 |
 |
 |  | И вот Наташин ротик достиг твоего гладко выбритого лобка. Теперь вся ее прелесть была открыта для ласки. Она медленно провела языком чуть левее половых губ, затем, так же медленно - правее. Повторила несколько раз, пока не заметила маленькую капельку влаги. Тогда она слизнула ее кончиком языка. Ты вздрогнула когда ее пальцы проникли во влагалище. Она начала методично двигать рукой то проникая внутрь, то почти полностью выходя наружу, аязык продолжал ласкать клитор. Почувствовав, как вдруг резко появилось обилие влаги, она увеличила темп движений, а ее губы плотно прижались к клитору и начали всасывать его в себя. Твое дыхание стало прерывистым и хриплым, живот проваливался и вздымался, вторя редким стонам. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | - Знаете, Марина, мы сразу говорили Саше, что после защиты диссертации ему нужно было продолжить занятия наукой, но он не захотел, хотя в детстве он с нами бывал за границей. Сашин папа много работал за границей, и мы так надеялись, что он не бросит науку и найдет хорошую работу в Америке, но он отказался. Марина, он у нас очень самостоятельный. У Юры были длительные загранкомандировки, и Саша, пока учился в Университете и в аспирантуре, по несколько лет жил один. Мы страшно за него боялись. Марина, а вы знаете, что Саша очень хорошо готовит, он умет печь пироги и пирожные! |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Бабуля взяла литровую кружку, начерпала её полную воды и включила газовую плиту, чтобы подогреть содержание клизмы. Она добавила в воду чайную ложку соли, две столовые ложки растительного масла и несколько капель шампуня. Всё время, пока жидкость грелась, бабушка размешивала её столовой ложкой. Наконец, пощупав пальцем воду и убедившись, что она достаточно тёплая, бабуся выключила газ и сказала внуку: "Держи грелку и раскрой её рот пошире! Я буду туда воду заливать!". Вова схватил грелку обоими руками и бабушка влила в неё содержание кружки. Грелка сразу стало заметно тяжелее и поцану пришлось приложить немало усилий, чтобы её удержать. Бабушка это заметила. "Счас, Вовочка, возьму от тебя клизму, погоди ещё немного!". Она окрыла кран на шланге и, как оттуда появилась вода, сразу опять закрыла. Затем бабуля намазала наконечник клизмы жиром. "Ну всё, можем преступать к делу!", она сказала и взяла в правую руку грелку, а в левую - шланг клизмы. Они оба с Вовой подошли к дивану, на котором лежала Галя. Введенный кусок мыла здорово щекотал анус девочки, она испытывала очень неприятные ощущения и хотела побыстрее избавится от противного иногорного предмета в попе. "Так, Галочка!", сказала бабушка, "согни ножки в коленах и приняти их по возможности туже к животику...Так, так, ещё!...Посторайся дотянутся коленами до подбородка!...Не можешь больше? Ну ладно, и так сойдёт!". Вова изумлённо надлюдал, как ягодицы сестры сами собой раздвинулись и черная дырочка меж них широко раскрылась. Бабушка вертикально поставила на край дивана грелку и сказала внуку: "Держи её обоими руками и смотри, чтобы не опрокинулась!". Вова дрожащими руками схватил прибор и намертво вцепился в него. Сердце в груди мальчика билось как бешенное, а его член стал таким большим и твёрдым, что, казалось, вот-вот вырвется из брюк. Бабуся тем временем засунула указательный палец правой руки в сраку внучки и выбрала оттуда до конца не растаявший кусок мыла. Затем она запихнула в анальное отверствие девочки наконечник клизмы и открыла кран на шланге. "Ну, кто будет держать грелку - ты или я?", она спросила внука. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Мы больше не вспоминали Карабаха-барабаха, словно и не было ничего. Но однажды я поинтересовался - а ты клизму выкинула? Нет, был мне ответ - использую изредка. Понимаешь, Димыч, без неё мне кажется, что я грязная изнутри, что ли. Не знаю, как объяснить, но она мне нужна бывает. Привыкла, наверное. Ну ладно, не проблема, а - морковка? Старушка замолчала, опустила глаза. Потом всё ж призналась: вначале сразу забросила её далеко-далеко. Но через недельку нашла себе другую - поменьше. А на фига, больше ведь незачем? Хочется... Она опять опустила глаза. И что - ты опять на всю ночь заряжаешь эту дурацкую морковку? Нет, Димыч, на всю ночь не получится - попка сама выталкивает её через несколько минут. Я так - ненадолго, туда-сюда... Это плохо? Я плохая? Испортилась? Не знаю, нет, постой-ка, успокойся - ты не плохая, но... пора отвыкать от уроков Карабаха-барабаха, ведь так? Всё позади, больше тебя никто пальцем не тронет, забудь. Я стараюсь, Димыч, я всё выброшу, всё забуду. На том и порешили. |  |  |
