 |
| |
| | Она осталась полностью голой. Я немного развела ее ноги, ухватилась за них, чтобы она ими не шевелила, и прикоснулась языком до ее киски и она застонала. | | |
| |
|
| |
| | Я целовал ее ножки до тех пор, пока она сома не убрала их от меня. Она взяла меня за руку и потянула к кровати. Я не сопротивлялся, она легла на кровать, я аккуратно лег на нее сверху, следом за нами легла Катя.(благо кровать была широкой) Я слез с Лены и передвинулся так, что бы лежать между ними обоими. Мы продолжали целоваться, но тут катя сняла с меня футболку, я не стал сопротивляться. Тем временем Лена расстегнула ремень на моих штанах и стала стаскивать с себя маячку топик. Я уперся руками в кровать и стал молча наблюдать за ними. Катя тоже сняла футболку, как оказалось обе они не носили бухгалтеры, я с наслаждением смотрел на гладкую кожу их молодых грудей. Тут я решил, что не мешало бы им помочь раздеться, я стащил сначала юбку с Лены после этого я аккуратно расстегнул и снял джинсы с Кати. Потом я снял с себя штаны и носки. мы продолжали целоваться, только теперь я ласкал руками и губами их груди. У меня промеж ног давно выросла горка которая упиралась в внутреннею часть бедра моей любимой. Она чувствовала мое возбуждение и это заводило ее еще больше, наконец она не выдержала и спустила одну руку с пояса мне на бедро. Нежно поглаживая она перевела руку мне между ног и коснулась моих трусов. Я думал, что они порвутся под напором моего члена. Поглаживая его она спросила хочу ли я их. Что я мог ответить, кроме как да?! Катя стащила с меня трусы и стала поглаживать головку моего члена, она попросила, что бы я "поиграл" язычком у нее в дырочке. Зубами я стащил с нее трусики изображая большого дикого зверя, это завело ее до предела она сама с силой обняла меня за голову и рывком приблизила ее к своей розовой и влажной от возбуждения дырочке. Не знаю, что на меня нашло но я как бешенный пес впился ей между ног, мой язык превратился в ураган, в цунами. Катя уже не могла сдерживать себя и тихо стонала от наслаждения. | | |
| |
|
| |
| | Много у нас на улицах красивых девушек. Одно плохо - непонятно, как с ними познакомиться. Не всем, например, повезет встретить в темном переулке симпатичную девушку, к которой пристали пьяные хулиганы, чтобы, раскидав обидчиков, скромно предложить себя в качестве провожатого. Обычно самому приходиться зажимать девицу в темном углу и предлагать, скажем, помочь донести тяжелую сумку. Чаше всего это предложение отвергается в форме нанесения тяжелых телесных повреждений этой самой сумкой. Женщины по | | |
| |
|
| |
| | Но ведь так бывает: вдруг окажется в электричке или в автобусе-троллейбусе ватага парней - ты скользнешь по ним взглядом, и - ни на ком твой взгляд не задержится, никого из ватаги не выделит, и ты, равнодушно отворачиваясь, тут же забывая эти лица, снова продолжишь смотреть в окно; а бывает: взгляд зацепится за чьё-то лицо, и ты, о человеке совершенно ничего не зная, вдруг почувствуешь к нему живой, невольно возникающий интерес - неслышно дрогнет в груди никому не видимая струна, зазвенит томительная мелодия, слышимая лишь тебе одному, и ты, стараясь, чтоб взгляды твои были незаметны, начнешь бросать их на совершенно незнакомого парня, с чувством внезапно возникшей симпатии всматриваясь в мимику его лица, в его жесты, в его фигуру, и даже его одежда, самая обычная, банальная и непритязательная, покажется тебе заслуживающей внимания - ты, исподтишка рассматривая мимолётного попутчика, будешь по-прежнему казаться отрешенно погруженным в свои далёкие от окружающих тебя людей мысли-заботы, и только мелодия, внезапно возникшая, никем не слышимая, будет томительно бередить твою душу, живо напоминая о несбывающихся встречах - о том, что могло бы случиться-произойти, но никогда не случится, никогда не произойдёт, и ты, вслушиваясь в эту знакомую тебе мелодию о несовпадающих траекториях жизненных маршрутов, будешь просто смотреть, снова и снова бросая исподтишка свои мимолётно скользящие - внешне безразличные - взгляды; а через две-три-четыре остановки этот совершенно неизвестный тебе парень, на мгновение оказавшийся в поле твоего внимания, выйдет, и ты, ровным счетом ничего о нём не зная, не зная даже его имени, с чувством невольного сожаления о невозможности возможного проводишь его