 |
| |
| | Пока это происходило, Алина сначала потерлась грудью о мою попу, затем прошлась языком по моей спине. После этого она просунула руку и стала гладить груди и соски подружки. Когда подружка поняла, что рук на ней больше, чем должно быть, она широко открыла глаза и попыталась прикрыться, но свести ноги ей не давал мой торс, находившийся между ног и член, двигавшийся во влагалище. А руки перехватила Алина и впилась ей в губы поцелуем. Под воздействием продолжающегося движения моего члена внутри неё, подружка постепенно расслабилась и вновь отдалась возбуждению. Вскоре она вся напряглась, сжала меня своими руками и ногами и разразилась конвульсиями, хрипя и закатывая глаза. | | |
| |
|
| |
| | Лёля испытывала бесчисленные оргазмы и тело её содрогалось от них так, что мы с Натой держа её ножки ощущали дрожь её. Когда первая волна прошла Вовка лег всем телом на неё и начал мощно вгонять в неё свой член, безо всякого милосердия. Голова Лёли откинулась, рот открылся на всю и она придавленная его телом и членом, долбящим как молотом, просто стенала и выла, а с уголков её глаз стали скользить слезинки. Вовка как то обнял её всю, прижал всю к себе и только его попа с четким ритмом во всю амплитуду колыхалась. Не было ни каких звуков, кроме тихого скрипа кровати, безумного рева Вовки и бесконечных стонов Лёли. И тут он стал кажется еще глубже вбивать в неё член, но конвульсии пошли волной по его телу и с непонятными возгласами стал выстреливать семя. Я увидел это, так как член его во время оргазма немного высовывался и он конвульсивно то расширялся, то сжимался, и в то время как он расширялся Лёля пронзительно всхлипывала почти плача. Я не знал что так может быть, и не знал что с Лёлей. Может для неё это не восторг, а боль? Но вот они немного успокоились и Вовка стал вынимать по прежнему каменный член из неё. И было видно, что весь её орган тянется за ним и когда он наконц вышел, то звук красноречиво показал насколько плотно он был в ней. Взглянув Лёле в лицо у меня прошли все сомнения. | | |
| |
|
| |
| | Это было вообще отлично - после долгих фрикций второго "захода" , почувствовав внутри себя удары моей спермы, Алина стала и сама бурно кончать и громко взвыла. Жора после ловко вновь поставил её в коленно-локтевую, кончив в круглую пухлую попку своей тётушки. Она немного поохала, мол без разрешения заехал в её тугую дырочку. Но, поставив на стол торт и бутылочку чудесного вина "Чёрные глаза" , выглядела тётушка Алина очень и очень довольной. Как оказалось, она сильно злится на дядю Витю, что он не пробивной и поэтому редко ему даёт. Хотя сильно хочется ей! Да и рожать ей уже пора - ей 27 лет, а дяде Вите исполнилось недавно 37, а он всё старлей. Вот женская логика чудная! | | |
| |
|
| |
| | Потом он попросил одеть брюки, стринги, лиф и блузку. Когда я оделась и вошла в комнату Виктор сидел на кресле. Он попросил пройтись перед ним повернуться наклониться. Я заметила уже довольно большой бугор на его свободных спортивных штанах. Не успела я об этом подумать как он сказал мне медленно расстегнуть блузку и снять ее. Это было не так сложно, потом он попросил походить перед ним так. Потом повернуться к нему спиной и снять брюки. Когда я повернулась к нему он спустил брюки и трусы спереди, вытащил своего дружка который уже был очень большой. Я испугалась и хотела одевать брюки обратно. Виктор сказал что бы я не боялась, он сдержит обещание и не дотронется до меня ни одной частью тела. А если я не сдержу обещание он расскажет, что делал за меня контрольную математичке и простой проверкой решения того же задания я получу жирную пару. Я могла поверить, что он так и сделает и математичка ему с радостью поверит. Пришлось отложить брюки и ждать дальнейших указаний. А Виктор тем временем поправлял свого дружка так, чтобы он был весь над одеждой. Затем Виктор попросил спустить бретельки и опустить чашечки, я покраснев была вынуждена выполнить. Он долго любовался мной просил повернуться поднять или развести руки и снять его совсем. Сам он гладил свой член то оголяя, то закрывая головку. Она уже была влажная и блестела от смазки, кроме того по комнате распространялся неизвестный мне тогда еще запах возбужденного мужчины. Потом он сказал мне встать на диване на колени и прогнуться, потом отвести в сторону полоску трусиков на попе, сжать и расслабить дырочку на попе, расставить шире ноги и показать губки. Сам он