| |
|
Рассказ №2074 (страница 4)
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Пятница, 03/06/2022
Прочитано раз: 95648 (за неделю: 28)
Рейтинг: 87% (за неделю: 0%)
Цитата: "Героиня этой книги, Маргарета Гертруда Целле Маклеод, вошедшая в историю под именем Мата Хари, родилась в 1876 году в маленьком голландском городке Лейварден в семье бизнесмена среднего достатка. Она закончила школу-интернат при католическом мона-стыре и в 19-летнем, возрасте вышла замуж за голлан-дского офицера Маклеода, который оказался совершен-но развращенным человеком, побуждавшим молодую жену заниматься проституцией, чтобы зарабатывать деньги для своего увлечения картежной игрой. Во время ..."
Страницы: [ ] [ ] [ ] [ 4 ]
- И ты никогда это не пробовала? Ты должна... скажу тебе, ощущение - фантастическое!
Это был хороший совет, которому я последовала. Ре-зультаты принесли плоды, но совсем не те, каких я ожи-дала.
Я с нетерпением ждала момента, когда останусь одна. Мне нужно было осмыслить, переварить все, что узнала. И прежде всего я горела желанием последовать совету Вилема - попробовать сделать это самой. Кроме того, я хотела наверстать упущенное, сориентироваться и боль-ше никогда не быть невеждой. Я даже чувствовала стыд, что Вилем и, вполне вероятно, все другие мужчины луч-ше, чем я сама, знают, что у меня между ног и что с этим делать.
В моей маленькой комнатке, которой я распоряжалась, как своим маленьким королевством, стояло высокое ста-ромодное зеркало. Часто я стояла перед ним и разгляды-вала себя со всех сторон. При этом я никогда не смотрела на себя голую, мне эта мысль никогда не приходила в го-лову. Наоборот, когда я была неодетой, я обычно прохо-дила мимо него, смотрела в сторону, прикрывалась носо-вым платком или чем-нибудь еще, а то и просто рукой, как Афродита, поднимающаяся из морской пены.
На этот раз я придвинула к зеркалу стул, зажгла обе свечи. Тонкие розовые абажуры, которые защищали ма-ленькие огоньки от сквозняков, придавали теплое, почти таинственное сияние моему маленькому королевству. И когда я села на стул, задрав юбку, моя попка ощутила приятный холодок, коснувшись прохладной красной тка-ни, которой было обито сиденье. (Я была без трусов; воз-можно, мне слишком рано пришло в голову снимать этот интимный предмет одежды всегда, когда это было можно. Эта привычка часто приносила мне неприятности, когда кто-нибудь из гостей находил мои трусы под подушкой и не знал, что с ними делать).
Я взглянула в зеркало и увидела девочку, которой еще не исполнилось четырнадцати лет, но которая для своего возраста удивительно хорошо оформилась. Задрав юбку, я заметила, что мои ноги имеют привлекательную форму, которая в моей более поздней жизни так соблазняла многих мужчин. Мои раздвинутые бедра вызывающе свети лись от узкой талии до колен, их длина и изящные формы свидетельствовали о ногах будущей танцовщицы. Мои колени были очень красивы. Недавно об этом сказал один художник, друг моего отца.
Он видел меня, когда я сидела на кушетке, поджав под себя ноги, как я привыкла это делать, и моя короткая юб-ка открывала икры и колени. Искоса поглядывая на меня, он сказал, что мои колени - это настоящее произведение искусства. При этом он сделал такое выражение лица, как у фавна на письменном столе у моего дяди. Мои длинные ноги и крепкие икры уже были предметом разговоров в городе, и даже домашние шептали за моей спиной: «Она будет сводить мужчин с ума этими ногами!»