глазами... разве так не бывает, когда, ничего о человек не ведая, мы без всякого внешнего повода выделяем его - единственного - из всех окружающих, совершенно не зная, почему так происходит - почему мы выделяем именно его, а не кого-либо другого? . . Сержанты, стоявшие в коридоре, были еще совершенно одинаковы, совершенно неразличимы, но при взгляде на одного из них у Игоря в груди что-то невидимо дрогнуло - неслышно ёкнуло, рождая в душе едва различимую мелодию, упоительно-томительную, как танго, и вместе с тем сладко-тягучую, как золотисто-солнечный мёд, - Игорь, еще ничего не зная о сержанте, стоящем наискосок от него, вдруг услышал в своей душе ту самую мелодию, которую он слышал уже не однажды... но вслушиваться в эту мелодию было некогда: дверь, на которой была прикреплена табличка с надписью "канцелярия", в тот же миг открылась, и в коридоре появился капитан, который оказался командиром роты молодого пополнения; скользнув по прибывшим пацанам взглядом, он велел им построиться - и, называя сержантов по фамилиям, стал распределять вновь прибывших по отделениям; Игорь стоял последним, и так получилось, что, когда очередь дошла до него, он оказался один - капитан, глядя на Игоря, на секунду запнулся... "мне его, товарищ капитан", - проговорил один из сержантов, и Игорь, тревожно хлопнув ресницами, тут же метнул быстрый взглядом на сказавшего это, но капитан, отрицательно качнув глазами, тут же назвал чью-то фамилию, которую Игорь из-за волнения не расслышал, добавив при этом: "забирай ты его", - Игорь, снова дрогнув ресницами - не зная, кому из сержантов эта фамилия, прозвучавшая из уст капитана, принадлежит, беспокойно запрыгал взглядом по сержантским лицам, переводя беспомощный, вопросительно-ищущий взгляд с одного лица на другое, и здесь... здесь случилось то, чего Игорь, на секунду переставший слышать мелодию, не успел даже внятно пожелать: тот сержант, которого Игорь невольно выделил, глядя на него, на Игоря, чуть насмешливым взглядом сощуренных глаз, смешно постучал себя пальцем по груди, одновременно с этим ему, Игорю, говоря: "смотри сюда", - и Игорь, тут же снова услышавший своё сердце - снова услышавший мелодию своей души, совершенно непроизвольно улыбнулся, глядя сержанту в глаза... он, Игорь, улыбнулся невольно, улыбнулся, движимый своей вновь зазвучавшей мелодией, улыбнулся открыто и доверчиво, как улыбаются дети при виде взрослого, на которого можно абсолютно во всём положиться, но сержант, проигнорировав этот невольный, совершенно непреднамеренный порыв, на улыбку Игоря никак не отреагировал, - коротко бросив Игорю "следуй за мной", вслед за другими сержантами он повёл Игоря в глубину спального помещения, чтоб показать, где располагается отделение, в которое Игорь попал, и где будет на время прохождения курса молодого бойца его, Игоря, кровать и, соответственно, тумбочка... всё это произошло неделю назад, - через полчаса от пацанов, которые прибыли чуть раньше, Игорь узнал, что сержанта его отделения зовут Андреем... | | |
| |
|
Рассказ №23794
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Суббота, 20/02/2021
Прочитано раз: 14588 (за неделю: 32)
Рейтинг: 0% (за неделю: 0%)
Цитата: "Трое разведчиков ловко зажали мою аппетитную жену, вот забелели её длинные ноги. А потом, ловко стащив трусы, один приник головой между её раздвинутых ног. Вскоре она перестала вырываться, ослабла и так сладко застонала. Потом они по очереди поимели её, под третьим она явно отлично кончила, закинула ему руки на шею и они слились в поцелуе. Хорошо, что хоть ума хватило не кончать в неё - оросили траву...."
Страницы: [ 1 ] [ ]
Мы с женой прошли к лесу, те, кто нам повстречался, с жалостью смотрели вслед Наталье - мол немец ведёт её в лес, чтобы изнасиловать и пристрелить. Насчёт изнасилования я подумаю, а вот чтобы пристрелить - шиш вам всем! Через час мы передохнули, перекусили и немного успокоились. Идём дальше, глубоко в лес, главное, чтобы подальше от немцев, а то они вскоре найдут своих дохлых насильников. И вот похоже мы пришли - поляна, а на ней точно польский хутор. Стоит "Эмка", двигатель работает. А вот двое в форме командиров Красной Армии, но громко говорят по-польски! Точно диверсанты! Но больше у меня не будете совершать диверсии! Да вот ещё и их поп, тоже по-польски гавкает. Работаем!