в это время встал с кресла и стоял сзади меня. Я не видела, что он делает и от этого было как-то не по себе. И тут он издал короткий стон, и я почувствовала, как мне на попу и спину попало что то теплое и вязкое. Я испугалась и повернулась и впервые вживую увидела как кончает парень. Последние капли попали мне на ноги. По началу это был почти шок, но потом он сменился интересом. Я долго рассматривала эту вязкую мутную жидкость. Из оцепенения меня вывел Виктор своим новым заданием. Он велел мне вытереться своими трусами и одеть другие чистые трусы, юбку и топ без бюстика. Когда я вытиралась и переодевалась, заметила, что сама уже начинаю возбуждаться, начали напрягаться соски и внутри все было горячим и влажным. Я хотела посидеть и успокоиться, но Виктор позвал меня сказав, что осталось уже мало времени. Когда я пришла, он вновь сидел на кресле и на спортивках лежал уже не такой большой член. Затем вновь были наклоны, приседания, хождение по комнате с поднятием юбки, потом он попросил подойти и встать напротив его снять юбку и дотронуться пальцами до сосков. Когда я это сделала они напряглись еще больше и уже явно в наглую торчали из под топика. Потом он попросил расставить по шире ноги и показать через трусы где у меня половая щелка и провести по ней пальцем от начала до конца. Когда я выполняла это увидела как у него член начал пульсировать и напрягаться. Было очень интересно смотреть как он из маленького и сморщенного становиться большим и упругим. Потом он попросил сделать так чтобы трусы как бы застряли между губок. Поскольку ткань была эластичная мне это удалось не сразу. Пока я заправляла почувствовала что они уже промокли и наверное все видно снаружи. Виктор тем временем начал поглаживать свой член. Затем он попросил меня снять топ, сесть на кровать, спустить трусы до коленей развести ноги как позволяет растяжение трусов и оттянуть соски и покрутить их. Потом раскрыть губки и показать клит, провести пальцем вокруг него, нажать. Было чертовски стыдно делать это все перед парнем, но выхода не было и я хотела лишь что бы это побыстрее закончилось. А он тем временем ласкал свой член и отдавал новые приказания, менять позы показывать дырочки, сводить разводить ноги, снимать одевать трусы. Наконец он попросил меня встать и одеть трусы, встал сам и быстрее задвигал рукой. Я стояла в 30 см от него и смотрела на его член и руку. Вдруг он остановился, оголил головку, прогнулся, застонал и из него стала пульсируя вылетать та же густая белая мутная жидкость мне на живот бедра и трусы. Вдруг во мне все тоже сжалось потом запульсировало, ноги подкосились и я плюхнулась на диван и на какое то время даже была как в нибытие. Это был первый совместный оргазм с мужчиной, не похожий на те что были до этого ночью в постели. Когда я очнулась Виктор был уже одет. Он сказал что ему очень понравилось, но в наших общих интересах что бы об этом никто не узнал. И если мне понадобиться еще его помощь он всегда будет рад. Он ушел, а я осталась стирать трусы покрытые его спермой, что бы успеть до прихода предков. Я еще обращалась к Виктору за помощью, но об этом в другой раз. | | |
| |
|
Рассказ №11270
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Среда, 06/01/2010
Прочитано раз: 42726 (за неделю: 14)
Рейтинг: 88% (за неделю: 0%)
Цитата: "Койка рядового Зайца располагалась примерно посередине спального помещения, но рядовой Заяц не видел и не слышал, как старослужащие - "старик" Архипов и "квартирант" Бакланов - вошли в спальное помещение, как они молча разошлись по своим кроватям, - лёжа на боку, подтянув к животу колени, Дима Заяц к этому времени спал, и сон его был глубок крепок, как никогда... конечно, если б Архип или кто-нибудь другой сейчас громогласно прокричал бы что-нибудь над кроватью Зайца, то Заяц вмиг подскочил бы как миленький - проснулся бы враз... но - Архип сказал Зайцу "не сегодня", и потому, едва оказавшись в своей койке вновь, Заяц уснул практически сразу же, - рядовой Заяц спал в окружении пустых кроватей, до подбородка натянув одеяло, и спал он, Дима Заяц, крепко-крепко, почти бесчувственно, как спят люди либо очень уставшие, либо много и сильно что-то пережившие-испытавшие......"
Страницы: [ 1 ] [ ]
- Ясное дело, что кайф! - отозвался Баклан... и, глядя Архипу в глаза, он не смог удержать себя от вопроса: - А ты, бля... ты будешь здесь Зайчика трахать - с ним, бля, будешь в очко кайфовать?