И действительно, когда я смотрела на них, на эти пря-мые ноги, свисающие со стула, слушала шелест шелковых чулок, похищенных для этого случая из маминого комо-да, я живо вообразила, как .поклонники бросаются на ко-лени и протягивают руки к моим соблазнительным икрам. Я высоко подняла одну ногу, так что отражение в зеркале показывало каблук над моей головой - эти черные бле-стящие туфли я тоже взяла у мамы,- и любовалась изящной округлостью ноги, плавно переходящей в упру-гую ягодицу.
Когда я снова поставила ногу на пол, какой-то шум сильно напугал меня. Но, не заметив ничего подозритель-ного, я пододвинула стул еще ближе к зеркалу.
Я стала медленно раздвигать бедра, потому что хотела насладиться каждым моментом и усилить свое возбужде-ние. Теперь мои бедра были раздвинуты, как страстно протянутые руки. Наконец я увидела голый живот, треу-гольник завившихся волос и очертания заветной расщелины. Мое желание тайного наслаждения увеличилось до предела. Теперь мне предстояло найти это маленькое ме-сто, которое может дать мне, как восхитительный колы-шек Вилема, столько радостного волнения.
Осторожно, кончиками пальцев я пыталась найти это маленькое отверстие, которое я еще не исследовала, его употребление до этого было важным лишь для опреде-ленных функций в уединении туалета. Однако необъясни-мый зуд, даже какое-то жжение неумолимо притягивали мое внимание к этому месту.
Когда я, поглаживая свою короткую шерстку, дошла до этого закрытого рта и раздвинула его, открылись малень-кие губы, ярко-розовые и блестящие от влаги. Как я сра-зу заметила, они были невероятно чувствительные, но когда мой указательный палец проник в маленькое отвер-стие, я почувствовала резкую боль. Она была так сильна, что я сразу отдернула палец.
Вскоре я нащупала одно место, которое было особенно чувствительным к прикосновению. Я непрерывно гладила его своими дрожащими пальцами, пока все мое тело не пронзила сладкая судорога. Оно меня поглотило, потряс-ло - это невероятно сладкое, никогда прежде не испы-танное ощущение. Оно устремлялось по мне горячими струями, в голове гудело, в венах кипела горячая кровь, и я содрогалась, как будто меня пытали каленым железом. Однако ничто в мире не могло бы заставить меня прекра-тить эту сладостную пытку.
Вначале я даже не заметила, что мой палец стал мок-рым, но не от слюны, а от клейких выделений. Даже если бы они не появились, я бы все равно не смогла наслюня-вить палец, потому что не могла убрать руку из опасения прервать эти заряды высшего наслаждения, которые, ка-залось, исходят от всего моего тела, как удары электриче-ского тока. Мой рот высох, мои губы исторгали стонущие звуки, которые я просто не могла остановить.
Не знаю, сколько времени я лихорадочно работала рукой между раздвинутыми бедрами. Они конвульсивно содрогались, и все, что я осознавала,- это нарастающее возбуждение. Я чувствовала себя так, как будто летела в бездонную пропасть. Внезапно мои руки стало сводить судорогой - меня пронзила молния; что-то неведомое заполонило меня, было странное чувство, что меня заса-сывает смерч, становится то жарко, то холодно, и все это в одно мгновение. Мои пальцы были покрыты остро пахнущей жидкостью. Я вдруг иссякла, почувствовала себя! разбитой, голова закружилась, и в этот момент послышалея резкий, враждебный голос моего дяди Герарда:
«Ты что это делаешь, Маргарета?»
Страницы: [ ] [ ] [ ] [ 4 ]
Читать также в данной категории:» (рейтинг: 81%)
» (рейтинг: 26%)
» (рейтинг: 83%)
» (рейтинг: 87%)
» (рейтинг: 87%)
» (рейтинг: 88%)
» (рейтинг: 64%)
» (рейтинг: 86%)
» (рейтинг: 0%)
» (рейтинг: 72%)
|