СВТ - отличная винтовка, но требует ухода. Как и женщина, она требует ласку, чистоту и смазку. Но если СВТ маслом, то женщины предпочитают деньгами. Ладно, сейчас и постреляем. Я жену отвел подальше и спрятал в небольшой лощинке за деревом - от шальной пули. Тут её совсем не видно. Вода есть, шнапс есть, еды полный ранец. Ну а теперь мужские игры на свежем воздухе!
Первая пуля вошла в живот священнослужителю, на мой взгляд он самый опасный, явно кадровый офицер, отчего он сложился и упал на пыльную землю. Целился я в грудь, так что, прикинув траекторию пули из винтовки, я выстрелил в пулемётчика. Снова пуля полетела не совсем туда, куда я целился. Нет, попадание было отличным, но всё равно разброс вышел приличным. Целился я в пулемётчика и, хотя попал в него, пуля вошла сначала в голову его помощника, а потом и в живот самого пулемётчика - тот привстал, перезаряжаясь. Кстати, похоже, это был "Браунинг" , магазин явно на двадцать патронов и вставлялся снизу, а не как у "Брена" сверху. Вот что значит десятизарядный магазин, ни один не ушёл, да ещё и винтовка самозарядная. Отлично! Недаром сами немецкие гренадёры с удовольствием использовали СВТ, даже продавали друг другу и цена доходилда до месячной зарплаты унтер-офицера! Только у этой мушка точно сбита!
Выпытав у полуживого бандита, где находятся схроны на хуторе, ну и за хутором, я забрал часть оружия - там даже пулемёт ДП был, патронов к нему три цинка, еще два карабина Мосина, одна винтовка СВТ, шесть пистолетов ТТ и четыре нагана, всё убрал в салон машины. Я ее все-таки заглушил, чтобы слушать звуки вокруг. Жаль, гранат всего два десятка, из них девять РГД-33, остальное - всякой твари по паре.
Было немало медикаментов, видимо тут планировали своих лечить; но вот что особенно примечательно - перевязочные средства и лекарства немецкие и свежие. Тоже взял. Ну и продовольствие: полмешка гороха, полмешка гречки, мешок макарон, ящик свежей тушенки - судя по маркировкам, советской, - вязанка лука, мешок картошки. Почти двадцать кило солёного сала в погребе нашёл в чугунках. Соли надыбал коробку. Посуды походной, включая котелок и чайник. Нашёл чай в пачках, бочонок мёда прибрал.
Машина уже полная, но я не останавливался. Пару одеял прихватил, приметил тюк палатки - взял, плащ-палатку армейскую уже в машине нашёл. Две канистры с бензином были в машине, оставил, лишь бидон с керосином прихватил, полный, для лампы. Ну и целый вещмешок красноармейских книжиц и командирских удостоверений, которые бандиты собирали с убитых ими бойцов и командиров РККА, очевидно для отчётности. К тому же они, видимо, устраивали налёты - денег обнаружилось много, в этом ранце почти полмиллиона рублей, да часть золотыми монетами. Тоже всё забрал. Золото сдам в Фонд обороны.
Дальше женщин и детей этого хутора - под запор в сарай, майора вытряхнул из формы, которую аккуратно свернул и убрал в машину, самого диверсанта прирезал. Собрал трофеи, не забыв иголку с ниткой - пригодится форму подшить. Хм, а в доме-то швейная машинка имеется. Сходил к сараю и выяснил, что одна молодуха неплохая швея, и она даже сама вызвалась помочь. Сняла с меня мерки и стала подгонять форму по фигуре. Глядя, как она ловко работает, понял, что это ей не впервой. Чёрт, а обещал за работу в живых оставить. Ладно, пусть живёт...
Нательное бельё и форма сели как влитые, девушка действительно оказалась мастером своего дела. Пусть потратила два часа, но сделала всё высококлассно. Застегнув ремень с наганом в кобуре - я проверил, номер револьвера был вписан в моё командирское удостоверение, - я убрал в нагрудный карман документы и решил отвести девушку в сарай. А в коридоре она вдруг прижалась всем телом и закинула мне руки на шею:
- Товарищ командир, не убивайте меня, я совсем молодая. Может Вам что-то нужно, я Вам сейчас помогу, - почувствовав мой крутой стояк, она ловко опустилась на колени. Ух, как она не менее ловко с моим членом обращается. Лучше чем со швейной машинкой, а ротиком как умеет...
Да и кто от такого откажется, даже и в такой обстановке. Затем я поднял её и поставил в позу, а она легла грудью на небольшой столик. Юбку она сама приподняла к талии, а вот с трусами мне пришлось. Даже в полутьме было видно, что у неё классные формы. Кончил я просто чудесно - её тугая вагина конечно доставила мне чудесное большое удовольствие. Ох и панёнка, сладкая какая! И очень хотела мне понравится! И, конечно, очень понравилась!