Собственно, об этом Архипа можно было бы и не спрашивать... оказавшись невольным свидетелем разборки Архипа с Кохом, младший сержант Бакланов не мог не видеть, что Архип в туалете однозначно защищал салабона Зайца от нападок Коха, и хотя в словах Архипа о том, кто где служил, а кому где служить предстоит, была несомненная логика и правота, тем не менее позиция Архипа по отношению к Зайцу - в контексте всего произошедшего в эту ночь - заставляла думать-предполагать, что защищал Архип салабона Зайца не только из чувства справедливости, - о дальнейших отношениях Архипа и Зайца - с учетом того, что Архип про Зайца никому не собирался в роте рассказывать - Баклан мог бы предположить со стопроцентным попадание в "десяточку" сам... можно было бы и не спрашивать об очевидном, и тем не менее Баклан не удержался - спросил.
- А почему, бля, нет? - отозвался Архип с лёгкостью человека, нисколько не сомневающегося в своей правоте... и, глядя Баклану в глаза, Архип повторил еще раз: - Почему - нет? Если у салабона Зайца время от времени будет возникать желание где-нибудь в укромном, от посторонних глаз скрытом местечке сделать мне, "старичку", что-то приятное, так я в ответ на это его желание что - должен буду его отталкивать, отгонять от себя палкой? С какой, бля, стати?
Архип, глядя на Баклана, тихо засмеялся... в принципе, Баклан через считанные дни из части исчезал - младший сержант Бакланов в ближайшие дни стирался с монитора навсегда, и потому Архип мог сейчас говорить ему всё что угодно; ну, например: он мог бы сейчас сказать, что Зайца он трахать не будет, потому что он, Андрюха Архипов, вовсе не "голубой", чтоб заниматься подобным сексом систематически, - он мог бы убедительно откреститься от будущего кайфа с Зайцем, тем самым выдавая себя за "настоящего пацана", который лишь однажды, то есть сегодня ночью, по приколу попробовал, а дальше - "ни за что!" и "никогда!", "я не педик!" и "нах мне это надо!"... но в том-то и дело, что Архип был не "настоящим парнем", а настоящим парнем - настоящим без всяких кавычек: импульс, пробудившийся-проявившийся у Архипа в эту ночь, был девственно чист: пробудившийся импульс по причине отсутствия времени для томления не претерпел какую-либо мутацию под давлением церковно-блатных представлений об однополом сексе, не взрастился и не взлелеялся этими извращенными представлениями, не превратился под их тлетворным воздействием в "таракана", блокирующего естественные природные позывы, в той или иной мере свойственные каждому нормальному человеку... импульс, пробудившийся у Архипа в тот момент, когда он сжал-стиснул в своём кулаке возбужденный член салабона Зайца, отчасти с этим же Зайцем в туалете апробированный и затем в полную меру раскрывшийся в койке Баклана, не превратился в "таракана-мутанта", шлагбаумом лежащего на пути к кайфу, - пробудившийся импульс у Андрюхи Архипова сразу же реализовался в полноценном сексе, так что совершенно не комплексуя по поводу своего настроя на однополый секс с Димой-Димоном, Архип не увидел никакой нужды скрывать от Баклана то, что было для него вполне очевидно.
Архип не стал скрывать от Баклана своё намерение в ближайшие полгода кайфовать с салабоном, и Баклан, выслушав его откровенный ответ, неожиданно почувствовал в своей душе... сидящий на исходе ночи в канцелярии роты Саня Бакланов вдруг почувствовал смутную, ему самому непонятную зависть к Архипу, и даже не столько к Архипу, сколько к той простоте, ясности и цельности, с какой Андрюха Архипов смотрел на окружающий мир: "хуля нам, пацанам... ", - глядя на Архипа, Баклан усмехнулся:
- А ты не боишься, что, трахая полгода салабона в жопу, ты станешь к концу службы "голубым"?
- Да ну! - отмахнулся Архип. - Не стану! - Он сказал это в ответ легко, уверенно, ни на миг не задумавшись, ни на секунду не усомнившись в своих словах... он сказал это, невольно подтверждая в глазах Баклана свою "лёгкость бытия". - "Голубыми", бля, рождаются... я где-то об этом слышал. А я, бля, что... поматросил - и бросил! Какая это "голубизна"? Это, бля, кайф... ну, то есть, временная "голубизна" - не настоящая. Типа хобби... вжик-вжик - и опять мужик! Завтра, Санёчек, я тебе позу одну покажу - испытаем-испробуем...
- Что, бля, за поза? - невольно вырвалось у Баклана, которому рассуждение Архипа о "голубых" показалось вполне исчерпывающим... во всяком случае, на данный момент - о "голубых" двадцатилетний Баклан, никогда этой темой не интересовавшийся и потому до сегодняшней ночи по отношению к этой теме пребывавший в состоянии индифферентном, знал ничуть не больше Архипа. - Что мы попробуем?
- А это, товарищ младший сержант, вы досконально узнаете завтра... а то, бля, будет неинтересно, - Архип, глядя на Баклана, засмеялся.
