 |
 |
 |  | Сексуальная оргия была законченна. Девушка привела себя в порядок и пошла отдыхать в дом. Это был последний день её отдыха в деревне. . Вечерним автобусом она вернулась снова в город. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Я не люблю напиваться до поросячьего визга, но по непонятной причине мне это часто удается. Визжать не визжу, но амнезия обволакивает мозги то навсегда, то надолго. Последний случай подобного "окна" произошел этим летом в Москве. Был какой-то праздник (из-за упомянутого выше временного недуга сложно уточнить, какой), и 1/21 ведра влилась в меня не одна. Очнулся я на лавочке под колесом обозрения в Измайловском парке. Первым, что отозвалось в башке, была резкая боль, исходящая откуда-то |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Попка моя подрагивала от возбуждения, однако она была все-таки уже достаточно натренирована, чтобы свободно принять в себя не только ручку от швабры! Ощущения от того, что я стою голый посреди класса перед двумя девчонками со шваброй в заднице - это что-то новенькое! Ручка была довольно длинная, а вставили ее сантиметров на 20, так что распрямиться я бы не смог при всем желании. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Глядя на покачивающееся тело знойной женщины, друг свидетеля не мог оторваться от её красоты. Стоячие грудки, лишь слегка провисали от тяжести, глядя на него набухшими сосками. Узкая талия переходила в меру полноватые бёдра, между которых сильно выпирал голый лобок. Но больше всего его поразила высокая прощелина на этом пухленьком треугольнике, которая разделяла румяные губки, и пряталась далеко между ног. Его потянуло словно магнитом, и парень ухватился за её пирожок. Пальчики скользнули между натруженных створок, и Лера раздвинула ножки, подаваясь навстречу. Получив одобрение, его руки скользнули на талию, и поползли вниз на попу. |  |  |
| |
|
Рассказ №11283 (страница 2)
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Суббота, 09/01/2010
Прочитано раз: 43900 (за неделю: 4)
Рейтинг: 88% (за неделю: 0%)
Цитата: "- И что, бля, с того? - озадаченно проговорил Архип, но уже в следующее мгновение до него дошла вся абсурдность мысли Баклана, и Архип, невольно поражаясь услышанной глупости, не смог удержаться от смеха. - Санёчек, бля... ты чего?! Я ж у т е б я сосал... у тебя, бля, сосал! Хуля ты брезгуешь? Я ведь сосал т в о й хуй! Твой, бля, а не чей-то другой!..."
Страницы: [ ] [ 2 ]
- Чего ты? - горячо прошептал Архип, вновь пытаясь впиться губами в губы Баклана.
- Не надо! - Баклан, лёжа под Архипом - обхватив ладонями Архипа за ягодицы, отрицательно замотал головой. - В губы не надо...
- Почему? - Архип, никак такого не ожидавший, поневоле опешил. - Чего ты не хочешь?
- Ты хуй сосал, - пояснил Баклан своё нежелание сосаться в губы.
- Какой, бля, хуй? У кого я сосал? - ещё больше опешил Архип, совершенно не понимая, о каком хуе говорит Баклан. - Чего ты, бля, мелешь?
- У меня, бля, сосал - вот у кого! - раздраженно отозвался Баклан, в свою очередь не понимая легкомысленности Архипа. - Ты, бля, сосал у меня... память отшибло?
- И что, бля, с того? - озадаченно проговорил Архип, но уже в следующее мгновение до него дошла вся абсурдность мысли Баклана, и Архип, невольно поражаясь услышанной глупости, не смог удержаться от смеха. - Санёчек, бля... ты чего?! Я ж у т е б я сосал... у тебя, бля, сосал! Хуля ты брезгуешь? Я ведь сосал т в о й хуй! Твой, бля, а не чей-то другой!
- Ну, всё равно... - не очень уверенно прошептал Баклан, подобно Зайцу невольно попадая под магнетизм той напористости и совершенной уверенности, с какой Архип выдыхал-проговаривал своё каждое слово. - Все равно, бля...
"Какой долбоёб!" - пронеслась-мелькнула в голове Архипа не очень лестная для Баклана мысль, и Архип, не вдаваясь в дальнейшие рассуждения - чувствуя, что Баклан в своём неразумном мнении заколебался-дрогнул, тут же взял всю инициативу на себя: Архип силой зафиксировал голову Баклана на подушке, чтоб Баклан вновь не смог увернуться-ускользнуть, и, решительно приблизив свои губы в губам Баклана, горячо и сладко впился приоткрывшимся ртом в рот "долбоеба"... и снова они сосались - сосались жадно, запойно, по-молодому неутолимо... поочередно ложась друг на друга, тиская-лаская друг другу ягодицы, ощущая в своих телах знобящую сладость, они в эти минуты своего армейства были безоглядно счастливы... да и как могло быть иначе? То, что они, молодые здоровые парни, с таким упоительно безоглядным неистовством делали на узкой армейской койке в пустой казарме, было вполне закономерным и потому совершенно естественным проявлением их универсальной сексуальности, - универсальность эта, именуемая бисексуальностью, в своей потенции присуща всем, но те импульсы, что на краткий миг, на какое-то время или навсегда уносят немалое число парней в сторону своего пола, у Сани и Андрюхи до дня сегодняшнего были, как у другого немалого числа парней, ничтожно слабы, так что они, Андрюха и Саня, их не чувствовали и у себя никак не осознавали, а жизнь-судьба им обоим до дня сегодняшнего такого случая, чтоб импульсы эти обозначились-проявились, не дарила и не предоставляла... и вот - случилось! Случилось то самое, что могло случиться раньше, но раньше не случилось, или могло произойти когда-нибудь позже, или могло не случиться и не произойти вообще никогда, - для таких парней, как Архип и Баклан, решающим в деле открытия однополого секса становится случай... и случай этот произошел, случился; масло не может быть масляным, а случаи в жизни случаются, - Баклан и Архип, открыв для себя однополый секс, с неистовством неофитов упивались в пустой казарме его безоглядно пьянящей сладостью... в нескольких метрах спал, с головой укрывшись одеялом, ефрейтор Кох, в туалете, прислонившись спиной к стене, сидел на корточках рядовой Заяц, а они, Андрюха и Саня, сосали друг друга в губы, тёрлись друг о друга напряженно гудящими членами, поочерёдно мяли друг друга, вжимая один в одного голые разгорячённые тела...
А потом они трахнули друг друга в зад - натянули один одного в очко, и всё у них получилось... с кремом для смягчения и увлажнения кожи всё получилось отлично! Ну, то есть, было, конечно, больно - им обоим было больно поочерёдно, но это была "сексуальная боль", как подумал потом Саня Бакланов, - это была необычная боль - тупо раздирающая и вместе с тем горячая, волнующая, возбуждающе желаемая... это был по-настоящему мужской кайф - истинное наслаждение воинов.
Страницы: [ ] [ 2 ]
Читать из этой серии:»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
Читать также в данной категории:» (рейтинг: 71%)
» (рейтинг: 81%)
» (рейтинг: 85%)
» (рейтинг: 79%)
» (рейтинг: 65%)
» (рейтинг: 80%)
» (рейтинг: 76%)
» (рейтинг: 46%)
» (рейтинг: 38%)
» (рейтинг: 78%)
|