Я был очень доволен, да и она похоже тоже. Мы с ней так сладко расцеловались, прямо как родные. Я разрешил ей взять флягу с водой и еды. Я уезжаю, а вы уж сами отсюда выберетесь, я сарай на палочку прикрою, выбьете. Вроде я такой неумелый, ясно тебе? Она вновь сладко поцеловала меня - а какая у неё улыбка! Жить все хотят!
Трофеи и припасы были уже собраны, так что я покинул хутор и, забрав Наталью, немного отъехал и встал в лесу. Здесь был большой ольский схрон, как я выяснил - отлично! И тут привет! - вышло целое отделение пограничников. Мы проверили документы друг у другу и я дал команду жене осмотреть всех. Небольшие ранения, она всех осмотрела, сделала новые перевязки. а одному и укол морфия - рана лёгкая, но болезненная. А их старшина показал мне портфель - пристрелили курьера немецкого на мотоцикле. Я внимательно просмотрел - важный портфель! Очень пригодится!
Стали готовить ужин и тут видимо на запах еды подошли трое бойцов. Я сразу понял, только глянув на них - казаки. Так, из станицы Кущёвская кто-нибудь есть? Один сразу меня обнял - Миша! Ты жив! И уже капитан! Они все трое из разведки 201 дивизии. Вскоре вновь на запах еды - отделение солдат во главе со старшиной. Да тут у них и крепкая дисциплина, сразу пятеро ушли в охранение. Но, главное - голодных не будет!
Чуть позже подошли пятеро "орлов", явно бывшие урки, а ещё через час - две сильно уставшие девушки-военфельдшеры. У каждой по два рубиновых кубика в петлицах и знак змеи с чашей. Как шутят - медик он хитрый как змей и выпить не дурак. Но эти славные обе медички хотели только поесть и спать. Но я им задачу - поели, и, пока ещё есть силы, осмотреть бойцов. Одна, красивая блондинка с великолепной фигурой, стала их подряд осматривать, а вторая, симпатичная брюнетка, легла, просто отключилась и заснула.
Я обошёл всю поляну, а тут громкий вскрик, смотрю - трое урок тащат красотку в кусты. Видимо хотят её "поблагодарить" за лечение! Мой трофейный "Вальтер" негромко хлопнул трижды - девушка свободна. А двое сразу встали на колени и руки вверх - не стреляйте! Взять лопату и закопать "этих"! Они сразу кинулись выполнять, а девушка кинулась ко мне и, крепко так обняв, просто уткнулась лицом. Испугалась сильно! Но не плакала и не рыдала - сильный характер. Примем всё же "лекарство" - два колпачка от моей фляжки она выпила, точно не разобрав. Но вскоре отошла и, нежно поцеловав, тихо на ухо:
- Спасибо, товарищ капитан! Вы настоящий мужчина! Спасли меня от этих вонючих бандитов. Спасибо Вам. С Вами хоть на край света...
Утром, после завтрака, мы бодро двинулись вперёд и к вечеру вышли на разбитую и брошенную колонну нашей техники. Погранцы и старшина стали осматриваться, сразу завели машины, тут и "БА-10" с пушкой, а вот парни завели и Т-26 - да мы теперь сила. Невдалеке большое село, немцы пошли влево, к Минску, а вот нам вправо, но нужен ещё и запас еды. Всё, что было в "Эмке", почти всё слопали - голодные все!
Медички легли спать, а я с тремя погранцами пошёл вечером в село. Дело в том, что у этих урок я изъял две "балетки", таких небольших чемоданчика. Один был полон наших денег и даже и немного рейсмарок было - видимо по ходу дела эти лихие урки каких-то зазевавшихся немецких интендантов прирезали. Мы прошли по нескольким хатам, набрали полные сидоры и небольшие баулы еды, а платил я. Один из крестьян даже взял и рейхсмарки. Но зато у нас теперь запас еды, а особенно я порадовался салу - самая калорийная еда. И я всегда настаивал, консультируя перед рейдом наших парней из глубинной разведки - не наживайте лишних врагов, платите крестьянам за еду, вам же деньги выдают! Патриотизм хорош на митингах, а еду крестьяне добывают своими натруженными руками. И, запомните все, что крестьянский труд - самый тяжёлый!
Страницы: [ 1 ] [ ]
Читать также в данной категории:» (рейтинг: 0%)
» (рейтинг: 75%)
» (рейтинг: 88%)
» (рейтинг: 40%)
» (рейтинг: 78%)
» (рейтинг: 60%)
» (рейтинг: 37%)
» (рейтинг: 53%)
» (рейтинг: 70%)
» (рейтинг: 88%)
|