- Андрюха, бля! Ты что - специально меня заводишь? - Баклан, засмеявшись в ответ, игриво сощурил глаза.
- Дык... хуля здесь заводить! У нас, бля, ещё три ночи... три ночи, бля, впереди!
- Ну, бля, смотри... не обмани меня! - Баклан, невольно чувствуя в душе ту же самую "лёгкость бытия", что исходила от Архипа, шутливо погрозил Архипу пальцем.
- Хуля я буду тебя обманывать? Я что - враг самому себе? Я только одного не понимаю...
- Чего ты не понимаешь? - Баклан с любопытством уставился на Архипа - он, младший сержант Бакланов, уже понял, что рядовой Архипов, парень с виду простецкий и даже простоватый, думает-говорит вполне здраво, прагматично и совсем не глупо, а потому к его словам стоило относиться со вниманием.
- Смотри! Это - кайф... ну, то есть, когда пацан с пацаном... так? Так. Кайф - и сосать взаимно, и трахаться в жопу... ты ж, Санёк, не будешь отрицать, что это кайф? - Архип смотрел на Баклана серьёзно, смотрел без всякого подкола, и хотя вопрос этот был для обоих более чем риторическим, тем не менее Архип для своих дальнейших рассуждений хотел услышать слова подтверждения - Архип, вопросительно глядя на Баклана, ждал ответ.
- Ну... не буду отрицать, - Баклан, чувствуя лёгкую досаду от такой излишней прямолинейности Архипа, чуть заметно усмехнулся... хуля, бля, отрицать очевидно? То есть, хуля об этом - об очевидном - спрашивать!
- Вот! Так почему же тогда принято считать и говорить, что э т о - что-то позорное и плохое? Если э т о - кайф... можешь мне ответить?
Саня Бакланов, который до этой ночи об однополом сексе ничего не думал в принципе, то есть никогда не задумывался ни о природе этого секса, ни о его совершенно различной интерпретации, ни о месте этого секса в сознании многих и многих парней, ни о кайфе, с таким сексом связанном, глядя на Архипа, хмыкнул... у него не было готового ответа на вопрос Архипа, как не было ответа на многие другие вопросы, но Архип смотрел на него выжидающе - Андрюха Архипов ждал, что он скажет-ответит, и младший сержант Бакланов, на ходу соображая, что и как говорить, с умным видом сощурил глаза:
- Ты вот считаешь, что это кайф... и что - ты завтра станешь об этом говорить в роте? Станешь со всеми открыто делиться своим личным мнением?
- Я что - дурак? - Архип, глядя на Баклана, тихо засмеялся.
- Правильно, не дурак... значит, что получается? - Баклан на секунду запнулся, соображая, "что получается". - Ты сказал сейчас, что "принято считать и говорить", а на самом деле "считать" и "принято говорить" - вещи, не всегда совпадающие... или даже вовсе не совпадающие! Кто и что думает, кто как считает - это одно. А что при этом каждый из нас говорит на публику - это уже, бля, совсем другое. Хуля здесь непонятного?
- Хорошо, я вопрос свой уточню... понятно, что любой человек может думать и считать совсем не так, как он говорит об этом вслух. Тогда ответь мне на такой вопрос: почему, если это кайф, нужно говорить при пацанах, что это позорно? Чего, бля, позорного в нормальном сексуальном кайфе? Почему, бля, нужно говорить совершенно противоположное тому, что на самом деле?
- Потому, что говорить так положено... - отозвался Баклан, смутно чувствуя некую абсурдность своего ответа - своей собственной логики.
- Вот я и спрашиваю: кто это п о л о ж и л? Ну, то есть, кто предписал так говорить на публику? Кому это нужно?
- Бля, да откуда я знаю? Я, бля, что тебе - специалист по гомосексу? Хуля ты доебался? - отозвался Баклан с лёгким раздражением, не зная, как на вопросы Архипа ответить. - На того, кто положил, то есть установил-предписал так говорить или даже так думать, мы с тобой в ответ положили сегодня - большие и толстые... и так делают, нужно думать, многие - не мы одни. Ну, и хуля нам про это говорить - хуля нам обо всём этом беспокоиться? - Баклан сам не заметил, как в его голосе прозвучала интонация Архипа.
Страницы: [ 1 ] [ ]
Читать из этой серии:»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
Читать также в данной категории:» (рейтинг: 42%)
» (рейтинг: 85%)
» (рейтинг: 53%)
» (рейтинг: 63%)
» (рейтинг: 62%)
» (рейтинг: 71%)
» (рейтинг: 80%)
» (рейтинг: 60%)
» (рейтинг: 57%)
» (рейтинг: 86%)
|
