельнул бёдрами, но Никита на это не обратил никакого внимание - все внимание Никиты было сосредоточено на прозвучавшем вопросе Андрея: вместо ответа - ожидаемого, прямого и ясного, который Никита готов был услышать - Андрей вдруг спросил Никиту сам, и в этом был какой-то скрытый, непонятный Никите смысл: "а кого мы трахали?"... а кого м о г л и они трахать? Блин... если б он, Никита, знал - если бы помнил - кого они трахали!
- Кого мы трахали? - через силу проговорил Никита, нарушая молчание.
- Не помнишь? - то ли уточняя вопрос Никиты, то ли оттягивая на этот вопрос ответ свой, Андрей снова шевельнул бёдрами, снова упруго сжал, сладострастно стиснул под Никитиными ладонями голые ягодицы - и снова Никита, лежащий под Андреем, не обратил на это никого внимания... не до этого ему, Никите, сейчас было!
- Не помню, - обречённо проговорил Никита.
Никита сказал "не помню", и виноватая улыбка выжидательно замерла на его губах; говорить в неожиданно обновившейся ситуации "что-то помню, а что-то нет" не имело никакого смысла... и вообще: лучше правда, чем ложь, как он, Никита, написал в сочинении... ну, то есть, лучше знать, чем не знать, потому что незнание, точнее, сознательный выбор незнания - это та же самая ложь, и позиция "меньше знаешь - крепче спишь" есть ни что иное, как рецепт для трусов... именно так! Правда - любая правда! - лучше, чем ложь или незнание, хотя что именно может в данной конкретной ситуации скрываться под "правдой", Никита, сбитый с толку вопросом Андрея, не имел ни малейшего понятия, - то очевидное, что лежало на поверхности, то есть осуществлённый ночью трах с Андреем, для Никиты по-прежнему не только не было очевидным, но даже не приходило ему на ум... голый возбуждённый Никита, лежащий под голым возбуждённым Андреем, по-прежнему ни о чем не догадывался - и потому, вопрошающе глядя Андрею в глаза, Никита вслед за "не помню" растерянно повторил-спросил:
- Кого мы трахали? - причем, произнёс он это без малейшего ожидания услышать тот единственный в данном контексте ответ, который был более чем очевиден.
- Друг друга, - улыбнулся Андрей; он произнёс это так естественно, легко и непринуждённо, как если бы он ответил на Никитин вопрос, кого они, глядя друг другу в глаза, видят сейчас... ясно, кого - друг друга.
- Кого? - ожидавший услышать что угодно, но только не это, Никита, в первый миг даже не понял смысл сказанного - не понял, ч т о сказал ему Андрей, отвечая на вопрос "кого мы трахали?"
- Друг друга, - повторил Андрей. - Я тебя, а ты - меня...
- В смысле? - у Никиты от удивлёния округлились глаза.
- В прямом, - тихо рассмеялся Андрей, глядя Никите в глаза. - Сначала орально, потом анально... знаешь, как это делается?
- В жопу? - недоверчиво проговорил Никита, переводя с латинского на русский - медленно осмысливая услышанное.
- Ну... можно и так сказать, - согласился Андрей. - А можно сказать "в попу"... или даже "в попочку"... кому как нравится.
- Что нравится? - не понял Никита.
- Кому как нравится говорить... - улыбнулся Андрей. - "В жопу" или "в попу" - суть одна, и ночью суть эта была восхитительна... суть сама по себе- вне каких-либо слов. Жаль, что ты ничего не помнишь...
- Подожди... - Никита, не предпринимая никаких попыток вывернуться из-под Андрея - всё так же держа ладони на Андреевых ягодицах, смотрел на Андрея снизу вверх вопрошающе распахнутыми глазами, медленно осознавая услышанное. - Ты что - хочешь сказать, что мы... что ты меня ночью ебал - что ты меня выебал... ты это хочешь сказать?
Андрей отчетливо видел, что Никита, проговаривая всё это, не столько у него, у Андрея, уточнял-спрашивал, сколько вслух думал - осознавал - услышанное.
- Я не х о ч у сказать, а я говорю - говорю о том, что было, - отозвался Андрей, весело глядя Никите в глаза.
- Что было? - тупо переспросил Никита.
- То, что я только что сказал, а ты только что услышал... если ты ничего не помнишь сам!
- То есть, ночью... - проговорил Никита и тут же, запнувшись, умолк, осмысливая то, что Андрей "только что сказал", а он, Никита, "только что услышал". - Ночью ты меня... ты меня выебал - ебал меня?!
Страницы: [ ] [ 2 ]
Читать из этой серии:»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
Читать также в данной категории:» (рейтинг: 79%)
» (рейтинг: 77%)
» (рейтинг: 82%)
» (рейтинг: 0%)
» (рейтинг: 0%)
» (рейтинг: 86%)
» (рейтинг: 68%)
» (рейтинг: 59%)
» (рейтинг: 79%)
» (рейтинг: 50%)
|
